Влюбленная Пион - Лиза Си

Жэнь отказывался принимать похвалы.

— Я тут ни при чем, — говорил он. Я всем обязан мой жене и девушке, которая должна была ею стать.

На это ему всегда отвечали: «Вы слишком скромны, господин У».

Несмотря на его заверения, а может, благодаря им, наша с Цзе работа помогла ему заслужить солидную ре­путацию. Издатели разыскивали его, чтобы опублико­вать его стихи. Литераторы приглашали его на собра­ния. Он прославился и часто путешествовал по несколь­ку недель. Он заработал много денег, что очень радова­ло его жену и мать. Наконец, Жэнь начал принимать похвалы. Когда люди говорили: «Ни одна женщина не способна написать нечто столь же содержательное», он наклонял голову и не возражал им. Никто из тех жен­щин, бывших в тот день в доме Шэнь, не выступил в мою защиту. Времена изменились, и люди боялись упо­минать о достижениях женщин и восхищаться ими.

Я должна была гордиться и радоваться успеху своих сочинений. Если бы я была жива, я бы поступила так же, как Цзе, потому что долг каждой женщины состоит в том, чтобы прославлять мужа. Но я покинула земную юдоль, и меня переполняли гнев, разочарование и оби­да на женщину, которая отказалась от своего голоса. Несмотря на все мои усилия, Жэнь так меня и не услы­шал. Я была разбита.

Суп, излечивающий от ревности

Вернувшись из дома Шэнь, Цзе слегла в постель. Она запрещала зажигать лампы, молчала и отворачивалась от еды, которую ей приносили, пре­кратила наряжаться и закалывать волосы. Она оби­дела меня, и я перестала помогать ей. Цзе не встала даже тогда, когда Жэнь наконец вернулся из путешествия. Они занимались облаками и дождем, но все происходило так, как в первые дни после свадьбы, настолько она была без­различна. Жэнь пытался выманить Цзе из комнаты обе­щаниями приятных прогулок в саду или дружеских пи­рушек. Она не соглашалась и только обвивала себя рука­ми, отрицательно мотала головой, а затем спрашивала:

— Ты что думаешь, я твоя наложница?

Жэнь смотрел на сидящую в постели Цзе. Ее лицо было покрыто пятнами, кожа пожелтела, худые локти торча­ли, а тело так исхудало, что на шее проступали косточки.

— Ты моя жена, — ответил он. — И я люблю тебя.

Она заплакала, а Жэнь послал за доктором Чжао. Тот объявил:

Ваша жена опять заболела любовным томлением.

Но этого не могло быть. Цзе перестала есть, но она не была незамужней девушкой. Она не была девственни­цей. Ей было девятнадцать лет, и она была замужем.

— Я не больна томлением! Какая еще любовь! — крик­нула с кровати Цзе.

Мужчины переглянулись, а затем посмотрели на ле­жащую в постели женщину.

— Держись от меня подальше, муженек. Я преврати­лась в демона, в вампира, в злобную искусительницу. Если ты будешь со мной спать, я проткну твои ноги шилом и выпью кровь из костей, чтобы наполнить пус­той желудок.

Так она пыталась избавиться от необходимости за­ниматься дождем и облаками, но у меня не было жела­ния вмешиваться.

Возможно, ваша жена чего-то боится, — заключил доктор Чжао. — У вас есть жалобы на ее поведение?

— Будь осторожен, — предупредила мужа Цзе, — в следующий раз, когда ты заснешь, я задушу тебя куском шелка.

Доктор Чжао не обратил на ее вспышку гнева ника­кого внимания.

Может, госпожа У слишком к ней придирается? Даже невинное замечание свекрови может лишить мо­лодую жену покоя и уверенности в себе.

Жэнь уверил доктора, что такого не могло быть, и тогда тот предписал Цзе есть свиные ножки, чтобы вос­становить энергию ци.

Но она не собиралась есть такую низменную пищу.

Затем доктор приказал повару сварить суп из свиной печени. Он должен был вылечить печень Цзе. Он пе­репробовал все свиные органы, чтобы укрепить здоро­вье своей пациентки, но ничего не помогло.

— Вы должны были жениться на другой женщине, — однажды сказал доктор. — Возможно, она вернулась, чтобы занять подобающее ей место...

Жэнь отбросил эту идею:

— Я не верю в призраков.

Доктор недовольно поджал губы и подошел к Цзе, чтобы измерить ее пульс. Он стал расспрашивать ее о снах, и она ответила, что ей постоянно снятся демоны и их ужасные злодеяния.

— Я вижу худую женщину, — вспоминала Цзе. — Ее тоска захватила меня. Она садится мне на шею и душит.

— Мой диагноз был неточен, — признался Жэню док­тор Чжао. — Ваша жена больна не тем томлением, о ко­тором я думал вначале. Перед нами тяжелый случай наи­более распространенной женской болезни. В ней слиш­ком много уксуса.

На нашем диалекте слово «уксус» звучит так же, как «ревность».

— Но у нее нет оснований для ревности, — возразил Жэнь.

Услышав это, Цзе наставила на него исхудавший па­лец и сказала:

— Ты меня не любишь!

— А как же ваша первая жена? — вновь спросил док­тор Чжао.

— Цзе — моя первая жена.

Это слова уязвили меня. Неужели Жэнь совершенно позабыл обо мне?

— Вы, наверное, не помните, что это я лечил Чэнь Тун, — сказал доктор. — По традиции она считается ва­шей первой женой. Ведь ваши Восемь Знаков сравнили? Вы посылали свадебные подарки в дом ее родителей?

— Ваш образ мыслей очень старомоден, — неодобри­тельно заметил Жэнь. — Мою жену заразили не призра­ки. Призраками пугают детей, чтобы они слушались ро­дителей. Молодые мужчины используют этот предлог, чтобы объяснить свое недостойное обращение с низки­ми женщинами, а молодые девушки обвиняют призра­ков в том, что они насылают на них несбыточные мечты.

Как он мог сказать такое? Неужели он забыл, как мы беседовали о «Пионовой беседке»? Разве Линян не была призраком? Как он услышит меня, если отказывается верить в духов? Его слова были такими злыми и жесто­кими, что я решила, что он говорит так только для того, чтобы утешить свою вторую жену.

— Многие жены начинают голодать из ревности или недобрых чувств, — предположил доктор, решив подой­ти к делу с другой стороны. — Так они пытаются пове­дать о своем гневе другим людям, чтобы они страдали от чувства вины и раскаяния.

Доктор написал рецепт супа, излечивающего от рев­ности. Его нужно было варить на бульоне из иволги. В одной из пьес о Сяоцин этим средством лечили ревни­вую жену. Жене и впрямь стало легче, но она стала рябая.

— Ты что, хочешь убить меня? — Цзе оттолкнула та­релку с супом. — Что будет с моей кожей?

Доктор положил руку на плечо Жэня и громко, что­бы Цзе тоже его слышала, сказал:

— Помните, что ревность является одной из семи причин расторжения брака*.

Если бы я могла предвидеть, что случится дальше, я бы что-нибудь предприняла. Впрочем, если бы у меня был такой дар, сейчас я, возможно, была бы жива. По­этому я оставалась на балке, в то время как доктор пы­тался прогнать из желудка Цзе лишний огонь, исполь­зуя для этого менее устрашающее средство. Он решил очистить ее кишечник при помощи отвара из дикого сельдерея. Слуги замучились выносить ночные горш­ки, но лекарство не вылечило Цзе.