Три Светланы - Юрий Семенович Лановой

Однако вопреки расхожему мнению никто из участников этой операции награжден не был. Более того, это восхождение и установление фашистских штандартов были совершены без ведома Гитлера, который был взбешен, узнав об этом, и в крайнем гневе заявил, что «упражнения егерей в подъемах» задержали наступление на Сухум. 17 февраля 1943 года группа инструкторов военного альпинизма РККА (Рабоче-Крестьянская Красная Армия) по приказу командования Закавказского фронта сбросила с Эльбруса немецко-фашистские штандарты и установила Красный флаг СССР.

Случались и совершенно неожиданные со стороны, казалось бы, культурной нации действия, которые неоднозначно воспринимались обеими сторонами. Как-то, спускаясь в ясный и жаркий летний день по леднику к канатной дороге, одна молодая немка громко спросила: «Gibt es hier FKK?» («Здесь есть нудисты?») Кто-то из мужчин, смеясь, ответил: «Bei den Russen gibt es alles!» («У русских есть всё!») Немка, не стесняясь, сняла с себя всю верхнюю половину одежды и продолжила путь к канатке. По пути шедшие навстречу женщины плевались, а одна пожилая отвернулась и начала креститься. Появление у канатной дороги полуобнаженной немки вызвало большой ажиотаж среди молодых парней-кабардинцев, обслуживающих канатку. У кого-то нашелся фотоаппарат, и немка охотно позировала в одиночку и в обнимку с парнями. Когда вечером об этом происшествии Юре рассказывала одна туристка из той же группы, Юра спросил ее: «А почему никто из группы не остановил любительницу отдыхать почти нагишом?» Туристка удивленно подняла на Юру глаза и ответила: «На отдыхе мы отдыхаем душой и телом!» Юра рассказал эту историю Андрею и спросил, что он думает об этом: была ли это провокация или просто пренебрежительное отношение к стране пребывания? Андрей рассмеялся и спросил Юру, разве он за время пребывания за границей не привык к их нравам? И добавил серьезно: «Напиши об этом подробную докладную. Узнай фамилию и имя». Это событие в Кабардино-Балкарии, в Чегете, как горное эхо, быстро распространилось из одного ущелья в другое и отозвалось чрезвычайным происшествием в Карачаево-Черкесии, в Домбае: жестоко изнасиловали молодую немку. Завели уголовное дело, но виновных так и не нашли. Люди поговаривали, что это было предупреждением для тех, кто намеревался посягнуть на местные нравы.

Перед самым отъездом в Берлин Юра еще раз обсудил с Андреем и Светланой свои планы на будущее: он поступает на первый курс факультета германистики Берлинского университета им. Гумбольдта, продолжает заниматься немецким языком и начинает изучать английский язык как специальность. Параллельно он становится вольнослушателем физического факультета того же университета. Со временем он должен сам определиться, на какой специальности ему остановить свой выбор, и знание двух иностранных языков должно облегчить ему выбор.

Через месяц после приезда в Берлин, в один осенний день, Юра получил телеграмму из дома: Светлана родила мальчика, и назвали его Олегом. Накануне Светлана договорилась об обмене на новую трехкомнатную квартиру в престижном микрорайоне «Белая ромашка», прямо у подошвы горы Машук. Таким образом, домой из роддома она возвращалась вместе с новорожденным в новую квартиру, где справили двойной праздник: новоселье и день рождения. На Новый год Юра приехал домой с подарками для маленького племянника. В первый день нового года Андрей устраивал под Машуком шашлык для коллег из госбезопасности ГДР, которые отдыхали в одном из пятигорских санаториев. Юра тоже принимал в этом участие и выступал в качестве личного переводчика Светланы. Когда все собрались на полянке, выяснилось, что дрова, которые Андрей заранее велел приготовить для костра, намокли и никакими усилиями не загорались. Тогда он послал водителя служебной «Волги» за дровами домой. Водитель вернулся с мешком в руках и, к великому удивлению немецких коллег, вывалил из мешка дубовый паркет: Андрей как раз менял в новой квартире пол. Шашлык на дубовых углях не мог не удастся! Много лет спустя Юра был в Дрездене, в гостях у бывшего сотрудника «Штази» (Staatssicherheit – Министерство государственной безопасности ГДР), который участвовал в том шашлыке, и он напомнил Юре о паркете, который щедрые русские коллеги не жалели для немецких коллег, приготовляя шашлык. Немцы такого себе не позволят!

На следующих летних каникулах Юра решил не ездить домой, а остаться в Берлине. Ему хотелось больше времени уделить поездкам по достопримечательным местам республики, походить по столичным театрам и выставкам. Для разнообразия он даже мог подработать в типографии редакции «Neues Deutschland», которая располагалась напротив студенческого общежития. Вместе с нашими студентами, которые тоже остались в Берлине, он иногда ездил на пригородные пляжи. Однажды на озере «Frauensee», в пригороде Берлина Königswusterhausen, Юра познакомился с красивой студенткой. Ее звали Карола и она тоже училась в университете им. Гумбольдта, но на экономическом факультете. В Берлин возвращались вместе. Юра провожал ее домой, и оказалась, что она живет вблизи общежития, в одной из высоток на Frankfurter Allee. Из своего окна на одиннадцатом этаже Юра мог видеть окна квартиры Каролы. Они стали встречаться и проводить вместе время. Карола пригласила Юру домой, познакомить с родителями. Отец Каролы работал на фармацевтической фабрике, был членом SED и председателем первичной организации DSF. Мать Королы была инвалидом – в детстве повредила ногу. После знакомства с родителями Юра стал частым гостем семьи. Со временем отношения с Каролой становились все серьезнее.

Когда Юра на следующее лето приехал домой, письма от нее приходили почти каждый день. Это Юра уже позже узнал от сестры, что все письма перлюстрировались, и Андрей был в курсе дела. Он не стерпел и рассказал об этом Светлане. Она обрадовалась. Андрей, на удивление, был категорически против Юриной связи с Каролой. Видимо, он боялся, что женитьба родственника на иностранке может негативно отразиться на его карьере сотрудника службы госбезопасности. Когда Юра завел с родителями разговор о том, что собирается жениться на немке, они уже были в курсе дела и проинструктированы Андреем, как реагировать на поведение сына за границей. Отец сказал, что Андрей считает Юру чуть ли не «врагом народа», но для отца мнение зятя уже многого не значило. К тому времени Андрей изменился и не в лучшую сторону. Часто оставался на «ночные дежурства» и навеселе возвращался под утро домой, что очень беспокоило Светлану. В семье стали вспыхивать ссоры, порой заканчивающиеся рукоприкладством. Семен Илларионович был уже хорошо осведомлен о похождениях Андрея. В разговоре с ним Семен Илларионович строго напомнил ему о чести и моральном облике чекиста и требовал не позорить это звание. Он понимал, что в руки молодого офицера попала власть, во многих отношениях неограниченная власть и вместе с ней вседозволенность, которая в его руках стала произволом. Светлана от отчаяния