Мадджхима Никая - Палийский Канон

Бывает так, домохозяин, когда эти божества исчезают из этого места. Когда они исчезают, то можно увидеть разницу в их цвете и разницу в их сиянии. Подобно тому, как человек вынес бы несколько масляных ламп из дома, и можно было бы увидеть и разницу в горении ламп, и разницу в их сиянии. Точно также, когда эти божества исчезают из этого места, то можно увидеть разницу в их цвете и разницу в их сиянии.

И такие мысли не приходят к этим божествам: «Эта наша [жизнь] постоянна, вечна, бессмертна», но всё же где бы эти божества не поселялись, там они восторгаются. Подобно мухам, что летят вслед за коромыслом или за корзиной. Мысль не приходит к ним: «Эта наша [жизнь] постоянна, вечна, бессмертна», но всё же там, где эти мухи садятся, там они восторгаются. Точно также такие мысли не приходят к этим божествам… но всё же где бы эти божества не поселялись, там они восторгаются.

Когда так было сказано, Достопочтенный Абхия Каччана обратился к Достопочтенному Ануруддхе: «Прекрасно, Достопочтенный Ануруддха, но всё же я хотел бы ещё кое-что спросить. Все они Дэвы Ограниченного Сияния или же некоторые из них Дэвы Безграничного Сияния?»

«В зависимости от фактора [определяющего перерождение], друг Каччана, некоторые из них являются Дэвами Ограниченного Сияния, а некоторые — Дэвами Безграничного Сияния».

«Достопочтенный Ануруддха, в чём условие и причина, почему среди тех, кто переродился в одном и том же классе божеств, некоторые из них — Дэвы Ограниченного Сияния, а некоторые — Дэвы Безграничного Сияния?»

«В этом случае, друг Каччана, я задам тебе встречный вопрос. Отвечай так, как посчитаешь нужным. Как ты думаешь, друг Каччана, когда монах пребывает настроенным на область размером с подножье одного дерева, распространяя [в этой области ум] как возвышенный, а другой монах пребывает настроенным на область размером с подножья двух или трёх деревьев, распространяя [в этой области ум] как возвышенный — то какой тип умственного развития более возвышенный?»

«Второй, Достопочтенный».

«Как ты думаешь, друг Каччана, когда монах пребывает настроенным на область размером с подножья двух или трёх деревьев, распространяя [в этой области ум] как возвышенный, а другой монах пребывает настроенным на область размером с одну деревню…

…размером с одну деревню и размером с две-три деревни…

…размером с две-три деревни и размером с одно большое царство…

…размером с одно большое царство и размером с два-три больших царства…

…размером с два-три больших царства и размером с землю, ограниченную океаном, распространяя [в этой области ум] как возвышенный — то какой тип умственного развития более возвышенный?»

«Второй, Достопочтенный».

«Вот в этом условие, в этом причина, друг Каччана, почему среди тех, кто переродился в одном и том же классе божеств, некоторые из них — Дэвы Ограниченного Сияния, а некоторые — Дэвы Безграничного Сияния».

«Прекрасно, Достопочтенный Ануруддха, но всё же я хотел бы ещё кое-что спросить. Все эти божества относятся к Дэвам Замутнённого Сияния или некоторые из них относятся к Дэвам Чистого Сияния?»

«В зависимости от фактора [определяющего перерождение], друг Каччана, некоторые из них являются Дэвами Замутнённого Сияния, а некоторые — Дэвами Чистого Сияния».

«Достопочтенный Ануруддха, в чём условие и причина, почему среди тех, кто переродился в одном и том же классе божеств, некоторые из них — Дэвы Замутнённого Сияния, а некоторые — Дэвы Чистого Сияния?»

«В этом случае, друг Каччана, я приведу пример, поскольку бывает так, что мудрый человек понимает на примере значение сказанного. Представь, как если бы лампа горела за счёт грязного масла и грязного фитиля. Из-за загрязнённости масла и фитиля она бы горела тускло. Точно также, бывает так, когда монах пребывает настроенным [на некую область] и распространяет [сознание на эту область] с замутнённым сиянием. Его телесная инертность не полностью исчезла, его лень и апатия не полностью устранены, его неугомонность и сожаление не полностью отброшены. Из-за этого он медитирует, так выражаясь, замутнённо. После распада тела, после смерти он перерождается среди Дэвов Замутнённого Сияния.

Представь, как если бы лампа горела за счёт чистого масла и чистого фитиля. Из-за чистоты масла и фитиля она не горела бы тускло. Точно также, бывает так, когда монах пребывает настроенным [на некую область] и распространяет [сознание на эту область] с чистым сиянием. Его телесная инертность полностью исчезла, его лень и апатия полностью устранены, его неугомонность и сожаление полностью отброшены. Из-за этого он медитирует, так выражаясь, ярко. После распада тела, после смерти он перерождается среди Дэвов Чистого Сияния.

В этом условие и причина, почему среди тех, кто переродился в одном и том же классе божеств, некоторые из них — Дэвы Замутнённого Сияния, а некоторые — Дэвы Чистого Сияния».

Когда так было сказано, Достопочтенный Абхия Каччана обратился к Достопочтенному Ануруддхе: «Прекрасно, Достопочтенный Ануруддха. Достопочтенный Ануруддха не говорит: «Так я слышал» или «Так оно должно быть». Вместо этого Достопочтенный Ануруддха говорит: «Таковы эти и эти божества». Я думаю, Достопочтенный, что Достопочтенный Ануруддха вне всяких сомнений общался с этими божествами и говорил с ними, вёл с ними беседы».

«Что же, друг Каччана, ты, конечно же, груб и дерзок в своих словах, но, тем не менее, я отвечу тебе. Долгое время я общался с этими божествами и говорил с ними, вёл с ними беседы».

Когда так было сказано, Достопочтенный Абхия Каччана обратился к плотнику Панчаканге: «Благо для тебя, величайшее благо, домохозяин, что ты отбросил свои сомнения и получил возможность услышать такую беседу о Дхамме».

МН 128

Упакилеса сутта: Загрязнения

Редакция перевода: 20.10.2011

Перевод с английского: SV

источник: "Majjhima Nikaya by Bodhi & Nyanamoli, p. 1008"

Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Косамби в парке Гхоситы. И тогда монахи из Косамби начали ссориться и браниться, погрязли в пререканиях, нанося ранения друг другу остриями своих языков. И тогда один монах отправился к Благословенному и, поклонившись ему, встал рядом и сказал: «Учитель, монахи из Косамби начали ссориться и браниться, погрязли в пререканиях, нанося ранения друг другу остриями своих языков. Было бы хорошо, Учитель, если бы Благословенный из сострадания отправился бы к этим монахам». Благословенный молча согласился.

И тогда Благословенный отправился к этим монахам и сказал им: «Довольно, монахи, пусть не будет более ссор, брани, пререканий или споров». И когда так было сказано, один из монахов сказал Благословенному: «Постойте, Учитель! Пусть Достопочтенный, Повелитель Дхаммы, живёт в успокоении, посвятив себя приятному пребыванию здесь и сейчас. А мы будем ответственны за эти ссоры, брань, пререкания и споры».

И во второй раз… и в третий раз Благословенный сказал: «Довольно, монахи, пусть не будет более ссор, брани, пререканий или споров». И в третий раз тот монах ответил Благословенному: «Постойте, Учитель! Пусть Достопочтенный, Повелитель Дхаммы, живёт в успокоении, посвятив себя приятному пребыванию здесь и сейчас. А мы будем ответственны за эти ссоры, брань, пререкания и споры».

И тогда рано утром Благословенный оделся, взял чашу и, накинув верхнее одеяние, вошёл в Косамби собирать подаяния. И после хождений по Косамби, вернувшись с хождения за подаяниями, после принятия пищи, он привёл своё сиденье в порядок, взял чашу и верхнее одеяние и, стоя, произнёс эти строфы:

«И разом голоса в толпе кричат,

Никто не думает, что он дурак,

И хотя Сангху ждёт раскол,

Никто не думает, что виноват.

Забыта вдумчивая речь,

Интересуют лишь слова,

Раскрыв свой рот, они кричат,

И для чего — хоть кто бы знал.

«Он оскорбил меня, ударил,

Он победил меня, ограбил» —

В том, кто лелеет эту мысль,

Злость не отступит никогда.

Ведь злобу в этом самом мире

Не может злоба погасить,

Но гасится она не-злобой,

Порядок сей не отменить.

И те другие не поймут,

Что сдерживать должны себя.

Но мудрецы — осознают,

И тает всякая вражда.

И костоломы и убийцы

И воры, что коров крадут,

И все, кто грабят королевство —

Ведь действуют же сообща.

А вы не можете — как так?

Найди достойного же друга,

Кто воспевает нравственности гимн,

И отойдут угрозы и опасность,

Осознанным, довольным будешь с ним.

Но если не найдёшь такого,