Мадджхима Никая - Палийский Канон

И костоломы и убийцы

И воры, что коров крадут,

И все, кто грабят королевство —

Ведь действуют же сообща.

А вы не можете — как так?

Найди достойного же друга,

Кто воспевает нравственности гимн,

И отойдут угрозы и опасность,

Осознанным, довольным будешь с ним.

Но если не найдёшь такого,

Товарища, кто ценит добродетель,

То точно царь, отбросивший завоеванья,

Иди, как слон в лесу, один.

Идти уж лучше в одиночку,

Чем вместе с кучей дураков,

Иди, плохое всё отбросив,

С невозмутимостью лесных слонов».

И затем, стоя произнеся эти строфы, Благословенный отправился в деревню Балакалонакара. В то время Достопочтенный Бхагу проживал в деревне Балакалонакара. Когда Достопочтенный Бхагу заприметил Благословенного издалека, он подготовил [ему] сиденье и воду для мытья ног. Благословенный сел на приготовленное сиденье и вымыл ноги. Достопочтенный Бхагу поклонился Благословенному и сел рядом, и тогда Благословенный сказал ему: «Монах, я надеюсь у тебя всё в порядке, надеюсь, ты живёшь спокойно, надеюсь, что у тебя нет проблем с собиранием еды с подаяний».

«У меня всё в порядке, Благословенный, я живу спокойно, у меня нет проблем с собиранием еды с подаяний».

Тогда Благословенный наставлял, призывал, воодушевлял и радовал Достопочтенного Бхагу беседами о Дхамме, после чего встал со своего сиденья и отправился в восточную бамбуковую рощу.

И в то время в восточной бамбуковой роще проживали достопочтенные Ануруддха, Нандия и Кимбила. Лесничий увидел Благословенного издалека и сказал ему: «Не входи в этот парк, отшельник. Здесь трое достопочтенных ищут благо. Не беспокой их».

И Достопочтенный Ануруддха, услышав, как лесничий беседует с Благословенным, сказал ему: «Друг лесничий, не выдворяй Благословенного. Это наш Учитель, Благословенный, пришёл». И затем достопочтенный Ануруддха обратился к достопочтенным Нандии и Кимбиле: «Выходите, достопочтенные, выходите! Наш Учитель, Благословенный, пришёл».

И тогда все трое вышли встречать Благословенного. Один взял чашу и верхнее одеяние, другой приготовил сиденье, третий — воду для мытья ног. Благословенный сел на приготовленное сиденье и вымыл ноги. Затем эти трое достопочтенных поклонились Благословенному и сели рядом. Благословенный сказал им: «Я надеюсь, Ануруддха, у вас всё в порядке, надеюсь, вы живёте спокойно, надеюсь, что у вас нет проблем с собиранием еды с подаяний».

«У нас всё в порядке, Благословенный, мы живём спокойно, у нас нет проблем с собиранием еды с подаяний».

«Я надеюсь, Ануруддха, что вы живёте в согласии, во взаимопонимании, не спорите, [живёте подобно] смешанному с водой молоку, смотрите друг на друга добрым взором».

«Конечно же, Учитель, мы живём в согласии, во взаимопонимании, не спорим, [живём, подобно] смешанному с водой молоку, смотрим друг на друга добрым взором».

«Но, Ануруддха, как именно вы так живёте?»

«Учитель, в этом отношении я рассуждаю следующим образом: «Большое благо, великое благо для меня, что я живу с такими друзьями по святой жизни». Телесными поступками я выражаю доброжелательность по отношению к этим достопочтенным как в частном порядке, так и открыто. Словесными поступками я выражаю доброжелательность по отношению к этим достопочтенным как в частном порядке, так и открыто. Умственными поступками я выражаю доброжелательность по отношению к этим достопочтенным как в частном порядке, так и открыто. Я размышляю так: «Почему бы мне не отложить то, что хочется сделать мне и сделать то, что хотят сделать эти достопочтенные?» И тогда я откладываю то, что хочу сделать сам и делаю то, что хотят сделать эти достопочтенные. Мы различны в телах, Учитель, но одинаковы в умах».

Достопочтенные Нандия и Кимбила сказали то же самое, добавив: «Вот как, Учитель, мы живём в согласии, во взаимопонимании, не спорим, [живём подобно] смешанному с водой молоку, смотрим друг на друга добрым взором».

«Хорошо, Ануруддха, хорошо. Я надеюсь, что вы пребываете старательными, бдительными, решительными».

«Конечно же, Учитель, мы пребываем старательными, бдительными, решительными».

«Но, Ануруддха, как именно вы так пребываете?»

«Учитель, в этом отношении [происходит так: ] тот из нас, кто первым возвращается из деревни с едой с подаяний, готовит сиденья, готовит воду для питья и мытья ног, [подготавливает и] ставит на место мусорное ведро. Тот из нас, кто последним возвращается, ест любую оставленную еду, если пожелает. Если же не ест, то выбрасывает её туда, где нет зелени или сливает в воду туда, где нет никакой жизни. Он убирает сиденья и воду для питья и мытья ног. Он моет и затем убирает мусорное ведро, подметает трапезную. Если кто-либо замечает, что горшки с водой для питья, с водой для мытья, с водой для уборной почти или полностью пусты, он позаботится об этом. Если нести ему их слишком тяжело, он жестом руки позовёт кого-нибудь, и вместе, сложив руки, они несут их — и из-за этого не начинает звучать речь. Но каждые пять дней мы садимся вместе и всю ночь обсуждаем Дхамму. Вот как мы пребываем старательными, бдительными, решительными».

«Хорошо, Ануруддха, хорошо. Но по мере того, как вы пребываете столь старательными, бдительными, решительными — достигли ли вы каких-либо сверхчеловеческих состояний, исключительности в знании и видении, достойной Благородных, приятного пребывания?»

«Учитель, по мере того, как мы пребываем столь старательными, бдительными, решительными — мы воспринимаем и свет и видение форм[116]. Но вскоре свет и видение форм исчезают, и мы не обнаружили, почему так происходит».

1) «Вам нужно обнаружить причину[117] этого, Ануруддха. До моего просветления, пока я всё ещё был непросветлённым бодхисаттой, я тоже воспринимал свет и видение форм. Но вскоре свет и видение форм исчезали. Я подумал: «В чём причина и условие, что свет и видение форм исчезли?» Тогда я понял: «Сомнение возникло во мне, и из-за наличия сомнения моё сосредоточение ослабло. Когда моё сосредоточение ослабло, свет и видение форм исчезли. Мне нужно действовать так, чтобы сомнение более не возникло во мне вновь».

2) По мере того, Ануруддха, как я пребывал старательным, бдительным, решительным, я воспринимал свет и видение форм. Но вскоре свет и видение форм исчезали. Я подумал: «В чём причина и условие, что свет и видение форм исчезли?» Тогда я понял: «Невнимательность возникла во мне, и из-за наличия невнимательности моё сосредоточение ослабло. Когда моё сосредоточение ослабло, свет и видение форм исчезли. Мне нужно действовать так, чтобы ни сомнение, ни невнимательность более не возникали во мне вновь».

3) По мере того, Ануруддха, как я пребывал старательным, бдительным, решительным, я воспринимал свет и видение форм. Но вскоре свет и видение форм исчезали. Я подумал: «В чём причина и условие, что свет и видение форм исчезли?» Тогда я понял: «Лень и апатия возникли во мне, и из-за наличия лени и апатии моё сосредоточение ослабло. Когда моё сосредоточение ослабло, свет и видение форм исчезли. Мне нужно действовать так, чтобы ни сомнение, ни невнимательность, ни лень и апатия более не возникали во мне вновь».

4) По мере того, Ануруддха, как я пребывал старательным, бдительным, решительным, я воспринимал свет и видение форм. Но вскоре свет и видение форм исчезали. Я подумал: «В чём причина и условие, что свет и видение форм исчезли?» Тогда я понял: «Страх возник во мне, и из-за наличия страха моё сосредоточение ослабло. Когда моё сосредоточение ослабло, свет и видение форм исчезли». Представь, как если бы на путешественника с двух сторон напали бы убийцы. По этой причине страх возник бы в нём. Точно также страх возник во мне, и из-за наличия страха моё сосредоточение ослабло. Когда моё сосредоточение ослабло, свет и видение форм исчезли. Тогда я понял: «Мне нужно действовать так, чтобы ни сомнение, ни невнимательность, ни лень и апатия, ни страх более не возникали во мне вновь».

5) По мере того, Ануруддха, как я пребывал старательным, бдительным, решительным, я воспринимал свет и видение форм. Но вскоре свет и видение форм исчезали. Я подумал: «В чём причина и условие, что свет и видение форм исчезли?» Тогда я понял: «Эйфория возникла во мне, и из-за наличия эйфории моё сосредоточение ослабло. Когда моё сосредоточение ослабло, свет и видение форм исчезли». Представь, как если бы человек искал [секретный] вход к спрятанным сокровищам, но обнаружил сразу пять [секретных] входов к спрятанным сокровищам, и по этой причине эйфория возникла бы в нём. Точно также эйфория возникла во мне, и из-за наличия эйфории моё сосредоточение ослабло. Когда моё сосредоточение ослабло, свет и видение форм исчезли. Тогда я понял: «Мне нужно действовать так, чтобы ни сомнение, ни невнимательность, ни лень и апатия, ни страх, ни эйфория более не возникали во мне вновь».