Российская история в лицах - Владимир Фортунатов

После смерти Петра Великого при поддержке Меншикова мариенбургская «портомойка» стала российской императрицей. Научилась ли она «управлять государством», находясь рядом с таким правителем, как Петр Великий, у которого было чему поучиться? Два с половиной года Екатерина наслаждалась жизнью, полностью отдавшись плотским излишествам, а правил за нее Ментиков. Поэтому к известным словам Ленина «каждая кухарка может научиться управлять государством», по-видимому, следует добавить: «если захочет». А зачем ей этого было хотеть?

Екатерина I. Литография XIX в.

Умерла Екатерина I 6 мая 1727 г. в возрасте всего лишь 43 лет от скоротечной чахотки. «Портомойка», или «лифляндская Золушка», похоронена рядом с Петром Великим в Петропавловском соборе. В ее честь в 1714 г. Петр учредил орден Святой великомученицы Екатерины – высшую женскую награду в России. Первым кавалером этого ордена стала сама Екатерина. Памятников Екатерине I нет, если не считать замечательную игру Аллы Тарасовой в довоенном фильме «Петр Первый».

Вряд ли хотела, училась и рассчитывала управлять государством, тем более всей Российской империей, родная племянница Петра Великого Анна Ивановна. Ее отцом был Иван V Алексеевич, единокровный, по отцу Алексею Михайловичу старший брат, соправитель Петра Алексеевича, а матерью – Прасковья Федоровна Салтыкова. Родилась Анна Ивановна в 1692 г.

Петр I хорошо относился к вдове брата и его дочерям. Анна Ивановна в государственных интересах была выдана замуж за герцога Фридриха-Вильгельма, правителя Курляндии, которая находилась на территории современной Латвии. (Еще Даниловичи, московская ветвь Рюриковичей, успешно использовали политические браки для расширения своих владений, укрепления союзнических отношений и т. д.)

Злые языки утверждали, что настоящим отцом внушительной по объемам Анны Ивановны был не хилый и глуповатый Иоанн V, а здоровенный спальник его жены, дворянин Василий Юшков.

Почти сразу после свадьбы Анна Ивановна стала вдовой. Муж неожиданно умер на первой же станции по дороге в Митаву, не перенеся российского «алкогольного марафона». Анне велели сидеть в Курляндии правительницей под контролем русского представителя П. М. Бестужева-Рюмина, который по совместительству был ее любовником.

После смерти Петра II в соответствии с известным русским принципом «на безрыбье и рак рыба» члены Верховного Совета пригласили ее стать российской императрицей. Они собирались сами править за нее, поэтому предложили подписать кондиции (условия), которые ограничивали ее власть. Однако желающих «порулить» руками слабого правителя в России всегда было достаточно. Во всяком случае многие не хотели, чтобы узкая группа лиц из высшей аристократии или тогдашней олигархии узурпировала власть в своих руках. Дворянство настойчиво попросило, и Анна Ивановна разорвала кондиции. Но, как это часто бывает в политике, на арене появилась «темная лошадка» – Бирон.

В качестве любовника Бирон заменил Бестужева еще в Курляндии. В качестве реального правителя он уже в марте 1730 г. приехал в Москву, и «они уже не расставались ни на один день. Более того, многие современники отмечали, что императрица не могла и часа провести без Бирона, их часто видели шествующими рука об руку <…> Зимой и летом, в дождь и снег они были вместе. Они даже болели одновременно, точнее, болезнь Бирона делала Анну больной, и она не покидала на это время его покоев <…> Примечательно, что, отправляясь по зову верховников в Москву, Анна взяла с собой, кроме необходимых вещей, и годовалого сына Бирона Карла-Эрнста. Есть серьезные основания думать, что Карл был сыном Анны от Бирона, и она брала с собой самое дорогое ей существо. Известно также, что Карл-Эрнст впоследствии пользовался особой милостью при дворе Анны и до самой смерти спал в одной с ней комнате».[64]

Эти слова известного петербургского историка Е. В. Анисимова позволяют утверждать, что десять лет правления Анны Ивановны не случайно назывались «бироновщиной».

Анна Ивановна имела тяжелый нрав, была властной, упрямой, жестокой, энергичной, но могла быть и ленивой, нежной и суеверной; увлекалась совсем неженским делом – стрельбой и охотой. Императрица не любила театр, но могла подолгу слушать пение хора, неприличные рассказы «с перцем» и смотрела представления шутов и шутих. По ее указанию построили ледяной замок, где все предметы были сделаны изо льда. В этом замке устроили свадьбу старой и некрасивой шутихи и шута князя Голицына, внука фаворита правительницы Софьи. В Петербурге императрицу развлекали сотня соловьев, пятьдесят чижей, пятьдесят овсянок, двести канареек и попугаи. По птичкам за окном она метко стреляла из ружей, которые были расставлены по всему дворцу.

В 47 лет она заболела, слегла и, не вставая, умерла со словами: «Простите все». Можно ли считать такую фразу достаточной, чтобы действительно простить?

Одной из самых нелепых фигур на российском престоле была Анна Леопольдовна (Елизавета-Екатерина-Христина). Ее отцом был мекленбургский герцог Карл-Леопольд (поэтому ее можно называть и Анной Карловной), а матерью – Екатерина Ивановна, родная сестра Анны Ивановны, о которой речь шла чуть выше. Екатерина Ивановна вместе с дочерью сбежала от деспотичного мужа и умерла в Петербурге в 1733 г., после крещения дочери в православие. Родилась Анна Леопольдовна в 1718 г. в Ростоке в Германии, а умерла в 1746 г. в Холмогорах, на европейском севере России. Кто виноват в том, что молодая красивая женщина умерла, не дожив до 28 лет? При отсутствии хоть какого-то желания научиться управлять государством испытания, которые пришлись на долю этой эмоциональной натуры, оказались ей не по силам.

Во всяком случае «правила игры» не предполагали, чтобы Анна Ивановна объявила своим наследником Карла-Эрнста, если это был действительно ее сын. На полном «безрыбье» она выдала племянницу замуж за брауншвейгского герцога Антона-Ульриха и 12 августа 1740 г. получила желаемого наследника – правнука Ивана V. Родителей за возможных правителей не считали. «Меня держат только для родов!», – возмущалась Анна Леопольдовна.

Анне Леопольдовне законный муж очень не нравился. Он прибыл в Петербург еще в 1733 г., а под венец она с ним пошла через шесть лет. Под руководством Миниха Антон-Ульрих участвовал в штурме Очакова (1737). В походе на Бессарабию командовал сводным отрядом из трех полков. Проявил себя как храбрый офицер и получил чин генерал-майора. Правда, награждение его голубой лентой ордена Святого апостола Андрея Первозванного уже казалось перебором.