С Цоем по Питеру. Путеводитель: адреса, даты, события - Максим Владимирович Иванов

возможности. Все здесь знали, что мы – панки и битники, что я и Цой едем в Крым и экономим деньги, а Пиня просто презирает всякую пищу, кроме домашней, и поэтому ест в столовых одни макароны. Этим летом мы были здесь постоянными клиентами, и девушки на раздаче иногда подкладывали нам малюсенькие кусочки мяса в наши двойные гарниры.

Насытившись, мы попрощались с милыми работницами общепита, выпили по кружке пива в ларьке и поехали в “Юбилейный”».

Столовая, где друзья завтракали в шесть часов вечера, находилась в нескольких минутах ходьбы от дома Алексея Рыбина – чуть дальше по проспекту Космонавтов, дом 28, корпус 1.

Подобные стекляшки с огромными неоновыми буквами «ТЦ» (Торговый центр) на крыше имелись в каждом новом районе Ленинграда. На первом этаже обычно располагался гастроном, сбоку отдельный вход в винный отдел, на втором этаже – пивная или столовая. Подобные торговые центры отличались большими витринными стеклами – отсюда и народное название «стекляшка».

Тот самый кинотеатр. Где родилось название группы «Кино». Улица Бронницкая, 24

Название «Кино» для своей группы Виктор Цой и Алексей Рыбин придумали вовсе не тогда, когда стали играть вместе. Сначала группа называлась «Гарин и гиперболоиды». Такое название, по легенде, предложил шефствовавший над группой молодых музыкантов Борис Гребенщиков. По другой версии, название предложил Майк Науменко. Так или иначе именно под таким названием осенью 1981 году группу приняли в рок-клуб. Тогда же один из «Гариных» Олег Валинский ушел в армию. Трио превратилось в дуэт, и название во множественном числе уже потеряло смысл. К тому же хотелось именоваться более кратко и емко. Виктор и Алексей буквально сломали голову. В один из вечеров они возвращались от Геннадия Зайцева, где присутствовал и Гребенщиков. Тогда-то Борис Борисович и посоветовал сменить название на что-то попроще. Вот что пишет Рыбин в «“Кино” с самого начала»:

«– Да, вот еще что. У вас название все прежнее – “Гарин и гиперболоиды”?

– Знаешь, Боря, – Цой улыбнулся, – мы как раз, когда сюда шли, решили подумать насчет нового. Я думаю, из одного слова что-нибудь – хочется найти нечто броское, яркое…

– Совершенно правильно. Мне тоже ваш “Гарин” не очень нравится. Это немного старовато. Вы же новые романтики – исходите из этого.

– Подскажи.

– Хм, подскажи… Давайте вместе.

И снова началась волынка с перебиранием существительных. К этому подключились все сидящие у Гены гости и сам Гена. Через час безуспешных попыток выбрать подходящее название мы остановились и решили переждать; наши головы явно нуждались в отдыхе – они уже были забиты короткими словами, как небольшие орфографические словари. Время было позднее, и мы, простившись с Геной, отправились на метро. Бориса с нами не было – он, как мы видели по размерам его записной книжки, был страшно обременен делами и убежал от Гены сразу после беседы с нами. Мы снова шли по Московскому, лил дождь, в черных лужах отражались яркие шары уличных фонарей, на крышах и фасадах домов горели разноцветные неоновые трубки, сплетенные в буквы и слова.

– Да-а… Вот проблема, – сказал Витька, – название не придумать. Что мы там насочиняли?

Перед нами на крыше одного из домов, стоявшего метрах в пятидесяти от метро, куда мы направлялись, горела красная надпись – “Кино”.

– “Кино” – говорили? – спросил меня Витька.

– Да говорили, говорили, еще когда сюда шли.

– Слушай, пусть будет – “Кино” – чего мы головы ломаем? Какая, в принципе, разница? А слово хорошее – всего четыре буквы, можно красиво написать, на обложке альбома нарисовать что-нибудь…

– Ну, если тебе нравится, то, конечно, можно…

– Да не особенно-то мне и нравится, просто нормальное слово, удобное. Запоминается легко. Давай, Лёша, оставим?..

– Ну давай, а то действительно, что мы, как болваны – кино, так кино. Не хуже, во всяком случае, чем “Аквариум”. “Кино»”.

В своей книге Рыбин не совсем точен с локацией. Это был не Московский проспект, а его, скажем так, окрестности – Бронницкая улица. А если еще точнее, дом 24, где находился кинотеатр «Космонавт».

Здание кинотеатра было построено по проекту трех архитекторов: О. И. Гурьева, В. М. Фромзеля и А. П. Чижа в год рождения Виктора Цоя. В интернете можно найти старые фотографии кинотеатра, где действительно красуются неоновые буквы «кино». Впрочем, подобная реклама украшала любой кинотеатр. Куда логичнее было предположить, что в тот вечер Цой с Рыбиным проходили мимо кинотеатра «Дружба» или «Зенит», которые находились на Московском проспекте у дома Цоя. Но Алексей Рыбин пишет, что возвращались они от Геннадия Зайцева, который жил на улице Егорова, в районе метро «Технологический институт».

В 1990-х годах в кинотеатре «Космонавт» уже не столько крутили фильмы, сколько звучала живая музыка. В разное время здесь выступали Егор Летов, группы «Чиж и К», «Калинов мост», «АукцЫон», «Король и Шут», «НОМ», «Кирпичи», «Моральный кодекс», «Сплин» и др. В 2010 году зал кинотеатра перестроили в концертную площадку – теперь это клуб «Космонавт».

Узник Матисова острова. Психиатрическая больница Святого Николая Чудотворца. Набережная реки Мойки, 126

История этого медицинского учреждения уходит во времена правления Николая Первого, когда на Матисовом острове, окруженном рекой Пряжкой, был создан исправительный дом для «лиц, нарушающих благонравие и наносящих стыд и зазор обществу». Попросту говоря, тюрьма. В 1841 году было решено устроить 150 коек для «чернорабочих больных». А два года спустя выделили шесть коек для умалишенных. Вот такой смешанный контингент здесь пребывал. Официальной датой основания больницы принято считать 1872 год, когда «временная лечебница для помешанных» была переименована в больницу Святого Николая Чудотворца, названную так по одноименной церкви, находящейся в главном корпусе.

Все здания на территории больницы несколько раз достраивались и перестраивались. За всю историю этого лечебного учреждения здесь трудился целый ряд архитекторов: Л. И. Шарлемань, П. С. Плавов, А. Ф. Красовский, И. А. Варнек и Ф. И. Эппингер.

Лечебница находится в историческом районе Коломна. Дальше только Финский залив. Близость к воде и обусловила постройку здесь завода «Адмиралтейские верфи». Коломна сегодня хороша тем, что здесь, как насекомое в янтаре, застыл век девятнадцатый. А то и восемнадцатый. Тихие узкие улочки, прохожих немного. Все это напоминает театральную декорацию, а не жилой район. Вросшие в петербургскую землю старинные домики кажутся покосившимися под грузом времени. Здесь живет какая-то особенная петербургская грусть. И конечно, где еще мог жить «невеселый» поэт Александр Блок? Только здесь, в Коломне, недалеко от набережной реки Пряжки.

В 1983 году Цою 21 год. Призывной возраст. От армии было решено «откосить в психушке». Такое практиковалось почти во всех городах