Никогда не заговаривайте с неизвестными - Анна Малышева

"Только не думать об этом… — приказала она себе. — Алия не знала, что находится в шприце, не могла знать! Она и меня толком не понимала!

Она вообще ничего не поняла… Несчастная — захотела еще одну дозу, встала. Сделала над собой усилие — в такие минуты они находят силы, неизвестно откуда. Увидела на столе заряженный баян. Взяла и не долго думая… А заряжала я. Я!"

Она подумала, как теперь выглядит Дана. Упустила добычу! Яков Семенович сейчас вытряхивает из этой гадины душу… Во второй раз упустила Муху! Упустила, несмотря на всю свою хитрость, на ловкое вранье… И девушка опять почувствовала нечто вроде облегчения. Только слишком жутко было это чувство после того, что она увидела в том доме, в той комнате, на затоптанном дощатом полу.

Глубоко вздохнула и повернулась к водителю: ..

— Мне лучше. Знаете, я спешу. Не могли бы вы ехать быстрее?

— Смотрите, какое движение, — ответил мужчина, не глядя в ее сторону. Ему не нравилась эта пассажирка.

— Я на тот свет не тороплюсь.

«Я тоже!» — подумала она и отвернулась.

Глава 18

В квартиру вошли двое — женщина поняла это, услышав шаги в прихожей. Дверь она не заперла и только теперь об этом вспомнила. Она сидела на полу, рядом с телом мертвой девушки, и мерно раскачивалась — вперед-назад, будто медитировала или молилась. Потом шаги приблизились к порогу комнаты, и она услышала знакомый голос:

— Что творится?

— Вы, Яков Семенович? — спросила Дана, перестав раскачиваться.

Тот не ответил. Быстро подошел к ней, и она поняла, что гость ощупывает тело девушки.

— Умерла? — спросил он.

— Да.

— Как вы это допустили?

Дана пожала плечами:

— Она сама вколола эту дозу… Перепутала с наркотиками. С кем вы пришли?

Она слышала, как по комнате расхаживает второй человек, судя по скрипу половиц — мужчина.

Второй гость пока не произнес ни слова. Яков Семенович тоже не стал его представлять.

— А где Мухаббат? — спросил он.

— Сбежала, как только увидела ее мертвой… Я не смогла ее остановить.

— Вы понимаете, что наделали?! Где ее теперь искать?

Дана вздохнула:

— Не знаю. Теперь она спрячется как можно надежней. Ей ведь уже нечего терять. Самое плохое то, что…

Она замолчала.

— Ну в чем дело? — нервно переспросил Яков Семенович.

— Она забрала свои деньги, — призналась Дана. — У нее восемь тысяч. С этими деньгами она продержится долго… Привыкла к бедности, умеет экономить.

— Меня это не волнует! Так вы говорите, что не знаете, куда она подалась?

— Она и сама этого не знает.

— Не острите! — Он отошел от тела, распростертого на полу, и Дана подняла голову, следуя за ним мертвым взглядом.

— Теперь она не признается, — сказал Яков Семенович второму.

Тот наконец подал голос:

— Да вам ее и не найти.

Дана насторожилась Голос был ей знаком, но она не могла понять, давно ли и откуда?

— Вместо девчонки вы получили дохлятину, — продолжал этот второй. — Об этом мы не договаривались.

— Погодите, — нервно сказал Яков Семенович. — Это еще не конец света.

— Для Жумагалиева — точно не конец. Вашими стараниями!

— Погодите.

Дана поворачивала голову от одного собеседника к другому, как летучая мышь на ультразвук, и нервничала все больше. Она уже понимала, что второй — заказчик… Имени его она не знала, но голос был ей знаком.

— Я привез паспорта девчонок, — сказал Яков Семенович, подходя к телу. — Мухаббат забыла их у меня на даче. Надо поглядеть.

Второй тоже подошел и встал рядом. Дана давно уже уловила нестерпимо крепкий запах одеколона, исходивший от него. И запах был ей знаком!

На нее уже не обращали никакого внимания. Ей стало страшно.

— Видите? — спросил адвокат.

— Ну что вы мне показываете? — Его собеседник неожиданно выругался.

— А вот фоторобот.

Раздалось шуршание бумаги. Дана невольно отшатнулась — бумага зашелестела прямо у нее над головой. Яков Семенович сказал:

— В сущности, какая разница, мертвая будет девчонка или живая? Вот ее паспорт.

— Это которая? — спросил второй.

— На полу лежит Алия. Паспорт Мухаббат Где ее сумка?! — резко спросил он, и Дана поняла, что вопрос адресовался ей. С заказчиком адвокат не посмел бы так разговаривать.

— А о ком вы говорите? — спросила она.

— Об этой вот!

— Об Алие? У нее не было с собой сумки, — ответила Дана.

— Где ее одежда?

— Все, что было, — на ней.

— Быстро говорите, во что была одета Мухаббат, когда сюда пришла? Была при ней сумка? — сыпал вопросами адвокат.

Дана криво заулыбалась:

— Вы забываете, что я не вижу… Я только поняла, что она пришла в длинном пальто из сукна.

Но даже цвета не знаю.

— Черт…

— Ее вещи остались у меня на квартире, — сказала Дана. — На антресолях… Комната рядом с туалетом. Там целая сумка.

— Отлично, — сказал адвокат.

— Вы хотите выдать одну за другую? — догадалась Дана. — Грубая работа.

Адвокат не соизволил ответить. Он сказал заказчику:

— Выйдемте, поговорим.

Мужчины вышли, оставив ее одну. Она даже не пыталась пойти следом, подслушать. Сидела на полу, все так же покачиваясь, пока они не вернулись.

— Дайте ключи от своей квартиры, от комнаты, — приказал ей адвокат.

— Они в шубе, — вяло ответила Дана. — Шуба на вешалке. В углу.

Она услышала бряканье ключей, шелест бумаг, звук открываемого бумажника — щелкнула кнопка. Адвокат обыскивал ее карманы, но она и к этому отнеслась равнодушно.

— Вы нам очень усложнили дело, — сказал ей наконец Яков Семенович. — Упустили девчонку.

Должны были ее держать тут до последнего. За что вы деньги получили?

— Возьмите их обратно, — ответила она. — Давайте это забудем.

Заказчик вдруг засмеялся.

— Да тут одна шайка-лейка! Что забудем?! Зачем мне дохлая киллерша? Зачем вы мне подсовываете труп?! Что — эта мертвечина даст показания?!

— Нет, показания теперь будет давать Дания, — очень вежливо и спокойно заявил адвокат Дана вскочила:

— Что?!

— Так, моя милая. — Адвокат подошел совсем близко. — Вам придется поработать за девушку, которую вы упустили. Ничего не поделаешь. Деньги можете не возвращать. Они вам пригодятся. Может быть.

— Я ничего не скажу! Что мне сказать?! — закричала Дана. — Я только могу сказать, что вы платили мне, чтобы я помогла свалить Толегена! Это вам надо?! Это?! Вы что, хотите повесить все убийства на меня?! На слепую?! Да над вами смеяться будут!

— Скажешь, что наняла эту девицу по просьбе своего любовника, — невозмутимо заявил адвокат, попутно переходя на «ты». — Девица сделала свое дело и засветилась Подали в розыск. Опасность угрожала твоему обожаемому Толегену, если девица заговорит. И ты решила ее убрать. Но тут уже можешь на Жумагалиева не ссылаться. Убрать ее ты скорее всего решила по своей личной инициативе. Поступок любящей женщины — тебя многие поймут.

— Что вы говорите?!

— Спокойно, сперва выслушай меня, — отрезал тот — Девицу ты заманила сюда и сделала ей смертельную инъекцию… Тут можно поговорить о роли наркотиков в твоей жизни.

— Вся ваша версия летит к черту! — закричала Дана. — Алия принимала наркотики, а Муха нет! Я, конечно, не знаю, как выглядит сейчас Алия, как Муха, но Муха сказала, что она с трудом узнала сестру! Вы что — хотите обмануть милицию с помощью такой грубой подставы?

— Девицу ищут уже давно, — напомнил ей адвокат. — За такой срок она могла накачаться наркотиками и вообще от них умереть.

— У нее не хватает нескольких зубов!

— Значит, зубы ей за это время выбили, — невозмутимо сказал адвокат. — Ее тут никто не знает, кроме вас. Вы ее опознали — и этого достаточно. Не привезут же родителей сюда только ради того, чтобы они опознали труп?

— Послушайте, за что мне идти в тюрьму? — воскликнула Дана. — За деньги, которые вы мне дали? Но это же мизер!

— Дадим больше, — вдруг подал голос заказчик. — Если все так и будет, как говорит Яков, — дадим больше. Я дам.

— Я не возьму…

Дана похолодела. Почти в точности повторялся ее разговор с Мухой. Только ей было совершенно не для кого идти на такую жертву… А эти двое не шутили. Яков Семенович сказал:

— Не понимаешь, что ли, ты дело провалила.

От тебя немного просили, а ты и этого не смогла.

Ты что предпочитаешь — остаться тут?.. Или все-таки сделать, как я сказал?

— Вы убить меня хотите?

— Я ничего не хочу, курва…

Она никогда не слышала от адвоката таких выражений. Дана стояла как приговоренная, а мужчины были так близко от нее, что она слышала их дыхание. Наконец прошептала:

— Я не могу брать на себя убийство. Могу сознаться, что посредничала… Но только не убийство!

— А кто же ее убил?

— Она сама!

— Это никому не понравится. Психология нам не нужна. Говорить будешь примерно вот так: