Фрунзе. Тайны жизни и смерти - В Рунов

В период с 16 по 18 января 1924 года в Москве проходила тринадцатая конференция РКП(б), которая подвела итоги очередной дискуссии в рядах партии и «разоблачила антипартийную сущность троцкистской оппозиции». В резолюции конференции указывалось, что Троцкий и его товарищи «давали совершенно неправильную и ультрафракционную оценку экономического положения в стране и внутреннего состояния партии, предрекали глубокий экономический кризис и кризис в партии, выдвигали против ЦК партии обвинения в неправильном руководстве».

Л. Д. Троцкий и его сторонники ратовали за необходимость наличия внутри партии фракций и ведение дискуссий. Противники категорически возражали против этого. В резолюциях конференции отмечалось: «С момента появления фракционного манифеста Троцкого борьба обостряется еще больше. Оппозиция поднимает в Москве, в особенности в военных ячейках и в ячейках вузов, небывалую еще в истории нашей партии кампанию против ЦК, сея недоверие к ЦК партии. По всей России оппозицией рассылаются ее представители. Борьба принимает неслыханно острые формы».

Конференция осудила «антипартийную» деятельность Л. Д. Троцкого и его сторонников. В частности, было решено, что «особое внимание должно быть посвящено правильной и здоровой постановке партийной работы в армии. За попытку вести фракционную работу в рядах Красной армии партия должна карать особенно сурово». Вполне понятно, что после таких выводов и решений позиция Л. Д. Троцкого в армии стала весьма шаткой.

11 марта 1924 года М. В. Фрунзе назначается заместителем председателя РВС СССР и народного комиссара по военным и морским делам Л. Д. Троцкого. Уже находясь в этой должности, в двадцатых числах марта он докладывает на заседании ЦК партии по итогам работы комиссии, подробно останавливаясь на большом количестве недостатков, выявленных в РККА в ходе ее работы. В конце его выступления звучит роковая фраза: «Мне кажется, что военное ведомство, увлекшись дискуссиями, не до конца понимает свои задачи в современных условиях и не стремится в полной мере обеспечить безопасность нашей Советской державы в случае агрессии».

31 апреля М. В. Фрунзе выступает на Пленуме ЦК РКП(б) с докладом «О военном ведомстве». Он подчеркивает необходимость усиления партийных организаций в армии и широко рисует перспективы дальнейшего перевода РККА на милиционные формирования. При этом он не упускает возможность в очередной раз указать на имеющиеся недостатки в работе военного ведомства.

Еще до окончания работы Пленума, 1 апреля 1924 года, М. В. Фрунзе назначается, по совместительству, начальником штаба Красной армии, который являлся главным органом управления проходившей в стране военной реформы. Кроме того, 9 апреля он назначается уполномоченным народного комиссариата по военным и морским делам СССР при Совете народных комиссаров РСФСР, а 6 мая за умелое руководство войсками и ликвидацию бандитизма на Украине награждается вторым орденом Красного Знамени.

В 20-х числах июня 1924 года М. В. Фрунзе совершает инспекционную поездку по войскам. На месте знакомится с результатами военной реформы, оценивает состояние войск, уровень их боевой подготовки. Посещает первые милиционные формирования. Особое внимание уделяется состоянию военного тыла, взаимосвязи войск с различными снабженческими организациями и промышленными предприятиями, работе военных комиссариатов. По возвращении Михаил Васильевич публикует статью «Фронт и тыл в войне будущего», в которой высказывает много ценных мыслей по этому важному вопросу.

Чьим же ставленником был М. В. Фрунзе? Этот вопрос сегодня задают себе многие историки и любители-исследователи, но однозначно на него ответить очень трудно, а может быть, и невозможно. Ни в одной из речей, статей и работ М. В. Фрунзе он не осуждает Троцкого и не ведет политических дискуссий. Но, безусловно, вне политики он оставаться не мог.

К весне 1924 года В. И. Ленин уже умер, да и в последние годы жизни он физически не мог заниматься карьерой М. В. Фрунзе. Ставленником Л. Д. Троцкого Михаил Васильевич также не был из-за несогласия с действиями Льва Давидовича во время Гражданской войны. Возможно, через Ф. Э. Дзержинского он нашел путь к расположению И. В. Сталина, но это маловероятно. Также существует мнение, что М. В. Фрунзе поддерживал Г. Е. Зиновьев. Однозначно ответить на этот вопрос также сложно. Но попробуем развить данную версию.

Итак, Григорий Евсеевич Зиновьев (Овсей-Герш Аронович Радомысльский) был всего на два года старше Михаила Васильевича. Он учился в Берлинском университете, который не закончил. С конца 1890-х годов примкнул к революционерам, в 1901 году вступил в ряды РСДРП, стал большевиком. Жил в эмиграции в Берлине, где познакомился с В. И. Лениным, затем вместе с вождем обитал в Женеве. Считался одним из ближайших сподвижников

Владимира Ильича на поприще революции. После февральских событий 1917 года в опломбированном вагоне вместе с В. И. Лениным, Н. К. Крупской, И. Арманд, М. Г. Цхакая и другими прибыл в Петроград. Вместе с Лениным прятался от Временного правительства в Разливе. Участвовал в октябрьских событиях 1917 года. В декабре 1917 года стал председателем Петроградского Совета.

Но в душе Зиновьев был не столь прямолинейным и весьма трусоватым человеком. Когда началось наступление белых на Петроград, он запаниковал и отдал приказ разработать план всеобщей эвакуации города, а также приказал готовить затопление кораблей Петроградской базы. Без согласования с центром он начал вывоз оборудования и при этом истерично умолял Москву прислать в город несколько дивизий с Восточного фронта. Вторично впал в панику при получении известия о восстании Кронштадта.

В то же время Г. Е. Зиновьев проявлял особую жесткость в борьбе с представителями старого строя. По его приказу в Петрограде были произведены массовые аресты. Многие из арестованных были расстреляны, другие — отправлены в тюрьмы и лагеря. Была организована массовая высылка дворян и представителей буржуазии на север, где многие погибли. Наряду с этим у «представителей буржуазных классов» бесстыдно изымались ценности, имущество, жилье, также грабились монастыри, церкви и дома духовенства. Все это сопровождалось грубым апофеозом власти. Самого Г. Е. Зиновьева петроградцы между собой называли не иначе, как «Кровавым Григорием» или «Гришкой Вторым», по аналогу с Г. Е. Распутиным.

В то же время, сам Г. Е. Зиновьев выглядел невзрачно. Невысокого роста, толстый человек с сиплым голосом и ворохом плохо расчесанных черных кудрявых волос на голове, он не выглядел лидером. Зиновьев чрезвычайно любил роскошь и окружал себя различными земными благами: квартиры, женщины, машины, шумные ужины…