Тайна Овального кабинета - Николай Чергинец

Наступил вечер. Президент, выслушав информацию министра обороны, директора ЦРУ и государственного секретаря, решил ночевать в Белом доме. Он приказал, что в случае осложнения ситуации, немедленно будить его.

Несмотря на то, что Макоули не любил ночевать в Белом доме, на сей раз усталость взяла свое и он уснул сразу же. Да и выспался прекрасно. Встал ровно в шесть и, приведя себя в порядок, прежде чем позавтракать, выслушал доклад командующего ВВС, который доложил о ходе ударов авиации по Ираку и данных на пилотов, чьи самолеты были сбиты.

— Спасательные команды никого не обнаружили? — спросил он.

— Нет, мистер Президент. Спасатели не смогли засечь ни одного сигнала миниатюрных радиопередатчиков, которые имеют все наши пилоты. Из этого можно сделать вывод, что они погибли или сразу же после приземления попали в плен. Сегодня наши и британские самолеты будут продолжать уничтожать ракетные пусковые установки, радары, аэродромы и самолеты на них, а также будут работать по объектам, где может находиться Хусейн, и другим целям, имеющим отношение к обороне.

— Я хочу еще раз напомнить вам — надо сделать все, чтобы свести к минимуму наши людские потери… — произнес Макоули и положил трубку на аппарат.

После завтрака он сразу же направился в «ситуационную комнату», где в половине девятого было назначено совещание. За круглым столом уже находились министр обороны, госсекретарь, директор ЦРУ и командующие ВМС, ВВС и сухопутных сил. Первым докладывал министр обороны. Кевин подошел к огромной карте, в центре которой были изображены Ирак и граничащие с ним страны.

— Ночью по целям, расположенным в пригородах Багдада, мы выпустили семьдесят шесть «томагавков». Результаты этих ударов, уточняются, но первые аэрофотосъемки подтвердили, что практически полностью разрушены пять дворцов Хусейна, четыре предприятия, в том числе два химических завода. По итогам вчерашних ударов мы уничтожили шестьдесят семь стратегических целей. Войска ПВО Ирака практически разгромлены. Выведено из строя десять аэродромов и шесть командных центров. Сейчас на подходе к Ираку двадцать четыре тяжелых бомбардировщика, которые нанесут удары по танковым подразделениям противника и сбросят управляемые бомбы с целью парализовать средства связи иракцев. Военно-морские силы в Персидском заливе за ночь передислоцировались к побережью Ирака и готовятся к нанесению ударов «томагавками» по 97 целям, в том числе и по стартовым комплексам ракет «скад».

— Хорошо, Альберт. А теперь давайте послушаем миссис Кейс.

Госсекретарь, увидев жест Президента, сидя, начала свою информацию:

— Я считаю, что первую информацию в мире на нашу акцию можно считать положительной. Бомбардировки одобрили практически все англоязычные страны — от Канады до Австралии и Новой Зеландии. Большинство из них уже прислали свои письменные подтверждения. Мы настойчиво убеждаем все страны мира, что наша акция направлена на то, чтобы принудить Ирак к беспрекословному и полному выполнению всех резолюций Совета Безопасности ООН. Руководители стран мира понимают, что перед нами стоит и другая сверхзадача — уничтожить или полностью ослабить военный потенциал режима Саддама, хотя не все однозначно разделяют выбор момента и методов. Интересная, вернее, характерная реакция Франции, которая в своих традиционных методах «сожалеет об обстоятельствах, приведших к бомбардировкам Ирака и возможных жертвах», и одновременно заявила, что сожалеет, что иракские власти «не проявили готовности к всестороннему сотрудничеству со специальной комиссией ООН, которая должна была провести анализ процесса иракского разоружения». Почти по такой же формуле «да — но» выразили свое отношение и в Риме, где премьер назвал ракетные удары по Ираку безполезными, хотя они и имеют под собой законные основания. Впрочем, премьер — бывший марксист, в интервью туринской газете «Стампа» пошел дальше и осудил в мягкой форме то, что он назвал американской этикой «выборочного наказания зла».

— А какова реакция Германии? — спросил Президент.

— Министр обороны ФРГ заявил, что кабинет канцлера выражает полную поддержку действиям США и Великобритании по отношению к Багдаду и будет оказывать такую поддержку столько, сколько потребуется.

— Смотри-ка, — улыбнулся Макоули, — а ведь совсем недавно социал-демократы и «зеленые» устами своих лидеров уверяли всех, что ни при каких условиях не будут поддерживать подобные силовые акции, если они не санкционированы Советом Безопасности ООН.

— Что Россия?

— Я бы хотела, чтобы на этот вопрос подробно ответила ваш помощник миссис Ева Мискури. Именно сейчас она обобщает всю информацию, в том числе и разведывательную, которую предоставило Центральное разведывательное управление, и думаю, что она будет готова доложить к концу совещания.

— Хорошо, я послушаю ее после совещания. — Президент обратился к директору ЦРУ: — Джеймс, что удалось вам выяснить?

Уолш встал и подошел к карте. И несмотря на то, что своим обращением к нему по имени Президент подчеркнул, что все могут чувствовать себя раскованно и свободно излагать свои мысли, тот начал докладывать сугубо служебным тоном:

— Мистер Президент, перед нашей разведкой стоит несколько главных задач: первая — установление судьбы пилотов сбитых самолетов, вторая — выяснение местонахождения Саддама и своевременная информация для нанесения по нем ударов, третья — выяснение степени эффективности ударов по конкретным целям и определение новых. Мы подтверждаем полное уничтожение за два дня атак четырнадцати промышленных объектов, девяти резиденций и дворцов Хусейна, двухсот двадцати одного самолета, одиннадцати аэродромов. Другие результаты уточняются. Сведений о сбитых пилотах, к сожалению, пока не получили.

— Благодарю, — Президент жестом предложил Уолшу присаживаться и приступил к детальному расспросу командующих войсками.

Через час он подвел итоги совещания.

— Я считаю, что первые дни ведения боевых действий против Ирака следует признать удовлетворительными. Хочу обратить ваше внимание на следующее: нужно сделать все, чтобы уточнить местонахождение и судьбу пилотов, чьи самолеты сбиты ПВО противника. Наши удары должны быть максимально эффективными и плотными. Мы должны не забывать, что через несколько дней наступит священный для мусульман месяц Рамадан, нам надо с этим считаться. Вам, миссис Кейс, задание. Необходимо усилить нажим на Францию с тем, чтобы она хотя бы в чем-то поддержала наши действия. В основном с вашими предложениями я согласен. Следующее совещание проведем вечером или же завтра утром — я сообщу вам.

И он первым покинул «ситуационную комнату». Впереди еще было много дел, а половина дня уже прошла. Макоули посмотрел на ручные часы — до совещания с группой промышленников оставалось чуть более десяти минут. Устроившись за своим столом, поднял трубку прямой связи с Евой Мискури и пригласил ее к себе через два часа с докладом по России и Белоруссии. После этого вышел в соседний кабинет, выпил чашку кофе и, отказавшись от обеда, возвратился в Овальный кабинет, где уже собрались участники совещания.

Улыбаясь, поприветствовал собравшихся и тут же начал совещание…

Прошло ровно два часа, и совещание закончилось. Он почувствовал голод, но пришла помощник миссис Мискури. Когда она вошла, предложил:

— Ева, как ты посмотришь на то, что мы вместе пообедаем и заодно поговорим?

— Я не возражаю, — ответила та и с улыбкой добавила: — Только имейте в виду, я уже пообедала.

— Ну и что? Пообедаешь еще раз, да и возможность у тебя будет все доложить.

Он быстро отдал распоряжение приготовить обед, а затем коротко проинформировал своего помощника о совещании в «ситуационной комнате». Вскоре они перешли в столовую и приступили к трапезе. Ева больше рассказывала, чем ела.

— По данным разведки, что подтверждают отрывочные сведения других источников, Кремль поставил перед руководством российского военного ведомства задачу гарантированно обеспечить безопасность страны при любом развитии событий в зоне Персидского залива. Скорее всего наши удары по Ираку застали Москву врасплох — ни военная, ни внешняя разведки, похоже, не предупреждали руководство России о подготовке к нанесению ударов по Ираку. Косвенно это подтверждается еще и тем, что министр обороны России покинул страну, отправившись в недельный вояж на Балканы и Брюссель. Сегодня этот визит прерван, и министр срочно возвратился в Москву. Россия привела в повышенную готовность национальную систему предупреждения о ракетном нападении, космический эшелон технической разведки министерства обороны, противовоздушную оборону и силы Военно-Морского Флота, находящиеся в зоне конфликта. Наша разведка сообщает, что российская габалинская радиолокационная станция, расположенная в Азербайджане, переведена на полную мощность. Эта станция отслеживает южное ракетоопасное направление и до сего времени работала вполсилы, из-за чего радиус ее действия не доставал до воздушного пространства над Ираком.