Лето, пляж, зомби - Наиль Эдуардович Выборнов

ещё влажным, но чувствовалось, что день будет жаркий. Скоро еще роса… А я на мотоцикле поеду, облепит весь всего. Фу.

Я отошел чуть в сторону и посмотрел на улицу, на дома. Эти ровные практически одинаковые заборы из профлиста, поддерживаемые столбами. Крыши над ними. Кому-то тут был дом, кому-то просто дача, а некоторые так вообще сдавали их для туристов, зарабатывая на этом лишние деньги. Всё это — остатки жизни, которой больше не будет. И мне даже пришлось проредить население этого поселка.

Тут, кстати, были еще люди, когда я ходил по нему, то видел, как в окнах горят то ли свечи, то ли масляные лампы, то ли еще что-то подобное. Но никто к нам не подошел. Думаю, после той ночной бойни за нами уже закрепилась репутация отморозков с кучей стволов.

Но так оно и лучше. К нам не лезут, и мы ни к кому не лезем. Ну и пусть. Спасти всех у меня все равно не получится, вывезти тоже. Место в машинах ограничено. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Я посмотрел на дом. Уедем, и уже никогда сюда не вернемся. А ведь дом помог этим людям, укрыл. Первое, самое лихое время, здесь пережили.

Только немного еды оставили, ту, что в «буханку» не поместилась. Ну это нам немного, а семье из четырех человек, скажем, на пару недель хватит. Считай, подарок небольшой. Ну и пусть. Будем надеяться, что он нам удачу принесет, и что мы сможем выбраться с острова.

— Ну что, надо время попрощаться с городом? — спросил я, не оборачиваясь.

— А с ним и прощаться не хочется, — буркнул Степаныч, выпуская струю дыма. — Он же уже мёртв. Тут всё гниёт.

Ну а как иначе. Он ведь сына схоронил, беременную невестку. Понятное дело, что ему хочется отсюда подальше свалить, туда, где люди. Хорошо было бы, если бы это желание исполнилось, и мы смогли бы снова оказаться среди нормальных людей, а не отморозков со стволами и живых мертвецов.

— А у меня всё равно как будто что-то внутри щемит, — сказал Игорь, подходя ближе. — Жил тут двадцать лет. Внуков сюда привозил летом. А теперь… Одно радует: раз на большой земле все нормально, то они там, вместе с родителями.

Ну да. Если не учитывать того, что в мире до сих пор идет война. Даже не война. Война.

Он резко замолчал. Я ничего не сказал. Что тут скажешь?

Из дома вышла Лика, за плечами — рюкзак, в руках — автомат. Потом Яна. Они даже оделись похоже: в спортивки, только у одной синяя, а у другой бежевая. Это плохо, слишком яркие пятна. Но где достать камуфляж, да еще и их размера, я не знал.

Наташа шла рядом, с книжкой прижатой к груди. Остальные уже сгрузили вещи, проверили, не забыли ли чего. Пашка, наконец, хлопнул задней дверью“буханки» и направился к воротам.

— Ну что, двигаем? — спросил он, стирая пот со лба. Как-то так получилось, что он работал больше всех. Ну а что поделать, в машинах он разбирался лучше, чем мы все остальные вместе взятые.

И я понял, что все они ждут команды. Моей. Потому что я — главный. И даже если я сейчас скажу, что никуда мы едем, а возвращаемся домой, то они послушаются.

Но естественно я этого не сделаю. Нечего нам тут делать.

— Двигаем, — кивнул я, и мы все, кроме девчонок и ребенка двинулись обратно, в сторону дома, прошли в калитку.

Валера и Павел вдвоём открыли створки ворот. Скрип петель прозвучал неожиданно громко, я бы даже сказал резко. И как будто окончательно подвёл черту. Мы действительно уезжали. Всё, что было здесь — закончено. Дальше — неизвестность.

Я первым выкатил мотоцикл, но заводить не стал, потащил так. Надо бы дать ему прогреться, чтобы не капризничал, когда выезжать будем, но слишком уж он шумный. За мной «луазик», потом «буханка». Я осмотрелся.

— Яна, ворота закрой, — сказал я. — И замок на калитку накинь. Нахрен он уже не нужен, но пусть будет.

Она кивнула, и отправилась в сторону дома. Ей, физкультурнице, будто проще через ворота перебраться, пусть мы и ящик, который в качестве подножки использовали, убрали, чтобы выезжать не мешал.

Я посмотрел на Наташу. Она молча стояла рядом с Ликой и смотрела на дом, долго, пристально. Потом вдруг сказала:

— Мы вернёмся?

— Нет, — спокойно ответил я. — Нам нечего здесь делать. Но мы найдем место, где будет лучше.

— Хорошо, — кивнула она.

Кажется ей стало спокойнее. А я продолжил смотреть на дом. В голове роились самые разные мысли.

— Смотрите! — вдруг вскинула руку Яна, показывая в сторону улицы.

Все мы повернулись туда. Из-за поворота вышел зомби, повернулся и медленно побрел в нашу сторону. Я тут же вскинул карабин, благо свежий фильтр накрутил, да «семерка» у меня еще оставалась, пусть и не очень много.

Прицелился и увидел… Черная кожаная куртка, джинсы, крепкие ботинки. Светло-русые волосы, когда-то собранные в хвост, сейчас всклокочены, торчат во все стороны. Идет, медленно прихрамывая, лицо практически ничего не выражает. Да и измениться она не успела, не отъелась, мяса свежего ей не досталось.

— Мама! — закричала Наташа.

— Держите ее, — сквозь зубы процедил я.

Лика отреагировала первой, обхватила девочку до того, как та сорвалась с места. Та задергалась, пытаясь вырваться, побежать навстречу мертвой матери, которой так и не хватило сил поставить финальную точку в этой истории. Она не застрелилась, даже несмотря на то, что я дал ей пистолет. Может быть, не успела просто, а возможно не захотела. Черт его знает.

А теперь это придется сделать мне. Упокоить ее, отдать долг за то, что по сути спасла меня, привела к этим людям. Ведь если бы они не разъяснили мне все, не ввели в курс дела, то я вряд ли смог бы так быстро осознать, что именно тут происходит, а соответственно и адаптироваться. И меня убили бы зомби еще в первые дни, или это сделали бы бандиты чуть попозже.

У меня есть еще один долг, и это — Наташа. Не знаю, уделяю ли я ей достаточно времени, пусть и стараюсь. Но больше занят выживанием, конечно, тут ничего не поделать.

Да и вообще, на самом деле я тот еще козел, если уж совсем честно. «Сыта, зомби не