Фанфик Время цветущих яблонь - Серый Кот

— Надо пригласить лорда Паркинсона на ужин, и сделать это лучше тебе. Как главе рода Блэк.

— Я сейчас напишу ему.

— И сразу ляжешь спать до вечера, а то вид у тебя неподходящий для этой встречи.

— А вы?

— Мы тоже отдохнем, разговор будет непростым.

Вернувшись домой, я посмотрел на осунувшееся лицо своей жены. Ей тоже надо поспать, но головная боль вряд ли даст уснуть, силы Логруса и рода пока еще конфликтуют. Как можно ускорить поиск равновесия?

— Эрми, как насчет поспать в палатке?

— Магической? Со всеми удобствами?

— Нет. Магловской, маленькой и тряпичной.

— Гарри! Может, ты не заметил, но на дворе ноябрь...

— А мы побольше теплых вещей возьмем.

— Зачем?

— Тебе стоит поспать в круге главного источника рода. Есть надежда, что он сможет уравновесить доставшиеся тебе силы. Все же сила источника изначально нейтральна, это потом уже ключевой камень и алтарь активированы с помощью Образа.

— Ну... может быть. Только ты мне спинку греть будешь. Сегодня весь день такое чувство, будто хвост мерзнет. Погода, наверное.

— Само собой.

Не прошло и часа, как в кругу мегалитов стояла маленькая палатка. Я уже собирался устроить внутри гнездышко из одеял, когда над древними камнями возник и засветился полупрозрачный голубоватый купол, а мерзлая пожухлая трава внутри круга сменилась молодой и зеленой, из которой выглядывали желтые головки одуванчиков. Подул теплый ветерок с запахами поздней весны или начала лета.

— Вот видишь, мы не замерзнем.

Гермиона посмотрела на меня удивленно:

— Знаешь, Гарри, это получается, я попросила источник о лете? И он мне ответил. Не словами, нет. Но я как-то сразу поняла, что ему нужно немного моей новой силы, чтобы выполнить просьбу. Я разрешила, и вот...

— Как чувствуешь себя после этого?

— М-м... А знаешь, хорошо. Ничего не болит. Только усталость как-то навалилась и спать хочу.

— Ну так полезли в палатку.

— Угу. Но ты обещал мне греть спинку. Не думай, что если тепло...

У поцелуя есть хорошее свойство пресекать ненужные разговоры. Над головой появились звезды — источник и Логрус вовсю играли со временем, подарив нам весеннюю ночь, утрамбованную в пару часов. Спали в эту ночь спокойно, свернувшись в общий клубок. Проснулись рано утром от стрекотания кузнечика где-то над ухом.

Стоило нам собраться и свернуть палатку, как кусочек лета исчез, и в лицо ударил холодный ветер с мелким дождем, зашелестел по пожухлой траве. Мы поторопились уйти по перстню к алтарю в подвале дома. И тут меня поджидал очередной сюрприз. На светлом ониксе камня появились черные прожилки. Не меняя рун в углах и знаков Образа на боковых гранях, они складывались в самостоятельный рисунок: ветви дерева. И белый цветок яблони на верхней грани, который я когда-то вырезал огнем Образа, теперь оказался растущим на этой ветви. Возникла некая завершенность, отсутствия которой я раньше даже не замечал.

56. По понятиям

Особняк на Гриммо блестел чистотой, воздух был свежим, мебель как новая, а французское вино — старым. Кикимер явно постарался к приходу гостей. Долго ждать не пришлось: изумрудным пламенем полыхнул камин, и в гостиную шагнул лорд Паркинсон. После того, как все обменялись приветствиями и заняли места за столом, Сириус предложил отступить от формального протокола "для экономии времени".

— Ты так и не стал настоящим чистокровным, Блэк, хоть и надел перстень главы рода. — Паркинсон неодобрительно покачал головой. — Орион слишком увлекся делами и уступил твое обучение жене. Я считаю, это было ошибкой. Но ладно, вижу, ты не хочешь слушать, тогда действительно перейдем к делу. Судя по тому, что я вижу здесь этих молодых людей, ваше дело касается возможности избавить мисс Грейнджер от попадания под закон, который будет принят на следующем заседании Визенгамота? Скажу сразу — это очень сложно. Люциус Малфой уже договорился со всеми в министерстве, что она пойдет наложницей к его сыну. Я не в восторге, но не вижу способа, да и смысла, что-либо изменить.

Сириус попытался вскочить и высказать что-то возмущенное, но я остановил его движением руки. Лорд Паркинсон с интересом наблюдал за происходящим. Но если мы с Сириусом — участники в молчаливом спектакле, то Гермиона решила внести ясность сразу.

— Сэр, эта проблема уже не актуальна. — На пальце Гермионы проявилось, переливаясь, "кольцо леди" . — Брак магический, и в министерство ушло простое уведомление. Все равно все родовые гобелены уже изменились.

— Вот как? Поздравляю. — Странно было видеть улыбку на этом лице. — Несмотря на то, что это очередной проигрыш чистокровных, и весьма серьезный, я уважаю сильных противников. А еще интересно, как вам удалось это провернуть?

Пожалуй, пора переключать беседу на себя.

— Время для этой информации, возможно, еще придет. Но позже.

— Хм... — Взгляд гостя стал заинтересованным. — О чем же тогда вы хотели бы поговорить?

— Вот как раз о "проигрыше чистокровных", маглорожденных, лордах магии и ситуации в магическом мире.

— Понятно, то есть вас тоже интересует информация. Ожидаемо. Но информация имеет цену, лорд Блоссом.

— И какую же?

— Я хочу знать правду о том, как именно вы создали свой род. Подробно. Обещаю в ответ рассказать о текущей ситуации.

— Сэр, вы умеете задавать вопросы. Я отвечу, но без подробностей. Они вам все равно ни к чему.

Над столом вспыхнул знак Образа, вращаясь ярким огненным диском.

— Светлый лорд? То есть вами пройдено Средоточие Света?

— Так его здесь называют. Я предпочитаю говорить — Образ, или Огненный путь. Надеюсь, теперь понятно, как появился род Блоссом.

— М-да. Технические детали мне тоже были бы интересны, но я согласен — это отдельная информация. И кстати, вы не взяли с меня непреложного обета? — Я покачал головой, криво ухмыльнувшись при этом. — То есть вы решили объявить о себе.

Не вопрос, утверждение. Паркинсон глубоко задумался и несколько минут молчал, мы тоже молчали, отдавая следующий ход ему.

— Плохо. Будет война. Маглорожденным после принятия закона будет нечего терять, а так — у них появляется символ... И, возможно, лидер. Но если вы думаете, что мы отступимся, чтобы избежать войны, то — нет.

— Потому я и хотел бы поговорить о тех причинах, которые вынуждают чистокровных идти на такие меры.

— А просто презрения к маглорожденным недостаточно?

— Нет. Ни глупости, ни фанатизма я у вас не замечаю.

— Хорошо. Кстати, в свете новых фактов беру свои слова про проигрыш чистокровных обратно, с вашего позволения. Но по порядку. Все дело в длящемся сейчас веке упадка. По крайней мере для темных родов. Если вы создавали алтарь, то наверняка знаете, что в родовой магии два компонента. Один, основной — это магия источников, второй — тьма, которой создавали алтарь. Или свет — в случае вашего светлого рода. И расходуются они по-разному. При обычном использовании родовых способностей тратится только сила источника, лишь окрашенная тьмой. А вот при принятии в род нейтральных магов, таких, как маглорожденные, тратится тьма. Именно она меняет магию вступающего в род. Раньше сила тьмы восполнялась через Темных лордов магии, а дальше — по связям вассальной клятвы к остальным темным родам. Но сейчас Темных лордов нет, и при свадьбе с маглорожденными тратится тот запас тьмы, который скрепляет родовой алтарь. Мы уже потеряли много родов — их алтари просто рассыпались. Предатели крови...

— Именно потому чистокровные столь массово подставляли руки под темную метку? Несмотря на то, что он был полукровкой? — Логрус сильно изменил Гермиону, но любопытство никуда не делось.

— Да. Мы надеялись на возобновление потока тьмы. К сожалению, Реддл так и не стал Темным лордом. Хотя у нас были основания для надежды. Он еще со школы упорно искал путь к Средоточию тьмы. Но все пути были либо утеряны, либо непроходимы. Вы наверняка знаете, что один из них находится в этом доме.

— Знаю. И как? Были попытки по нему пройти?

— Были, конечно. Тропа Блэков оказалась смертельной. Реддл тоже пробовал, и смог вернуться, в отличие от остальных.

— И сейчас этот закон — попытка сохранить алтари? — Гермиона удивлена, с такой стороны на ситуацию она не смотрела. А вот я мог бы и догадаться, однако упустил.

— Попытка сохранить магию. Когда умирает алтарь, источники магии засыпают.

— Я рада, что такие меры больше не нужны.

Над ладонью Гермионы... нет — Темной Леди — замерцал поверхностями искажений знак Логруса. Он увеличился, занимая свободное пространство над столом. Горлышко бутылки, которой он коснулся, само собой завязалось узлом, а медный подсвечник в углу стола стал с одной стороны фарфоровым.

— Леди? Но как? Простите, леди, но тогда я не понимаю, как вы смогли выйти замуж в светлый род? Или лорд Блоссом только консорт?

— Нет. Он мой муж.

— Но...

Гермиона пожала плечами и посмотрела на меня.