Лето, пляж, зомби - Наиль Эдуардович Выборнов

того, как промокли, горячий чай — первое дело. Потом все сели за стол. Мы уже доели, Валера и Степаныч только начали, но говорить никому не хотелось. Все думали о своем, и я понятия не имел, кто о чем думает.

Степаныч, уже обсохший и переодетый в сухую рубаху, шумно прихлебывал горячий чай.

— Чертова погода, — проворчал он между глотками. — Еще и ворота во двор чуть не сорвало, пока мы бензин таскали. Парусит очень сильно.

— Это мы еще легко отделались, — сказал Павел, разминая плечи. — Главное же — целы, а все остальное — ерунда.

— Главное, чтоб крышу не сорвало, — буркнул я. Там, на втором этаже действительно гудело, а еще и дождь долбил по крыше, как будто барабанная дробь. — Дождь-то ладно, а вот ветер нехороший.

— Да с крышей все нормально, — отмахнулся Игорь. — Дом крепкий, еще дед мой строил, в советское время. Тогда такие вещи на века делали.

— Раз уж заговорили про жилье… — подала вдруг голос Яна. — Мы ведь уезжаем. Ты серьезно об этом?

— Серьезнее некуда, — ответил я. — Тут мы долго не протянем. И дело даже не в зомби, они сюда почти не заходят. Если не шуметь, держаться можно. Проблема как раз в том, что зомби тут немного, а вот люди встречаются. С нас есть что взять, а серьезного штурма дом не выдержит.

Да и они все не бойцы, несмотря на то, что Степаныч с ними вроде как позанимался. Так что держать дом будем мы вдвоем в итоге. И естественно погибнем.

— Ну а дальше что? — поинтересовалась Лика. Она сидела на диване рядом со мной, по правую руку, но держала дистанцию. Хотя остальные уже явно догадывались, что между нами происходит. — Попытаемся полуостров покинуть?

— Да, — кивнул я. — Либо к мосту, либо к перешейку. Я еще не решил. Там наверняка кордоны, но остается надеяться, что договориться получится. Хотя я сам не знаю, если честно.

— А если не выйдет? — спросил вдруг Игорь. — Если дороги из Крыма не будет?

— Тогда найдем место и обустроимся, — сказал я. — Чем дальше от крупных городов, тем лучше. Но чтобы и совсем в глуши не оказаться. Нам надо место, где можно будет обжиться. И чтобы рядом топливо было и источник воды. Колодец, скважина — не важно. И город недалеко, чтобы пока что-то свое растить не начнем, еду добывать.

— В деревню надо, если найдем. Но чтобы людей не было. Зачистить, занять дома.

— Ну это запасной план, — кивнул я. — Главное, чтобы техника нас не подвела.

— С тачками все будет нормально, — уверенно сказал механик. — Завтра-послезавтра доделываем, движок «Урала» переберу. Потом пробный заезд можно устроить. Ну а денька через два поедем.

— Только бы погода успокоилась, — проворчал Степаныч. — Может ведь такое быть, что она на неделю или дольше. Раньше такое случалось. Хотя… Мощно слишком что-то, да и внезапно, как по команде.

— Дома будем, — сказал я. — Все равно варить в такую погоду нельзя.

— Тогда что, сидим и играем в карты? — усмехнулся Валера.

— Если есть карты, — добавил Павел.

— Есть, — вдруг сказала Яна. — В доме нашла. Старенькие, потрепанные, но играбельные.

— Да? — заинтересовался Игорь. — Странно, а я и забыл про них. Иначе давно бы достал, делать же нечего.

Я вдруг не выдержал и ухмыльнулся.

— Ну, тогда всё, как в хорошей книге про апокалипсис. Гроза, зомби снаружи, свечи, карты на столе. Все как полагается.

— Только без виски и сигар, — буркнул Игорь.

— И без блэкджека со шлюхами, — добавил Павел, ухмыляясь.

Ну это как сказать.

Все невольно рассмеялись. Несмотря на дождь, зомби и общую мрачность ситуации, хоть какая-то иллюзия нормальной жизни осталась. Прикольно это — хотя бы один вечер спокойно провести. Может быть и хорошо, что шторм начался, а то мы все бегали по делам, суетились.

— На что играть будем? — спросила Яна, начиная тасовать карты.

— На раздевание? — усмехнулась вдруг Лика.

— Не, — я покачал головой. — Я не хочу еще раз стариковские стати увидеть.

— Доживи до моих лет сперва, — проворчал Степаныч. — Потом говорить будешь.

— Ну, без интереса так без интереса, — проговорила Яна и принялась раздавать.

Мы сыграли одну партию, вторую, третью, а потом мне надоело. И я решил, что стоит навестить Наташу, которая к нам не спустилась. Поднялся, и на мое место тут же уселась Лика. А я двинулся наверх.

Прошел по лестнице, постучал в комнату, но мне никто не ответил. Тогда я потянул на себя дверь, благо она оказалась не на защелке, осмотрелся по сторонам, но никого не увидел. Сперва ощутил неприятный холодок в груди: неужели сбежала, неужели пошли искать мать?

И только потом я заметил ногу, которая торчала из-под стола. Подошел к нему, присел, посмотрел на девочку, которая едва заметно дрожала. Тут послышался удар грома, из-за которого аж стекла в рамах задрожали. Она тут же вздрогнула.

— Грозы боишься? — спросил я, стараясь говорить спокойно, чтобы не напугать её ещё сильнее.

Наташа вздрогнула, но не ответила сразу. Её тонкие пальцы сжали колени, а плечи мелко задрожали. Я сел рядом, но не слишком близко, чтобы не давить на неё своим присутствием.

— Не знаю, — наконец пробормотала она. — Наверное. Когда гром гремит, кажется, будто зверь какой-то рычит. Может быть, такой же, как эти зомби.

— Зомби звуков не издают, — сказал я. — Они мертвые, не дышат. Голосовые связки у них не работают.

Наверное, это объяснение было все-таки лишним, ей это не очень-то интересно. Ну и как ее успокоить? Да хрен знает, я ведь не педагог.

Я посмотрел на окно. Вспышка молнии снова на мгновение озарила комнату, и почти сразу за ней последовал раскат грома, гулко прокатившийся по крыше. Девочка вздрогнула снова и плотнее прижала ладони к ушам.

— Ты ведь не боишься? — спросила она, наконец посмотрев на меня.

Я пожал плечами.

— Да не особо… — ответил я уклончиво. — В грозу выбираться куда-то — идея так себе, хотя приходилось, конечно. Но сам по себе дождь не страшен.

Яма. С отвесными стенами из плотного жирного суглинка.