Командор (СИ) - Валерий Михайлович Гуминский

Аллан, чтобы не молчать. — Он всегда стороной обходит тех негоциантов, которые стремятся надуть честный найм.

«Еще бы, — подумал я. — Тебе-то с такими людскими ресурсами и репутацией легко оттеснить в сторону того же Хельми и Нейга. Всегда приятный контракт отхватишь».

— Все равно здесь дело нечистое! — запальчиво выкрикнул Нейг и схватился за рукоять палаша. — Почему бы тебе, парень, самому не прогуляться вдоль причалов и поискать выгодное дельце?

— С какой стати? — пожал я плечами. — Может, ты сам пошевелишь своей задницей и пойдешь искать найм в другом месте? Мне кажется, из-за своего упрямства ты проворонил уже десяток караванов. Или тебе нужен обязательно длинный маршрут? Ну… тогда не жалуйся, что скоро твои люди изберут нового кондотьера.

Аллан одобрительно кивнул, по-прежнему стоя спиной к наемникам. Но те уже подобрались ближе, брызжа желанием наказать пришлых наглецов.

— Одним купчишкой будет меньше, правда, братья? — сплюнул желтоватой слюной Нейг и резко выдернул палаш. — Сейчас я разрублю его на две аппетитных половинки и скормлю собакам! Еще учить меня будет, как жить!

Он неожиданно рванулся вперед, и Аллан едва успел увернуться, чтобы не оказаться сбитым на землю. Нейг оказался передо мной, но еще раньше мой клинок взлетел вверх и едва не уперся в переносицу горячего парня, посверкивая острым жалом. Даже сам не ожидал, насколько молниеносно я извлек оружие из ножен. Кортик отчаянно завибрировал, желая чужой крови, и эта дрожь передалась моим пальцам и запястью.

Против рубящего тяжелого клинка нет смысла упираться. Нейг просто начнет давить силой, рано или поздно прижмет к стене и точно развалит, как и грозился. Поэтому надо пресечь сразу агрессивные намерения. Уж расчертить кровью его морду смогу не дрогнув.

Не опуская кортик, я поинтересовался:

— Больше нет желания болтать всякие глупости? Убрал палаш в ножны, живо!

Пришлось слегка прикрикнуть, нажать голосом, чтобы Нейг не вздумал бравировать перед своими дружками. Для верности качнул клинком, поторапливая парня. Палаш со стуком вернулся на место, а Нейг, красный от злости, остался стоять возле Аллана. Кондотьер похлопал его по плечу.

— Давайте, парни, успокоимся, — добродушно сказал он, окинув взглядом толпу, понемногу затихающую. Зрелища не получилось, и кто-то уже стал прикидывать, что у Тарли не получится взять найм. Люди постепенно потянулись вдоль причалов к другим конторам. — Работы всем хватит. Каждый день в Скайдру приходит до пятидесяти разных торговых кораблей и мелких суденышек. Не все же по рекам товар развозят. Купцы с радостью согласятся на охрану грузов по суше.

Поняв, что Тарли не собирается выходить и предлагать какие-то еще варианты найма, люди разошлись. Последними ушли Нейг и Хельми. Кстати, имечко у последнего интересное. Созвучно с морским штормом «хельмом», в который мы умудрились попасть во время бегства с архипелага. Видимо, папаша был моряком, вот и решил пошутить с сынком таким образом.

Аллан Дамфри остался на месте, решив удовлетворить свое любопытство:

— Так вы с Акаписа, господа? Как получилось, что купец и виконт (уже на интересные мысли наводит подобная компания) ищут не самую приятную работенку в Скайдре?

— Работу ищу я, — возражаю в ответ. — Виконт Агосто попросил как можно быстрее доставить его сюда, а в награду любезно согласился сопровождать меня.

Ним кивнул, принимая на веру мои слова.

— Не ваш ли корабль стоит в гавани? — во внимательности кондотьеру не откажешь. — О, господин купец, я знаю наперечет все торговые суда, заходящие в Скайдру. Когда перед глазами мелькают одни и те же названия, поневоле шкиперы и негоцианты становятся как родные. А у вас есть дух, господин…

— Игнат Сирота, — подсказал я.

— Интересное имя. Сивериец?

— Не совсем. Я родился в Халь-Фаюме.

— Ага, знавал я уроженцев тех мест. Честно скажу, вы не совсем-то на них похожи, но это не мое дело, у кого какая кровь в жилах течет.

— Разумные слова, — пробурчал виконт, но Аллан не обратил на него внимания.

— Вы молодец, что не дрогнули перед этими нахалами и горлопанами, и правильно назвали причину их проблем. Я знаю и Хельми, и Нейга, и даже Октавио… Удивительно, что не вижу его здесь.

— Он был, — ответил я, — Тарли его прогнал.

— Ага. Говорю же: Тарли очень предусмотрительный и осторожный человек. Его контракты разумны и взвешены. Если удается у него взять что-то, можно быть в прибытке. Но он никогда не рискует. Вот почему Тарли доверил именно мне ближайший караван. Мы идем до Невермута, а оттуда поворачиваем на запад и прямиком до Ромси.

— Далековато, — хмыкнул виконт Агосто. — Почти до самого западного побережья. Не легче было с Суржи заходить?

— Купцам виднее, — отмахнулся кондотьер и поглядел на грязные оконца конторы. — Лишь бы платили. Лет десять назад я тоже начинал с малого. Услышал от людей, что есть выгодное дельце по сопровождению караванов. Я пришел в порт и начал выспрашивать, не нужны ли мои услуги охранника. Со мной было десять верных парней, с которыми прошел бок о бок службу на Черных островах. А там, скажу, слабакам делать нечего. Жарко, влажно, проклятые насекомые выгрызают плоть до костей, да еще аборигены с отравленными стрелами. Если бы вы видели, как они своими страшными тесаками машут! Упаси господь попасть под их удар!

Аллан помолчал, как будто погружаясь в воспоминания, усмехнулся и продолжил:

— Я пришел в контору к одному важному наемщику и предложил свои услуги. Меня подняли на смех. Десять человек в дешевой амуниции, со старенькими палашами — да ты, капитан, в своем ли уме? Был такой кондотьер — Тесак Хлодди. Брал лучшие контракты как я сейчас, но более жестко, вырывал прямо из глотки, можно сказать. Людей у него было не меньше двух сотен. Вот и представьте, как он вычищал свою территорию ради лишней монеты. Увидев меня, без слов выхватил свой мясницкий тесак, от которого получил свое прозвище, и попер с ревом, дескать, никто не смеет раньше него получать найм. Здесь все его, а огрызки делите между собой. Пришлось убить идиота. А могли договориться.

— А как же его люди? — меня не впечатлил рассказ Аллана. — Такая армия кого угодно запугает.

— Когда имеешь решимость отстоять свое дело — даже двести человек не сдвинут тебя с места, — усмехнулся кондотьер. — Мои парни встали плечом к плечу и показали, что