Вильгельм Завоеватель. Викинг на английском престоле - Дэвид Дуглас

Положение складывалось тревожное. Разрозненная до сих пор оппозиция объединилась. В Англии находилась сильная скандинавская армия, союзниками которой выступили влиятельные англосаксонские феодалы. Весть об этом быстро разнеслась по всему королевству, и заговорщики, потерявшие было надежду, воспрянули духом. Мятежи вспыхнули повсюду: в Дорсете, Сомерсете, Стаффордшире, Южном Чешире и в ряде других мест. Наибольшую тревогу вызывал север страны. Йоркшир уже был потерян, а огромный район к северу от Тиса, известный как «земля святого Кутберта», мог в любой момент выйти из-под контроля благодаря деятельности короля Шотландии. Малкольм уже не скрывал своих связей с оппозиционерами. Более того, как раз в это время был заключен брачный союз, который оказал огромное влияние на дальнейшую историю Англии: король Малкольм женился на сестре принца Эдгара Маргарет. Все это могло привести к непредсказуемым последствиям. Например, уже осенью 1069 года заговорили о возможности основания на севере Англии нового скандинавского королевства. Другим вариантом было создание королевства, королем которого бы стал Эдгар. Поддержку ему вполне могли оказать Малкольм и Свейн. Имелся даже шанс организовать официальную коронацию, поскольку епархию Йорка возглавлял независимый архиепископ.

Масштабы кризиса требовали адекватной реакции, что объясняет (но не оправдывает) жестокость, проявленнную при подавлении мятежей. Вильгельм Завоеватель, как и всегда, действовал быстро и решительно. Он направился к Аксхольму и выбил с острова датчан, которые отступили в Йоркшир. Оставив графов Мортеня и О следить за развитием событий в Линдсее, он повернул на запад, чтобы подавить мятеж, возглавляемый Эдриком Диким и уэльскими принцами. Сделать это ему удалось с минимальными потерями. Затем он отправил епископа Котанса Жофрея с частью войск на подавление мятежа в Дорсете, а сам повел главные силы в Линкольншир. Однако, когда нормандцы подошли к Ноттингему, стало известно, что датчане готовятся вновь захватить Йорк, и Вильгельм вынужден был повернуть на север. Мятежники попробовали перекрыть Эйрский перевал, но смогли продержаться очень недолго. Узнав об этом, датчане поспешили покинуть столицу английского севера. Войска Вильгельма двигались к ней, не встречая сопротивления и уничтожая все на своем пути. Рождество король Англии встретил в сожженном Йорке, окрестности которого были превращены его воинами в безжизненную пустыню. Произведенные опустошения можно объяснить тем, что, двигаясь с максимальной скоростью, войска Вильгельма не могли позволить оставлять у себя в тылу потенциальные источники сопротивления. Но последующие действия, бесспорно, были не чем иным, как актами устрашения. Часть нормандской армии разбилась на мелкие отряды, которые начали терроризировать население Йоркшира, постоянно совершая набеги на различные районы графства. Страшные результаты этих вылазок были заметны даже двадцать лет спустя.

Сам король в Йоркшире задерживаться не стал. Не обращая внимания на ужасную погоду, он произвел стремительный рейд в долину Тиса, а затем совершил самый трудный и опасный марш-бросок в своей военной карьере. К тому времени на западе Англии мятеж начал выдыхаться, но центр сопротивления в Честере сохранился. Король решил перейти Пеннинские горы и нанести неожиданный удар. Напомним, что происходило это в разгар зимы, которая в тех местах бывает весьма суровой. Даже бывалые воины, смущенные тяжестью предстоящего похода, стали роптать. Однако Вильгельм пресек все проявления недовольства и приступил к выполнению задуманного. В итоге его войско подошло к Честеру раньше, чем противник смог подготовиться к обороне. Город был взят без особого труда. Через некоторое время возле него, а также в Стаффорде по приказу Вильгельма были построены замки, в которых разместились нормандские гарнизоны. Таким образом, все крупные очаги сопротивления были уничтожены. Датчане, поняв, что их английские союзники разгромлены, стали более сговорчивы и вскоре согласились взять выкуп и покинуть район Хамбера. Королевская армия двинулась на юг. Известно, что в канун Пасхи 1070 года она уже находилась в Винчестере.

Операции, проведенные Вильгельмом в 1069–1070 годах, по праву составили одну из его самых удачных военных кампаний. Многочисленные враги короля были повержены, и его власть утвердилась на всей территории страны. Вместе с тем за его действия в этот период Нормандское завоевание и сам Завоеватель чаще всего подвергаются критике. В войнах XI века с противником и местным населением обычно не церемонились. Однако методы, которые использовал для подавления мятежа король Вильгельм, были признаны чрезмерно жестокими и варварскими даже теми, кто испытывал к нему откровенную симпатию. Вот что пишет один из них, Ордерикус Виталис: «Я воздавал хвалу Вильгельму за многие его поступки и не отказываюсь от своих слов. Но я не решусь одобрить его действия, в результате которых добрые и злые уничтожались безо всякого разбора, а спасшиеся умирали затем от голода… Мне остается только страдать и скорбеть об этих несчастных. Одобрять человека, повинного в такой массовой бойне, было бы грубой и ничем не оправданной лестью. Более того, я должен признать, что столь варварское убийство не должно остаться безнаказанным». Такова точка зрения нормандского монаха. Не трудно представить, что должны были чувствовать его современники в Англии. Английские хроники рисуют страшную картину разорения северных провинций, выжившие обитатели которых не успевали хоронить убитых, и вдоль дорог еще долго находили человеческие кости. Они рассказывают о том, что уцелевшие города Северной Англии были переполнены беженцами, которые находились в крайней степени истощения, и сравнивают нормандский рейд с эпидемией чумы. То, что это не гипербола, подтверждают данные «Книги Судного Дня». Последствия карательной экспедиции Вильгельма давали знать о себе вплоть до правления Стефена. Численность населения Йоркшира восстановилась только через два поколения. Йоркшир был не единственным районом, пострадавшим в результате кампании 1069–1070 годов. В меньшей степени репрессиям подверглись жители огромной территории – от Мерсии на западе до Дерби на юге. Следует отметить, что ни до, ни после угроза королевской власти Вильгельма не была столь велика. Даже события зимы 1070 года не привели к окончательному преодолению кризиса.

Весной датский флот, которым на этот раз руководил сам Свейн, возвратился к Хамберу и оттуда двинулся на юг в сторону Уоша, высадив по пути десант. Датские воины вторглись в Восточную Англию, закрепились на острове Эли, куда стали стягиваться все, кто был недоволен новым королем. Самый большой отряд привел линкольнширский тэн по имени Херевард. Первым объектом атаки объединенных сил стало аббатство Петербороу. Его настоятель Брандт был сторонником Гарольда Годвинсона, но незадолго до описываемых событий он умер, и земли аббатства были переданы некоему Турольду, который с помощью своих многочисленных воинов контролировал Петербороу и его окрестности. Но он не смог отбить нападение датчан и английских мятежников. 2 июня 1070 года аббатство было сожжено и разграблено. Это был уже прямой вызов королю, угрожавший нарушить с таким трудом восстановленный порядок. Несмотря на это, Вильгельм постарался избежать вооруженного столкновения. Он вступил с датчанами в переговоры и сумел убедить Свейна заключить перемирие. В качестве самого убедительного аргумента был предложен огромный выкуп. Известно, что корабли Свейна отправились на родину, груженные очень богатой добычей. Главная цель была достигнута. Датский флот, почти два года курсировавший у берегов Англии, ушел, что стало основной предпосылкой для окончательного урегулирования кризисной ситуации.