Командор (СИ) - Валерий Михайлович Гуминский

сопровождении караванов, а здесь, получается, есть свои подводные камни. Только я с самого начала слабо верил в слова славного Грашара, поэтому и не разочаровался столь сильно, как могло показаться.

— Они существуют, — охотно поделился знаниями работник, — но все тонкости нужно обсуждать на берегу до того момента, как корабль отчалит от пристани Скайдры. Кстати, призовые можно изменить с негоциантами даже в конечной точке прибытия. Поэтому обговаривайте каждый пункт, не стесняйтесь навязывать свои условия. Наниматели любят торговаться и смотрят на вас, оценивают, способны ли вы отстаивать личное мнение.

— Все понятно, разложено по полочкам, — кивнул я. — Благодарю, любезный, за помощь. До свидания!

— Вторая контора по найму находится напротив третьего причала, чуть дальше отсюда! — на прощание крикнул «сюртук», когда мы уже выходили наружу.

На улице виконт посмотрел на меня и спросил нетерпеливо:

— Ну что, Игнат? Сначала пообедаем или заглянем в гости к братцу Грашара?

— Лучше ковать железо, пока оно горячо, — назидательно сказал я. — Поэтому, дорогой виконт, сейчас мы пойдем к Тарли. Что он может нам предложить?

— Как вам угодно, господин купец, — вежливо ответил Ним, и вздохнув от ускользнувшего случая утолить голод, пристроился рядом со мной, шагая по лужам не сворачивая.

Контору Тарли мы обнаружили по большому скоплению народа возле дверей. В основном это были мужчины разных возрастов, начиная от самых молодых и безусых и до пожилых с проседью в поредевших волосах, но больше всего в глаза бросались суровые, побитые жизнью и повидавшие многое на свете наемники в потертых камзолах и куртках. На широких ремнях висит солидный арсенал от ножа до огнестрела в виде массивных пистолетов. Почти все вооружены палашами, редко у кого мелькнет кортик, как у меня. По повадкам можно отличить бывалого вояку от обыкновенного заносчивого уличного забияку, вздумавшего поискать счастья в сопровождении речных караванов. Это они зря. У наемников никогда легких денег не бывает.

Мне стало интересно. Допуская, что «сюртук» описывал Тарли как хитрого и прижимистого нанимателя, почему же здесь так охотно толчется разношерстная публика? Бывших военных, понюхавших пороху, очень мало. Больше авантюристов, с которыми купцы неохотно имеют дело.

Убогая скособоченная лачуга из деревянных плах с двумя маленькими оконцами, заляпанными грязными дождевыми потеками и засиженными мухами, являлась той самой конторой, которую мы искали. Над небольшим крылечком висела квадратная вывеска с нарисованной бочкой и выглядывающей из нее какой-то странный рыбы с выпученными глазами, опирающейся на край жабрами. Значит, пришли по адресу.

— Что шумим, уважаемые? — полюбопытствовал я, оглядывая возбужденно разговаривающий народ. О, боги! Ну и рожи! Этакий паноптикум отбросов общества. Увидев меня, все мгновенно загалдели еще больше и сомкнув ряды, охватили нас полукругом, отсекая от крыльца.

— А ты кто таков, купец? — мужичок в залатанном сером кафтане со странной смесью надежды и подозрения оглядел меня, потом перевел взгляд на виконта. Противник так себе, за милю видно, что из городских босяков. — Нанимать пришел? Так это не по закону, вроде. Найм для караванщиков в другом месте. Ошибся, болезный?

Народ загудел одобрительно, посчитав дурацкую шутку очень веселой. Действительно, купцы не ищут людей для охраны на улице. Для этого и существуют портовые конторы, сводящие воедино торгашей и наемников.

— Да нет, — улыбаюсь в ответ. — Я по найму кондотьеров.

Народ качнулся и придвинулся еще ближе. Рука виконта скользнула к шпаге.

— Полегче, рвань, — предупредил он. — Стойте там, где стоите.

— Ты бы не хватался за свою зубочистку, сударь, — сказал особо смелый из дальних рядом. — Здесь у каждого своя есть, и даже получше.

Градус противостояния сбавил вышедший на улицу низенький коренастый крепыш лет тридцати пяти в коричневом камзоле и широких штанах, заправленных в начищенные сапоги. Его кустистые брови забавно контрастировали с выбритым начисто черепом. Но еще больше умиляла толстая амбарная книга под мышкой у крепыша.

— Какого дьявола под окнами шумите? — гулко бухнул он, сбивая брови к переносице. — Работать мешаете только. Сказал же вам, в ближайшую неделю только два каравана законтрактовали. На один уже есть охрана, а вот у второго очень сложный маршрут, поэтому абы кому предлагать не буду. Октавио, сразу тебе говорю: не стой здесь и не пучь глаза! Пошел отсюда, голодранец!

Октавио, тот самый мужичок в грязном кафтане, зло сплюнул, и растолкав толпу, побрел по улице к причалам. За ним потянулись еще несколько человек, надо полагать, соратники.

Крепыш снова обвел мертвыми глазами поредевшую компанию, словно обдумывая, кому еще отказать в работе. И нашел жертвы.

— Хельми, Нейг! Парни, вы не потянете! Говорю же, серьезные люди требуют опытного кондотьера с бывалой командой. Приходите в следующий раз.

— У нас ребята боевые, Тарли! — возмутился один из названных, с выдвинутой вперед челюстью. — Мы не подведем!

— Нейг, ты меня тоже пойми! — спокойно, не повышая голоса, ответил Тарли. — Я рискую больше твоего. Тебя-то вместе с командой завалят в каком-нибудь занюханном городишке, в результате чего караван останется без охраны. Чем это может закончиться, нужно говорить? Кто будет отвечать перед хозяевами? Чего глазами хлопаешь? Правильно, я. И все потому, что подобрал слабую команду. А раз виноват, то плати штраф, неустойки… Несправедливо будет, не находишь?

Получившие отказ наемники злобно заворчали, осыпая Тарли всевозможными прозвищами, самые безобидные из которых звучали как «хитрожопый ублюдок» и «продажный говнюк». Не обращая на эти оскорбления ровным счетом никакого внимания, Тарли посмотрел в нашу сторону, терпеливо ожидавших окончания представления.

— Работы нет, парни, — скользнув взглядом по добротной одежде, в которую мы были выряжены, обратился он к нам. — Вас я вообще не знаю.

— Зато знает твой братец Грашар, — ответил я, выступив вперед. — И в отличие от тебя, сразу увидел в нас достойных клиентов. Голубиную почту получил?

— А-ааа! — протянул Тарли, почесывая затылок. Ухмыльнулся. — Ну, заходите в гости, поговорим…

Толпа самых упорных наемников заволновалась, кто-то завопил, что надо «этих красавчиков как следует проучить и кинуть на корм рыбам».

— Заткнулись, господа! — неожиданно рявкнул крепыш, распугивая сидевших на крыше конторки голубей. — Эти люди от моего братца привет привезли. Я его уже больше года не видел. Так что имейте терпение. Еще ничего не решил.

Мы вошли следом за Тарли внутрь помещения, ощущая за спиной злобные взгляды. Обстановка накалялась, как бы не пришлось пробиваться из порта с боем, оставляя