Подлинное искупление (ЛП) - Коул Тилли

— Их лица не выходят у меня из головы, — прошептал я.

Я с силой зажмурил глаза, но увидел лишь шприцы, которые запихивали детям в рот. Их доверчивые, невинные глаза, они ни секунды не сопротивлялись. Я захлебнулся рыданием.

— Их крики не дают мне покоя.

Я открыл глаза и вскинул руки. На них по-прежнему была кровь. Кровь Иуды.

— Кровь, — выпалил я. — Пожалуйста… смой кровь…

Белла схватила меня за руки. Она осмотрела кожу, пробежав пальцами по разлившейся по моим ладоням густой красной жидкости.

— Райдер, — прошептала она. — Здесь нет никакой крови, малыш. Она вся смылась.

— Нет, — запротестовал я, подняв руки выше. — Она по-прежнему там. Я же вижу.

Я поднес ладони к ее лицу.

— Она по-прежнему там… кровь моего брата… Я её вижу…

У Беллы вырвался сдавленный стон. Я замер и сморгнул с глаз воду.

— Белла? — тихо спросил я.

Она поцеловала мою ладонь, и я тут же одернул руки.

— Нет! — неловко вскочив на ноги, закричал я.

Затем поскользнулся на плитке и снова упал на пол.

— Райдер!

Белла положила руки мне плечи, чтобы я не двигался. Прерывисто дыша, я попытался втянуть в себя воздух.

— Послушай меня, — взмолилась она, но я на нее не взглянул.

— Послушай меня! — повторила Белла.

Подняв глаза, я увидел ее прямо перед собой. Она оседлала мою талию, и ее лицо оказалось всего в сантиметре от моего. Взгляд устремлен мне в глаза.

— Малыш, — стала утешать меня она. — Ты видишь то, чего нет.

Пока до меня доходил смысл ее слов, Белла помолчала и коснулась рукой моей щеки.

— Ты видишь кровь, но её уже нет. Я всю ее смыла. Ты чист. Малыш, ты совершенно свободен.

— Нет, не свободен, — я постучал пальцем по голове. — Эти крики и лица… они застряли вот здесь. Я не могу… не могу от них избавиться.

Я прислонился головой к жёсткому кафелю.

— Я убил его, Белла… Убил голыми руками. И видел у него в глазах сомнение в том, что я, его брат, смогу это сделать… он умер, зная, что это я отправил его в ад.

Белла ничего не ответила. Вместо этого она выключила душ, а затем протянула мне ладонь.

— Пойдем со мной, — тихо сказала она.

Я сомневался, что вообще смогу пошевелиться, но, когда она встала, горящий в ванной светильник засиял за ней, словно нимб, и я понял, что пойду за ней куда угодно.

Она была чертовым ангелом… моим грёбаным ангелом.

Взяв Беллу за руку, я последовал за ней. Меня пошатывало, но я вышел за ней из душа. Она взяла полотенце и принялась тщательно вытирать мое тело.

Когда мы оба стали сухими, Белла вывела меня из ванной и направилась к кровати. Чувствуя боль в ногах, я лег рядом с ней и смотрел на нее, а она смотрела на меня.

Мой взгляд скользнул по ее груди, животу, ногам. Я замер, увидев шрамы на внутренней поверхности ее бедер. К горлу подступила тошнота… они появились от обрядов Дани Господней…

— С ними покончено, — сказала она и придвинулась ближе ко мне.

— Райдер, — выдохнула она. — Со всем этим покончено благодаря тебе.

— Но они все умерли, — произнёс я.

— Из-за Иуды, — возразила она.

Я покачал головой.

— Я сказал Иуде о том, что приближаются Палачи, и это изменило его планы. Вот почему он это сделал, Белла. Почему он всех их убил. Он решил, что уж лучше пусть они будут мертвыми, чем свободными. Даже когда все уже было потеряно, Иуда каким-то образом нашел способ сделать еще хуже, — я с трудом подавил крик. — Их лица, Белла… они… они были так напуганы…

— Ш-ш-ш, — произнесла она и коснулась своими губами моего рта, прижавшись грудью к моей груди.

Когда ее губы задвигались на моих губах, я напрягся, но ощутив у себя на языке ее сладкий вкус, погрузился в поцелуй.

Ее прикосновение снова зажгло во мне жизнь. Я зарылся руками ей в волосы. Белла застонала мне в рот, и я перекатился на нее, оказавшись сверху. Испытывая необходимость взглянуть на нее, лежащую подо мной, я оторвался от ее рта. Когда я откинул голову, мой пульс участился. Длинные черные волосы Беллы разметались по белым простыням, а зрачки расширились от жгучей потребности.

Потребности во мне.

— Белла.

Я провел рукой по ее нежной щеке. Она схватила мои пальцы и поднесла их к губам. Поцеловав середину моей ладони, она приложила ее к сердцу. Меня переполнили чувства, и я приоткрыл рот.

— Я люблю тебя, — прошептал я слова, идущие прямо из моей души.

Веки Беллы дрогнули и закрылись… затем на ее губах мелькнула улыбка. У меня в груди заколотилось сердце. Она открыла глаза и посмотрела прямо на меня.

— Я тоже люблю тебя, Райдер. И хотя мне трудно понять, как вообще можно так сильно кого-то любить… я люблю. Всем своим сердцем… я тебя люблю.

Мое озябшее тело, казалось, наполнилось ярким, теплым светом.

Как только я наклонился и поцеловал ее, в окна забарабанил дождь. Комнату осветила тусклая вспышка, в след за которой издалека раздались громкие раскаты грома. Но я даже не вздрогнул от надвигающейся грозы. Нежные руки Беллы пробежали по моей спине, ее язык скользнул по моему языку. С ней я чувствовал себя в безопасности. Я был спокоен.

Глотая ее стоны, я переместился ей между ног. И низко застонал, оказавшись у ее лона. Руки Беллы скользнули к моим ягодицам и не спеша направили меня внутрь. Когда я почувствовал, как меня обволакивает ее тепло, у меня задрожали руки, что упирались в матрас по обеим сторонам от ее головы. Сжав зубы, я вошел в нее до конца. Белла запрокинула голову, и я, наклонившись к ней, стал осыпать поцелуями ее стройную шею. Она зарылась руками мне в волосы, сильнее прижимая меня к себе.

— Райдер, — прошептала она.

Я отвел бедра назад, а затем вновь погрузился в нее. Я снова поцеловал ее в шею, затем поднял глаза. Голова Беллы упала на подушку. Наши взгляды встретились… и она просто убила меня своей улыбкой.

За такое короткое время она стала для меня всем. Моим утром, днём и ночью. Моей причиной просыпаться по утрам. И наконец, она стала величайшим благословением, о каком я даже не мог и мечтать.

Святой для конченого грешника.

Потянувшись к ее рукам, я сплёл наши пальцы и отвёл ее руки ей за голову. Нависая над ее лицом, я задвигал бедрами все быстрее и быстрее. И я ни на секунду не отводил от нее взгляд. Мне хотелось, чтобы Белла увидела в моих глазах то, что она для меня значит. Мне хотелось, чтобы вместо терзающих мой разум кошмаров у меня в сознании осталось лишь ее потрясающее лицо.

Эти светло-голубые глаза, длинные черные ресницы, идеальная бледная кожа, пухлые розовые губы… Мне хотелось заговорить, рассказать ей обо всем, что чувствую, но я знал, что не смогу раскрыть и рта. Мои эмоции были слишком сильными.

Мне просто было жутко жаль, что я не знал ее раньше.

Жаль, что не встретил ее до того, как стал тем человеком, каким являюсь сейчас. До того, как загубил столько жизней… до того, как помогал в убийстве сотен душ.

Лицо Беллы стало расплываться. Я моргнул, поняв, что к глазам подступили слёзы. Капли упали на раскрасневшиеся щеки Беллы. И она сжала мне руки. Белла поднесла наши сцепленные ладони к моим глазам и смахнула с них влагу. У меня защемило сердце, когда я увидел, что она тоже плачет.

— Белла, — замерев, прохрипел я.

Она покачала головой, и на ее лице отразилась боль.

— Райдер, я этого не вынесу.

— Чего? — спросил я, теснее прижимаясь к ней — плоть к плоти, сердце к сердцу.

— Того, что ты с собой делаешь.

Белла шмыгнула носом.

— Позволяешь порицанию… чувству вины пожирать тебя заживо, — она посмотрела мне в глаза. — Винишь себя в событиях сегодняшнего дня. Это всё твой брат. Именно это он всегда с тобой и делал — манипулировал тобой. Даже сейчас, после смерти, он каким-то образом повесил на тебя случившуюся катастрофу, и ты с готовностью взвалил себе на плечи бремя этой вины.

— Потому что это правда. Я виноват.

Белла молча смотрела на меня. Она начала медленно и плавно раскачивать бедрами. Я закрыл глаза и прислонился лбом к ее лбу. Белла высвободила одну руку у меня из ладони и провела ею по моим волосам. Затем приблизилась губами к моему уху.