С.М. КИРOB Избранные статьи и речи 1916 - 1934 - Д. Чугаева и Л. Петерсон.

Мы знаем постановление ЦК Германской компартии об исключении Урбанса. А вы знаете, что этому предшествовало.

Я вам прочту чрезвычайно интересную бумагу, за которую нашим оппозиционерам когда-нибудь придется держать ответ. После того, что произошло на «Авиоприборе» и на Путиловском заводе, после того, как в наших газетах было опубликовано заявление наших оппозиционеров, Урбанс предложил в Берлине следующую резолюцию:

«Во главу угла известного заявления Зиновьева, Троцкого, Каменева, Пятакова, Сокольникова и Евдокимова положено подчеркивание того момента, что русская оппозиция от своих политических взглядов отнюдь не отказывается. Германская оппозиция тем более не имеет ни малейшего повода для отказа хотя бы от одного из взглядов, которые она отстаивала и отстаивает по русскому вопросу. .» И далее:

«Мы заимствуем, — обратите внимание, товарищи, на это место, — из поступившего к нам от русской оппозиции несколько дней тому назад обстоятельного изложения разногласий и ее точки зрения, где приведен дословный перечень отдельных пунктов упомянутого уклона от пролетарской линии. .»

Таким образом, в последние дни, когда уже было подписано заявление оппозиции, одновременно по линии Коминтерна передавались «основные пункты», по которым у них существуют разногласия с нашей партией.

ОПРОКИНУВ СОПРОТИВЛЕНИЕ ОППОЗИЦИИ, СОЦИАЛИЗМ БУДЕМ СТРОИТЬ И ПОСТРОИМ

Я все это привел для того, чтобы показать, что если наша оппозиция хочет быть действительно последовательной до конца, то перед ней имеются два выхода. Первый выход заключается в том, — и это единственно большевистский и единственно полезный для партии выход, — чтобы оппозиция нашла мужество признать ошибочными антиленинские взгляды, которые она исповедует до сих пор. Другой выход состоит в том пути, по которому пошел Урбанс, который, как видите, находился в самом непосредственном общении с представителями нашей оппозиции и который действовал по директивам нашей оппозиции.

Оппозиция выбрала третью дорогу и заявила, что она остается на своих идейных позициях, но прекращает фракционную борьбу, — дескать, в дальнейшем ходе событий «будем смотреть, кто из нас прав и кто виноват».

Но на этой выжидательной позиции блок долго оставаться не сможет. Хотят они этого или не хотят, но сама логика вещей заставит их снова повторить свой опыт, встать на тот губительный путь, на который они вышли в последние месяцы. Ведь не подлежит никакому сомнению, что и Зиновьев и Каменев бросились в объятия Троцкого потому, что логика борьбы толкнула их на этот незаконный брак.

Теперь наша партия, как показала последняя дискуссия, вся наша партия в целом, до низового рядового работника включительно, оказалась обладающей всеми прививками против мелкобуржуазных уклонов и шатаний. Во время проработки всех решений, которые вынесла наша партийная конференция, нам надо будет научиться распознавать хорошенько сущность происходящих сдвигов. Нам нужно начать изучение решений, вынесенных партийной конференцией, на основе того, что оставлено нам величайшим основоположником нашей партии и нашей революции — товарищем Лениным. (Аплодисменты.) С помощью этих первоисточников мы сумеем разобраться во всей обстановке, которая в настоящий момент окружает нас, как бы сложна она ни была.

Несмотря на былую популярность руководителей оппозиции, если только они еще раз тем же путем, каким они делали это до сих пор, попробуют нарушить свои собственные обязательства, о которых они написали, обращаясь к ЦК и к партии, то мы сумеем найти средства и возможности для того, чтобы действительно обеспечить не единство (единство нашей партии и без того обеспечено так, как не было обеспечено еще никогда), а условия для приложения всей нашей энергии к трудной, ответственной, большой и важной работе по хозяйственному социалистическому строительству.

Сколько бы ни каркали, сколько бы ни сомневались оппозиционеры, но ту великую задачу, которая называется победоносным строительством социализма в нашей стране, мы уже начали осуществлять.

Девять лет мы уже бьемся над разрешением этой задачи, и эти девять лет служат лучшим залогом и доказательством того, что задача, поставленная перед нами, будет нами разрешена правильно и социализм мы построим. (Бурные, продолжительные аплодисменты.)

1927 год

В УПОРНОЙ БОРЬБЕ С ОППОЗИЦИЕЙ МЫ ДОСТИГЛИ ПОЛНОГО ЛЕНИНСКОГО ЕДИНСТВА

Из доклада о работе Ленинградского губкома ВКП(б) на XXIV губернской партконференции 27 января 1927 года

/Печатается по сокращенной стенограмме. — Ред. /

Товарищи! Прежде чем доложить о практической работе губернского комитета партии за истекший год, я считаю необходимым изложить перед вами общую обстановку, в которой приходилось работать губернскому комитету. По этому поводу говорилось у нас достаточно много и достаточно часто, поэтому я буду краток. То время, которое мы пережили, войдет в историю не только нашей организации, но и нашей партии в целом, ибо эта эпоха действительно во всех отношениях является исключительной. Еще до XIV съезда нашей партии мы вступили в новую полосу партийной работы. Вы знаете, что эта полоса первое время сопровождалась целым рядом хозяйственных затруднений, и я думаю, товарищи, что эти затруднения явились основной предпосылкой того перелома, который пережила впоследствии наша партия. Теперь уже полностью мы дали, себе ясный и точный отчет в тех новых задачах, которые стояли перед нашей партией. И как раз тогда в отдельных рядах нашей партии стали замечаться совершенно определенные колебания.

Вы помните, с чего все началось. Началось с того, что отдельные товарищи, представлявшие тогда еще не совсем отчетливо организованную оппозицию, стали нам указывать на якобы происходящее совершенно определенное перерождение отдельных членов ЦК; потом мало-помалу оппозиционная фантазия стала развертываться, и перерождение приписывалось уже Центральному Комитету в целом. В дальнейшем на фоне все более и более ярко выступавших хозяйственных затруднений стали раздаваться голоса о том, что не только Центральный Комитет, а и вся партия, дескать, переживает страшную болезнь перерождения. Оказалось, что во всей нашей миллионной партии только несколько человек ясно представляли себе те задачи, которые стояли перед партией, все же остальные уклонились в сторону заигрывания с кулаком, с нэпманом.

«Зоркий» глаз наших оппозиционеров, вы помните, видел, как постепенно эта волна мелкобуржуазной стихии стала захлестывать сначала нижние, подвальные, этажи, нашей социалистической храмины, а потом помаленьку полезла и в первый этаж. И нам предрекали, что пройдет немного времени, как мы, чудаки, не замечающие процессов нашей жизни, окажемся на чердаке этой социалистической храмины и, высовываясь из окон, будем с растерянными жестами кричать «караул».

Все это, товарищи, не басни, не сказки, а действительное изображение оппозиционных взглядов. Как ответила наша партия на это? Помимо той работы, которую мы вели внутри нашей партии для защиты основных положений ленинизма, для защиты нашей партии от раскольнической политики, ЦК нашей партии, вместе с огромным, подавляющим большинством ее, вел кропотливую, упорную работу по преодолению хозяйственных затруднений.

Затруднения были в достаточной мере серьезны. Но ЦК партии и вся наша партия не шарахались из стороны в сторону в обстановке этих затруднений, а постепенно, идя от одного хозяйственного фронта к другому, составили себе достаточно точную, достаточно отчетливую программу того, как вывести на новые рельсы дальнейшего развития наше народное хозяйство. И, несмотря на то, что оппозиция обстреливала наши основные командные высоты, ЦК нашей партии сумел в достаточной степени отстоять их.

Вы помните, мы выдерживали натиск и на политику внешней торговой монополии, и на нашу внутрихозяйственную линию, и на другие звенья нашей работы. И вот, товарищи, со времени XIV съезда нашей партии, когда эта борьба приняла особенно острые формы, ничем уже не прикрытые, когда представители нашей оппозиции достаточно развернули свой махровый символ веры, — за год, который прошел, сейчас это можно уже твердо и определенно сказать: мы не только поняли, какие вопросы являются узловыми в нашей хозяйственной жизни, но мы, несомненно, наметили совершенно правильное, совершенно отчетливое разрешение этих вопросов. Я не хочу сказать, что сейчас у нас на фронте хозяйственной работы, которую я считаю основной в данную эпоху, над всеми «i» поставлены точки, уже совершенно ясные для всех и каждого. Отнюдь нет. Вопросов еще масса. О них мы слышали и услышим еще не один раз. Каждый новый наш шаг будет выдвигать новые и новые задачи. Но я хочу сказать, что основная линия этой переходной эпохи к социализму намечена нами, несомненно, совершенно правильно, твердо и определенно.