Шах нефтяному королю - Сергей Соболев

– Отсюда можно предположить, что Бухгалтер, который помогает Ильдасу решать денежные вопросы, находится в том месте, где они держат в заложницах Тамару, – сказал Абдулла. – Мы сейчас занимаемся выяснением еще одного любопытного момента. Вечером мы допросили парня, работающего в автомастерской в Реутове. Тот рассказал, что Ильдас, когда приезжал из Москвы или с Истры, каждый раз оставлял у них свою «БМВ» и брал разъездной джип, на владение которым у него тоже имеются документы. Охрану он отпускал или просил обождать его в Реутове. С собой он брал только Казбека или Тимура, иногда обоих. В последние дни – только Тимура. Кстати… Тем вечером, когда похитили Тамару и ее русского приятеля, Ильдас приехал в мастерскую и, пересев на джип, куда-то уехал на ночь глядя. Вернулся он только рано утром…

– Похоже, Ильдас обзавелся в Подмосковье какой-то собственностью, – высказал предположение Ахмад. – Оформил все не на себя, а на кого-то другого. Собственность эта, скорее всего, находится где-то восточнее Москвы, на горьковском или владимирском направлении. Абдулла говорит, что у него таких данных нет.

– Мне ничего об этом неизвестно, – кивнул тот. – А вам, Учитель?

– Мне тоже, – сказал Хан. – Постарайтесь срочно выяснить, где именно находится эта «неучтенная» собственность Ильдаса.

– Будет сделано, – заверил Абдулла.

– Как обстоят дела с противодействием людям из «Аркады»? – поинтересовался Хан. – Вы работаете в этом направлении?

– Да, Учитель, – сказал Абдулла. – Если не возражаете, мы вернемся в офис на Полянке… Что касается «Аркады», то начнем действовать, как только представится удобный случай.

Анна Тимофеевна имела привычку не оставлять мусор на ночь.

Но так случилось, что она изменила своему правилу, забыла вечером совершить короткую прогулку к мусоропроводу. Впрочем, ее забывчивость можно извинить тем, что вчера, ближе к концу рабочего дня – сама Анна Тимофеевна уже два года как на пенсии, – к ней, в двухкомнатную квартиру в Митине, приехала дочь Виктория. Да не одна, а с детьми, внуками Артемом и Полиной. Причем Викуля сразу объявила, что они останутся здесь ночевать.

У Вики и ее мужа Сергея есть свой добротный дом в Апрелевке. Дочь как-то проговорилась, что цена их дому – полмиллиона. И не рублей, а долларов. Анна Тимофеевна, конечно, часто бывает у дочери – почему лишний раз не увидеться с внуками? Но свое Митино, где у нее полно знакомых, и свою квартиру, из окон которой виден светлый корпус роддома, где она проработала много лет до пенсии, она тоже любит.

То, что Вика приезжает к ней иногда в Митино и остается ночевать вместе с детьми – иногда даже задерживается здесь на несколько дней, – у Анны Тимофеевны не вызывало никаких вопросов. Почему бы родной дочери не приехать к маме? И жить здесь столько, сколько она считает нужным. Что в этом необычного? Нормальные родственные отношения.

У Анны Тимофеевны, правда, были кое-какие подозрения на сей счет. Она хорошо изучила свою дочь, а потому не могла не замечать, что Викуля в такие дни, когда она с детьми остается в Митине, заметно нервничает.

Наверное, это как-то связано с работой Сережи. В прошлом Викин муж служил в госбезопасности, а сейчас работает в какой-то крупной фирме.

Получает там очень высокую зарплату. А в нынешней России, это знает и младенец, большие деньги, особенно специалистам по безопасности, просто так никто не платит.

Наверное, думала про себя Анна Тимофеевна, Викуля приезжает сюда с детьми в те дни, когда ее муж Сергей получает какие-то рискованные задания. Она как-то пыталась поговорить на эту тему с дочерью, но Вика лишь раздраженно отмахнулась: «Не говори глупости, мама…» Виктория нахваталась разных привычек от своего супруга, в том числе и нежелание говорить с близкими о сколь-нибудь серьезных делах.

Но это так, к слову.

Конечно же, Анна Тимофеевна рада была принимать у себя дочь и внуков.

Сразу же занялась выпечкой – дети любят, – потом смотрели телевизор, разговаривали…

А мусор вынести за всеми этими хлопотами – забыла.

Встала она рано. Даже раньше обычного, в начале шестого утра.

Умылась, поставила на плиту чайник. А потом вспомнила про полное мусорное ведро.

Она вышла на лестничную площадку, вытряхнула ведерко в мусоропровод, а когда подходила к двери своей квартиры, которую оставила прикрытой, но не запертой на ключ, увидела какого-то мужчину, спускавшегося по лестнице с верхних этажей.

Дальше произошло то, чего Анна Тимофеевна никак не ожидала.

Мужчина неожиданно набросился на нее. Женщина и охнуть не успела, как незнакомец одной рукой в перчатке закрыл ей рот, а другой толкнул незапертую дверь. Она была так напугана, что выронила пустое пластмассовое ведерко. Мужчина, продолжая удерживать ее, задвинул это ведерко ногой с лестничной площадки в прихожую. Втолкнув туда же Анну Тимофеевну, вошел вслед за ней в квартиру, не забыв закрыть за собой дверь.

Она попыталась было открыть рот, но мужская перчатка, залепившая уста, не давала вырваться из них ни звуку.

– Тссс! – произнес мужчина, на котором, как она уже заметила, была надета маска с прорезями для глаз и рта. – Будете вести себя разумно, никто не пострадает! Ни вы сами, ни ваша дочь, ни ваши внуки…

Перед ее глазами, распахнутыми от ужаса, появился пистолет с длинным набалдашником. Анна Тимофеевна, имея такого зятя, как Сережа, знала, что эта штуковина зовется «глушитель». И что из такого оружия можно убивать людей бесшумно, даже соседи по лестничной площадке не проснутся.

В этот момент из гостиной в коридор вышла Вика в ночной рубашке. Она сладко зевнула, потянулась с зажмуренными глазами, потом полушепотом произнесла:

– Мама, ну что ты скребешься с утра пораньше…

И только потом заметила присутствие в маминой квартире постороннего мужчины с пистолетом.

Человек в маске втолкнул обеих женщин в кухню. Чтобы не тревожить детей, которым в это раннее время положено видеть сладкие сны, он плотно прикрыл кухонную дверь. А потом негромким голосом, коротко, но энергично разъяснил женщинам, что от них требуется.

Виктория, хотя и была сильно напугана, да к тому же в квартире находились ее дети, все же попыталась качать права.

– Если у вас есть какие-то вопросы к моему мужу, то при чем здесь я, моя мама и мои дети? – нервным шепотком произнесла она. – Да и вообще вы представляете себе, вкакойконторе работает мой супруг?! Вы не боитесь, что если вы не уйдете отсюда немедленно, у вас могут возникнуть крупные неприятности?

– Нет, не боюсь, – донесся из-под маски спокойный голос. – Звоните мужу. Прямо сейчас! Номер я вам сам наберу… Если откажетесь, я убью вас и ваших детей.

Чертанов ночевал в своей конторе в Мневниках. Спецотдел службы ЭМ мог потревожить его в любой момент, особенно в этой ситуации. Если появятся данные о местонахождении Тамары Истоминой и ее друга, он немедленно отдаст своим людям, находящимся в полной боевой готовности, команду «фас».

Услышав мелодичные переливы сотового телефона, он встал с диванчика, на котором коротал эту тревожную ночь. Взял со стола трубку, тут же по высветившемуся номеру определил звонившего.

Звонила Вика, со своего сотового. Странно, что это ей в такую рань не спится на маминых пуховиках?

Разговор с женой получился короткий, но за эту минуту Чертанов так взмок, будто находился на палящем солнце…

Разговаривая с женой, а потом с тем, кто перехватил у нее трубку, Сергей Иванович одновременно, воспользовавшись еще одним мобильником, набирал номер старшего дежурной смены «Аркады». Определенно, ему сейчас нужна была помощь его крутой фирмы. Чертанов хотел было сыграть «тревогу» для дежурного звена «Аркады», но… решил пока с этим не торопиться.

– У вас есть минута, чтобы спуститься и выйти из подъезда, – послышался из трубки мужской голос. – Если опоздаете хоть на секунду, мы убьем… для начала вашу дочь.

Чертанов ощутил, как его горло перехватила удавка.

– Все, время пошло!

Не теряя ни секунды, Чертанов ринулся вон из кабинета. Шестое чувство подсказывало ему, что сэтимилюдьми шутить нельзя. Он хлопнул дверью, не зная даже, закрылся ли автоматический замок, запирающий дверь его офиса. Потом, перепрыгивая через две-три ступеньки, понесся с четвертого этажа на первый.

Затем мимо сонного вахтера, едва не вышибив перекладинку турникета.

Вылетел во двор, где в это раннее время никого не было…

Ан нет! К подъезду мягко подкатил серый, как занимающийся рассвет, микроавтобус. Почти бесшумно скользнул боковой люк. Без долгих раздумий Чертанов нырнул в него.

Люк тут же закрыли. В следующее мгновение водитель тронулся с места и взял курс в известном лишь этим людям направлении.