Настройщик - Дэниел Мейсон

Эдгар наклонился ниже и коснулся губами ее кожи, прохладной и влажной от испарины. Он вдыхал запах ее волос, чувствовал губами соль на ее шее. Она медленно переплела свои пальцы с его.

В этот момент все в мире замерло, осталось только тепло ее пальцев, гладкость кожи под его мозолями. Свет от свечей танцевал на мягкой поверхности ее щеки, выхватывая из темноты контуры цветка. Они оставались в таком положении несколько секунд, а может, больше — время отсчитывали лишь сверчки.

Кхин Мио первой разорвала их объятия, мягко высвободив свои руки из рук Эдгара, все еще лежащих на клавишах. Она коснулась пальцами его плеч: «Я должна идти». Он снова закрыл глаза, в последний раз вдохнул ее запах и отпустил ее.

21

Он провел ночь у рояля, то засыпая, то просыпаясь. Было еще темно, когда его разбудил скрип открываемой двери и звук шагов. Он открыл глаза, ожидая увидеть детей, но обнаружил перед собой пожилую женщину.

— Вы нужны доктору. Быстрее, — сказала она, от нее пахло несвежей рыбой.

— Простите? — Он сел, все еще не до конца проснувшись.

— Вы нужны доктору Кэрролу. Быстрее.

Он встал и одернул рубашку. Наконец он понял, что этот вызов доктора как-то связан с прошлым вечером, с Кхин Мио.

Старуха повела его на улицу. Занимался рассвет, было холодно, солнце было еще где-то далеко за горами. У дверей приемной она улыбнулась, обнажив полный рот черных от бетеля зубов, и поковыляла обратно по тропе. Доктор был в приемной, он склонился над раскиданными по столу картами.

— Вы меня звали, — сказал Эдгар.

— Да, здравствуйте, мистер Дрейк, садитесь, пожалуйста. — Он указал на стул.

— Эдгар сел и стал смотреть, как доктор сосредоточенно перебирает карты, одна рука скользит по линиям на бумаге, другая массирует заднюю часть шеи. Вдруг он посмотрел на Эдгара и стащил с носа пенсне.

— Мистер Дрейк, приношу вам свои извинения за то, что разбудил вас так рано.

— Ничего страшного. Я...

— Но дело не терпит отлагательства, — прервал его доктор. — Я несколько часов назад вернулся из Монгпана, мы неслись вскачь, — его голос был каким-то необычным, он казался рассеянным, говорил формальным тоном, оттенок близости куда-то улетучился. Только теперь Эдгар заметил, что на Кэрроле все еще дорожная одежда, забрызганная грязью. На поясе висел пистолет. Эдгара пронзило внезапное чувство вины перед доктором: «Нет, это не из-за Кхин Мио».

— Мистер Дрейк, будет лучше, если я скажу вам все напрямик.

— Конечно, но...

— На Маэ Луин собираются напасть.

Эдгар подался вперед, словно чтобы лучше расслышать.

— То есть, я не понимаю. Как — напасть?

— Может быть, уже сегодня ночью.

Наступила тишина. На секунду Эдгар подумал, что это, может быть, шутка, что есть еще что-то, что доктор должен объяснить. Он снова поглядел на пистолет, на грязную рубашку, на опухшие глаза Кэррола, он казался измотанным.

— Вы не шутите, — сказал он как будто сам себе. — Но я думал, мы заключили соглашение. Вы сказали мне...

— Соглашение остается в силе. Это не Лимбинский союз.

— Тогда кто же?

— Другие. У меня есть враги. Вероятно, это переметнувшиеся союзники, люди, которых я раньше считал друзьями, но в лояльности которых я теперь вынужден усомниться. — Он снова взглянул на карту. — Я хотел бы объяснить вам больше, но мы должны подготовиться... — Он помолчал, прежде чем снова поднять глаза. — Пока я больше ничего не могу вам сказать. За месяц до вашего приезда на нас уже нападали — вы это знаете, вас из-за этого задержали в Мандалае. Несколько нападавших были позже схвачены, но они отказались открыть, кто руководил ими, даже под пыткой. Некоторые утверждали, что они всего лишь грабители, но я никогда не видел, чтобы простые грабители были так хорошо вооружены. Более того, часть их винтовок были британского производства, что означает, что они были украдены или же что бывшие союзники меня предали.

— А сейчас?

— Два дня назад я поехал в Монгпан, чтобы обсудить строительство дороги до Маэ Луин. Спустя лишь несколько часов после моего прибытия в резиденцию князя примчался мальчишка. Он рыбачил на одном из мелких притоков Салуина и, увидев группу людей, разбивших в лесу лагерь, подполз к ним и подслушал их разговоры. Он не все понял, но услышал, что они обсуждают план нападения на Монгпан, а затем — на Маэ Луин. И у них снова были британские винтовки, причем на этот раз отряд был гораздо больше. Если мальчик прав, я не могу понять, зачем вообще дакоиты забрались так далеко в глубь плато, чтобы напасть на нас. Есть много возможных версий, но сейчас у меня нет времени обсуждать их с вами. Если они уже в Монгпане, то могут добраться досюда уже сегодня к вечеру.

Эдгар ждал, что доктор скажет что-то еще, но тот молчал.

— И что вы теперь будете делать? — спросил он.

— Исходя из того что мне сказали, отряд слишком большой — сами не сможем защитить свой лагерь. Пришлось запросить помощи. Я послал верховых гонцов. Дружественные племена вышлют мне людей, но неизвестно, смогут ли они быть здесь вовремя. Из Монгпана, из Монгханга, из... — Он снова взглянул на карту, перебирая деревни, но Эдгар его уже не слушал, а думал только о всадниках, катящихся на Маэ Луин с гор. Он словно видел перед собой людей, быстро несущихся по тропам между карстовых утесов, по плато, с развевающимися вымпелами, на пони с выкрашенными красным хвостами. Видел, как войска собираются в лагере, как женщины пытаются где-нибудь укрыться. Эдгар думал о Кхин Мио. Он вспомнил о встрече с союзом князей. Доктор сейчас был в той же форме, что и тогда, и у него был такой же отсутствующий взгляд. Эдгар открыл рот:

— А я...

— Мне нужна ваша помощь, мистер Дрейк.

— Я готов сделать все, что потребуется. Правда, я не слишком хорошо обращаюсь с винтовкой, но...

— Нет, у меня для вас более важное поручение. Даже при условии, что подмога придет вовремя, Маэ Луин может не выстоять, а если мы и сможем отразить нападение, без серьезных потерь в любом случае не обойтись. Это всего лишь маленькая деревня.

— Но если у вас будет больше людей...

— Может быть, а может быть, они подожгут лагерь. Я должен предусмотреть и такую возможность. Я не могу рисковать всем, чего я достиг за двенадцать лет. Военные отстроят Маэ Луин, но на большее я рассчитывать не могу. Я уже отдал распоряжения насчет моего медицинского оборудования, микроскопов, коллекций растений, чтобы они были спрятаны и сохранены. Но остается...

— «Эрард».

— Я не смогу доверить моим людям вывозить его отсюда без сопровождения человеком, знающим в этом толк. Они, к сожалению, не сознают, насколько хрупок этот инструмент.

— Но куда вывозить его?

— Нужно двигаться вниз по реке. Вы отплывете сегодня утром. Отсюда лишь несколько дней пути до британских укреплений в стране каренов. Там вас встретят военные, которые помогут вам добраться до Рангуна.

— До Рангуна?

— Пока все не успокоится. Но Маэ Луин больше не может быть безопасным местом для гражданского лица. Это время прошло.

Эдгар покачал головой.

— Это все так неожиданно, доктор. Может быть, я все же могу остаться... или отвезти рояль в горы. Для меня это невыносимо... — его голос упал. — А Кхин Мио? — неожиданно спросил он. «Теперь можно об этом спросить, она имеет ко всему этому прямое отношение. Как все сложно! Но теперь не только я о ней думаю».

Доктор взглянул на него, и его голос прозвучал неожиданно жестко.

— Она останется со мной.

— Я спросил потому...

— Здесь она будет в безопасности, мистер Дрейк.

— Но, доктор...

— Простите, мистер Дрейк, но у меня больше нет времени на разговоры. Нам нужно подготовиться к отъезду.

— Но должна же быть хоть какая-то возможность остаться, — Эдгар попытался контролировать себя — в его речи ощущались панические нотки.

— Мистер Дрейк, — медленно проговорил доктор, — у меня нет на это времени. Я не предоставляю вам выбора.

Эдгар уставился на него:

— Но я же не ваш подчиненный.

Наступила долгая пауза. Доктор снова потер шею и посмотрел на карты. Когда он поднял глаза, лицо его смягчилось.

— Мистер Дрейк, — сказал он, — мне очень жаль, что так случилось. Я понимаю, что это значит для вас, я понимаю больше, чем вы думаете. Но сейчас у меня нет выбора. Я думаю, наступит день, когда вы это оцените.

Спотыкаясь, Эдгар побрел к выходу. Выйдя из приемной, он стоял некоторое время неподвижно, стараясь успокоиться. Вокруг него все кипело. Одни с какой-то лихорадочной активностью собирали мешки с песком, другие сбежали к реке, нагруженные винтовками и боеприпасами. Другие срезали и связывали бамбук так, что получался щетинистый частокол. Группа из женщин и детей работала в качестве пожарной команды: они наполняли водой ведра, глиняные сосуды, кухонные горшки.