Сага-фэнтези о Синдбаде-мореходе и его друге Ибн-сине - Сергей Гжатский

Ага! Вот она! Я вижу её! Затем левую ножную педаль нужно чуть вдавить в пол и аппарат плавно поднимется над землёй ровно настолько, насколько опустится педаль. После этого педаль можно будет отпустить, но аппарат останется висеть в воздухе.

Затем следует правой ногой слегка тронуть правую крайнюю педаль, и тогда моя "птица" плавно тронется с места и полетит по прямой на небольшой скорости. Что бы её увеличить, нужно будет

надавить на педаль сильнее…

Средняя педаль, в отличии от левой крайней, отвечает за сни жение высоты. Штурвал, естественно, обеспечивает повороты. Если разумно манипулировать ими всеми, то можно будет выписывать изумительные воздушные галсы… Педаль, торчащая особняком, обеспечивает задний ход. Вот если бы и мой "Ирбисс" точно так же мог двигаться назад?!

Так, что там дальше? Ага! Рычажок на ножке штурвала справа

включает ночные кормовые огни справа, его тёзка слева — соответ ственно! Это для того, что бы избежать столкновения с другими

винамами! Но мне это не грозит, по причине отсутствия таковых в небе, поэтому трогать их я не стану. Да и подень стоит на дворе…

Остальные рычыжки-мухоморчики просто дублируют ножные педали. Весьма разумно! А вдруг у капитана по какой-либо причине откажут ноги? Тогда он запросто перейдёт на ручное управление…

Что ж, без ложной скромности можно признать, что благодаря неизвестному хозяину воздушного корабля и рассказам моего друга Ибн-Сины, я знаю азы воздухоплавания. Теоретически… Ну а прак тически? Там посмотрим! Лишь бы ничего не перепутать…

…Остальные клавиши на панели — подсобные. Одна включает внутреннее освещение, другая — ночные фары, третья — радиосвязь, о которой я имею весьма смутное представление, ещё одна подаёт в салон свежий воздух, третья обеспечивает подогрев, если летишь над облаками, а там, со слов Ибн-Сины, довольно морозко…

Следующая включает увеселительную музыку, другая — зерка льный экранчик с живыми картинками, седьмая… забыл! Да ладно! Все они нам совершенно ни к чему! Лишь бы вырваться отсюда жи выми…

Его размышления прервала подбежавшая принцесса.

— Я нашла карту!

Девушка повисла на шее Синдбада и радостно смеясь, пару раз чмокнула его в обе щеки.

— Какую карту? — опешил тот.

— Забыл? Помнишь, Ибн-Сина читал нам свой перевод текста, где го ворится, что в одном из винамов счастливца будет ждать ещё одна карта с указанием, как найти сокровища атлантов!

— Да!

— Я нашла этот винам! Это большая грузовая "птица"! Карта лежит на виду на переднем кресле в развёрнутом виде. Только я не знаю, как открыть прозрачный колпак.

— Колпак открывается нажатием кнопки, спрятонной по правому бор ту в голове машины, как предполагал Ибн-Сина…

— Вот и пошли, проверим его предположение!

Принцесса повела Синдбада в центр зала, где окружённый оста льными "птицами" поменьше возвышался гигантский грузовой аппа рат. Капитан хмуро посматривал по сторонам, не разделяя восторгов спутницы. Преследовавшие его в последнее время мрачные мысли не только не испарились с находкой винамов, а наоборот — значительно

усилились.

Многочисленные свежие трещины на полу стенах и потолке

зала, подмеченные им ещё на входе, действовали угнетающе. Неужели его соратники не понимают всей опасности их положения?

— Я бы на твоём месте так не радовался новой карте, Дорота! — бурк нул он, со страхом ожидая очередного подземного толчка, от которо го может обрушиться свод зала и похоронить их всех в мгновение ока.

— Почему? — перестала улыбаться принцесса.

— Потому что на новой карте, может статься, мы обнаружим очеред ное указание, как добраться до ещё одного таинственного места на краю света, где нас будут ждать не сокровища, нет, а следующий пергамент с ещё одной схемой… И так до бесконечности!

— Я поняла! Ты подозреваешь, что некие древние силы втянули нас в свою игру и теперь с небес с интересом наблюдают за нашими уси лиями по преодолению препятствий, делая ставки, как на состязани ях боевых петухов?

— Что-то вроде того! Не знаю, кто они, возможно и древние божества,

но они явно забавляются! Подбрасывая свои карты сокровищь в мир людей, они делают ставки на нашу алчность, жадность, стяжатель ство, жажду наживы любым путём!

И когда какие-нибудь глупцы навроде нас попадаются на их крючок и отправляются на поиски несуществующих богатств, они

наблюдают за ними, заключая между собой различные сделки, напри мер: все ли дойдут до конца? Какие будут потери? Кто конкретно и от чего загнётся в пути? И так далее…

— Но если это так, то это подло!

— Для богов наши страдания — игра!

— Тебе подобные мысли только что на ум пришли, Синдбад?

— Нет! Я об этом начал задумываться после белых скал…

— Вот и грузовоз! — остановилась принцесса перед самым большим винамом в зале, — Открой колпак и возьми карту, мне не терпится заглянуть в неё и проверить, прав ли ты со своей теорией, или нет!

Синдбад приподнялся на цыпочках и заглянув через боковое стекло в кабину пилота, удивлённо вскрикнул. Он ожидал увидеть на кресле очередной ветхий пергамент, а это оказалась каменная доска размером в локоть на пол-локтя, поверхность которой неизвестный древний резчик по камню превратил в макет обширной незнакомой местности.

Синдбад обиженно покосился на сияющую Дороту: противная девчонка! Могла бы намекнуть, какого рода сюрприз ожидает его в салоне, так нет же, молчала до последнего.

— Ну как, впечатляет? — хихикнула она.

Синдбад погрозил ей пальцем, потом нащупал под срезом стек ла выемку с кнопкой и нажал её. Колпак треснул и раскрылся четырь мя вертикальными лепестками, освобождая доступ в кабину пилота.

Подскочивший Саоми вместе с Намубой мгновенно вскорабкались по борту, игнорируя стоящий поблизости колёсный трап.

Вдвоём они подняли доску-макет, и осторожно передали через борт Синдбаду и помогавшим ему офицерам. Шедевр тотчас опусти ли на пол и склонились над ним, плотно прижавшись головами.

— Никогда не видел ничего подобного, — пробормотал Непал.

— Не ты один, приятель! — поддакнул Синдбад, вглядываясь в микро скопические горные кряжи со снежными вершинами, нависшими ледниками и языкастыми оползнями.

Вокруг гор раскинулись живописные долины с голубыми рус лами-змейками рек, холмами и буераками, к которым с юго-запада подступало море с россыпью зелёных островков. Северо-восточная сторона на макете была выполнена в виде напроходимых тропичес ких джунглей, причем каждое деревце было выточено настолько на турально, что спутать его с другими породами флоры было невозмож но. На юге начиналась пустыня…