Городская готика - Брайан Кин

отверстию был слишком крут, чтобы он мог к нему подняться, покрыт слизью и грибком. Даже если бы ему удалось добраться до верха, не поскользнувшись, отверстие было слишком маленьким, чтобы он смог пролезть. Хавьер содрогнулся, представив, как он застрянет в расщелине, ожидая, пока Скаг, Нойгель и другие каннибалы появятся и перегрызут ему ноги. Возможно, Керри или Хизер смогли бы пролезть в отверстие, но даже в этом случае оставалась проблема, как добраться до него, не упав.

Он повернулся в другую сторону и посмотрел, как ручей исчезает в тени. Там было темно. В нехорошем предчувствии парень подумал, специально ли существа не освещали ту часть помещения или лампочки там просто перегорели со временем. Вода, конечно, должна была куда-то уходить, но не было никакой уверенности в том, что это действительно путь к спасению. Хавьер боялся, что погрузится еще глубже в недра земли, или что этот путь выведет его прямо в руки еще большего количества этих тварей, или в какой-нибудь канализационный резервуар.

- Черт побери! – прошептал он.

Хавьер осмотрел хижины. Если в них в данное время кто-то и был, то до сих пор его присутствие замечено не было. Взвесив все варианты, он все же решил сначала поискать девочек, в потом вернуться с ними сюда и попытаться выбраться по этому каналу. В крайнем случае, они в любой момент смогут повернуть обратно, если увидят, что путь не ведет на поверхность.

Над ним кто-то кашлянул. Он пригнулся, отступив в тень и увидел, как из лачуги шагнула какая-то фигура. Хавьер успел мельком увидеть грязную кожу, а затем существо вновь исчезло внутри. Парень замер, гадая, увидело ли его это существо. Судя по тому, что оно не подняло крика и орда мутантов не ринулась в атаку, очевидно, ему повезло и он остался незамеченным. Вздохнув с облегчением, Хавьер повернулся и направился обратно в глубь коридора, в ту сторону, откуда пришел. Что-то скрипнуло в темноте. Он подпрыгнул в испуге. Перед ним пронесся маленький мохнатый зверек.

Всего лишь крыса.

Хавьер усмехнулся. Его желудок снова заурчал.

- Тебе лучше убраться отсюда, чувак. Если они тебя не съедят, то это сделаю я, - пробормотал он, наблюдая за грызуном.

Словно в ответ, крыса приостановилась, повернула голову в его сторону и встала на задние лапы. Она замахнулась на него передними лапами, обнажив зубы. Глаза-бусинки животного блестели в темноте.

- Да что ты! – тихо рассмеялся Хавьер. – Какая храбрая!

Он топнул ногой. Но вместо того чтобы убежать, крыса набросилась на него. Не успел он отпрянуть, как та впилась зубами в его ботинок. С криком Хавьер встряхнул ногой и сбросил ее с обуви. Зверек врезался в стену, сполз на пол, а затем вскочил и убежал. Хавьер стоял, согнувшись и опираясь руками в колени, задыхаясь. Слишком поздно он понял, что его крик эхом разносится по туннелю.

Его эхо отозвалось другими криками. Позади него из хижин раздался хор воя и визга.

- О, черт!

Хавьер пошел быстрее, но бежать не решился - не хотел, чтобы его топот выдавал его точное местонахождение - возвращаясь к двери. Он распахнул ее, выскочил наружу, а затем закрыл за собой, заглушая неистовые крики безумных существ. Но крики все равно доносились, отдаваясь эхом в коридоре за дверью. Хавьер вновь оказался в темноте, вытянув руки перед собой и в который раз задаваясь вопросом, как, черт возьми, он найдет девчонок и Бретта в таких условиях. Как он понял, сеть туннелей была очень разветвленной, уходила в разных направлениях. Ему казалось, что он уже никогда не сможет выбраться отсюда, из глубин этого ада.

- Черт, черт, черт...

Грудь словно стиснуло в тисках в панической атаке, и на краткий миг Хавьер подумал, что у него случился сердечный приступ. Парень остановился, оперся о стену и глубоко вдохнул, пока паника не прошла. Затем он снова выпрямился и быстро оценил обстановку. Несмотря на темноту, он знал, направление, откуда пришел. Он знал, что здесь наверняка есть еще другие скрытые проходы. Здесь может быть сколько угодно замаскированных дверей, проходов и кошмаров в них. Каждый шаг в новом направлении увеличивал его шансы наткнуться на один из них и встретить то, что скрывалось внутри. Но если он хотел найти Хизер, Керри и Бретта, то должен был рискнуть. Их не было ни в одном из тех мест, где он уже был до этого.

На какое-то мгновение он подумал о том, чтобы оставить Хизер и остальных и попытаться выбраться отсюда, пока еще была возможность, пока он не попал в плен к этим существам. Эта мысль заставила его устыдиться.

Хавьер услышал, как где-то позади него со скрипом открылась дверь, а затем раздался топот ног, когда его преследователи ввалились в пещеру. Он задумался, сколько их было. По звуку определить это было невозможно. Они следовали в полном молчании. Их крики прекратились, как только они покинули свою обитель.

Затаив дыхание, Хавьер на цыпочках двинулся вперед. Он думал о своей матери. Он думал о Хизер. О Керри. О Бретте, Тайлере и всех остальных друзьях и родственниках. Он думал о своих учителях, о девочке, которую поцеловал в летнем лагере, когда ему было одиннадцать, и о парне, которого ударил в нос в четвертом классе. Он вспоминал всех, кого когда-либо знал, обо всех, кто когда-либо повлиял на его жизнь. Всех, кто имел для него значение, убеждая себя в очередной раз, что пока он помнит их, то не умрет, потому что тогда и воспоминания умрут вместе с ним. Когда это перестало работать, его мысли вернулись к Хизер. Парень сосредоточился на ней. Вызвал ее образ в своей памяти, представил ее лицо, ее улыбку, россыпь веснушек на носу и почувствовал, как к нему возвращается решимость. Он должен был найти ее и вывести отсюда. Этими мыслями он защищал себя от паники и страха, которые грызли его разум и сердце.

Хавьер сделал еще четыре шага, а затем услышал, как они приближаются, стараясь окружить его. Похоже, их было очень много. Он слышал стук когтей по камню, шорох шерсти, ворчание и шепот. Что-то пыхтело рядом, настолько близко, что он чувствовал его смрадное дыхание на своей шее. Парень остановился и застыл в полной неподвижности. Он знал, что если останется стоять на месте, то шансы быть обнаруженным почти абсолютны. Одна из тварей может наткнуться на него в темноте или учуять его. Услышит его дыхание.