Последние двадцать лет: Записки начальника политической контрразведки - Филипп Бобков

Если мы сейчас открыто поддержим выход Абхазии из Грузии, то пойдем по пути новой войны на Кавказе. Потому что грузины за Абхазию будут воевать. С другой стороны, нет гарантии, что завтра в состав России попросится еще кто-то, а другие, наоборот, захотят выйти из России. Поэтому в случае с Абхазией, на мой взгляд, мы не можем идти на поводу у эмоциональных решений, какими бы благородными они ни казались.

По странному стечению обстоятельств экспансия американцев в Центральную Азию совпала с решением российского руководства о выводе наших военных баз с Кубы и из Вьетнама.

С патриотической точки зрения, есть неприятный осадок оттого, что мы теряем эти базы. С другой стороны, нельзя не считаться с тем, что нам эти базы сейчас не по карману. Обходятся базы во Вьетнаме и на Кубе дороже того, что они нам дают. Надо считаться с тем, что происходит в мире. Мы сейчас не в состоянии создавать новые базы. Лучше, может быть, сократить расходы за рубежом, чтобы укреплять страну здесь, на своей территории. Взять Камрань — ведь у нас такого флота нет, чтоб там его содержать. Летчикам же не хватает средств даже для необходимого налета часов.

С Кубой мы не рвем. У нас должны сохраниться хорошие отношения. В этом и Фидель Кастро заинтересован. Думаю, всем понятно, что решение о закрытии центра в Лурдесе принято исходя из экономических соображений.

Мы сейчас — не Советский Союз. Мы должны соизмерять свои устремления с сегодняшним состоянием страны. Жить в нынешних условиях и претендовать на то, что мог позволить себе СССР, нельзя. Да, поднять свое значение в мире сейчас для России очень важно. Но международный авторитет страны заключается вовсе не в том, где и в каком количестве у нас есть базы. С американцами нам тут состязаться бесполезно.

— Вы уверены, что за терактами в США стоит именно бен Ладен? Некоторые аналитики полагают, что и в Америке могли быть заинтересованные силы. Например, ради того, чтобы возродить образ внешнего врага…

— О вине бен Ладена пока можно судить больше по рассуждениям, чем по достоверной информации. То, что талибы вскармливались американцами, это бесспорно. Когда талибы воевали с нами, американцы их поддерживали…

Я убежден, что такую масштабную акцию, какая была проведена в США 11 сентября, провести без серьезного центра в самой Америке было невозможно. Заезжим террористам, которые заскочили в страну на день-два, это не под силу. Здесь же видна рука людей, которые глубоко изучили ситуацию, приобрели нужные связи, хорошо знали обстановку, владели оперативной информацией. Финансировать операцию и обучать террористов могли вне Америки. Но организовать такой синхронный полет самолетов, захват, скоординированную атаку на объекты можно было, только имея серьезную поддержку на территории США. Арабы-камикадзе, которые вели самолеты и непосредственно устроили теракты — это еще не организаторы. Это исполнители. Кто двигал ими, кто руководил операцией — вот вопрос. Уверен, что база террористов была на территории США. Там наверняка действовал центр, который это дело готовил не один месяц. Наряду с подавлением талибов (что я считаю совершенно правильным, раз они ведут себя так) должно быть очень глубокое и серьезное расследование на территории США.

— Нет ли у вас впечатления чрезмерности и неадекватности американской контртеррористической операции в Афганистане?

— Не сомневаюсь, что на базе этой операции американцы хотят развивать политику еще большего укрепления своего мирового господства. Однако за грохотом бомбежек в Афганистане не слышно ответа на другой вопрос — а что дает расследование терактов в самих США?

— Арестовано уже около 130 арабов…

Но какой-то уж больно портативный набор доказательств: Коран, 20 тысяч долларов и удостоверение пилота. Как на подбор, все с этими доказательствами. Не хотелось бы, чтобы возникало впечатление, будто у меня есть недоверие к тому, как американцы ведут расследование. Но есть вопросы. Отдают ли американские спецслужбы себе отчет в том, что активная работа по расследованию может дать и иные выходы на организаторов террора? Не подстерегает ли их опасность обнаружить то, чего они сами боятся? В том смысле, что к терактам могли быть причастны и граждане Америки…

— Каков ваш прогноз хода операции в Афганистане: чем и когда она закончится?

— Если убьют бен Ладена, то ясно, чем кончится. Тогда можно прекращать. Я думаю, операция закончится тогда, когда сложат оружие талибы.

— А реально ли это? История показывает, что афганцы никогда не бросают оружие, потому что они ничего не умеют, кроме как воевать.

— Война действительно может длиться годами. Но финальная точка будет поставлена с разоружением талибов.

— А у нас в России могли произойти такие ужасающие теракты, как в Америке?

— Я бы спросил иначе: а где могли бы не произойти? У нас же произошли взрывы домов в крупных городах. И все же я уверен, что наши спецслужбы могут предотвратить такие события, какие случились в США. Нашим спецслужбам я верю.

— Видите ли вы связь между контртеррористическими операциями в Афганистане и в Чечне?

— То, что сейчас происходит в Чечне, есть результат событий в мире после 11 сентября. Прежде американцы не очень охотно называли Чечню базой террора. Сегодня они уже не столь резко критикуют наши действия, не обвиняют нас в геноциде. Однако Чечня все еще не звучит для американцев на таком уровне, как Афганистан. Тем не менее напряжение в Чечне после 11 сентября, конечно, уменьшилось. Мне думается, что иностранные наемники поняли наконец одну вещь: такая помощь из-за рубежа, которая оказывалась им до 11 сентября, впредь предоставляться не будет. Пути транзита боевиков и оружия через Грузию тоже претерпят изменения. Для нас же участие в международной контртеррористической операции может означать облегчение положения в Чечне.

Заместитель секретаря Совета безопасности РФ Валентин Соболев сообщил, что поток денежных средств из-за рубежа бандформированиям в Чечне прекратился. «Бандиты испытывают буквально голод, и та благодать, которая на них сыпалась, давно прекратилась», — заявил замсекретаря СБ после совещания с участием главы администрации Чечни Ахмада Кадырова и командующего объединенной группировкой Владимира Молтенского. Соболев сообщил также, что в проведение контртеррористической операции в Чечне будут внесены коррективы. Они связаны со многими обстоятельствами, в том числе изменениями в международной ситуации.

— Как вы думаете, что нового несет человечеству XXI век?

— Сейчас появилось много рассуждений насчет глобализации, глобализма, антиглобализма. Тема эта заслуживает, чтобы о ней порассуждать. Мы живем на новом этапе развития мирового сообщества. Этап этот рожден прорывом в области информатики, информационных технологий. Вспомним, как исторически развивалось человечество: одна формация сменяла другую, канул в Лету рабовладельческий, затем феодальный строй. Капитализм остался наиболее устойчивой формацией, попытка сменить его чем-то более удачным не привела пока к значительным результатам. Но и капитализм не мог не развиваться. Глобализм, ставший результатом прорыва в области новых информационных технологий, привел к новым условиям существования человеческого общежития. Если принять эту точку зрения, то можно иначе оценить состояние мирового сообщества, в котором мы сейчас живем. Глобализм ведет к тому, что разрушаются государственные границы, мир становится моноплановым. Что противостоит этому? Антиглобализм. Не является ли это закономерным процессом развития человечества? И не стоит ли повнимательнее присмотреться к этому явлению?