Стратегия Московской Руси. Как политическая культура XIII–XV веков повлияла на будущее России - Тимофей Вячеславович Бордачев

рокировка войск в западном направлении для прикрытия линии Угры. Москва и ряд прифронтовых городов были приведены в осадное положение и частично эвакуированы. Была проведена дополнительная мобилизация. Важным политическим и идеологическим мероприятием было совещание в Москве с 30 сентября по 2 октября, на котором Освященный собор во главе с митрополитом благословил великого князя и его войска на самоотверженную борьбу с врагом Руси и Православной церкви»[393]. 8 октября 1480 г. ордынские силы подступают к Угре, на противоположном берегу которой их уже ожидает русское войско, вооруженное, помимо прочего, новым огнестрельным оружием. Это последнее становится, по мнению историков, важнейшим фактором технического превосходства, благодаря которому переправа ордынских отрядов через Угру оказалась успешно сорвана. Противники застыли на своих берегах реки.

«И пришли татары, начали стрелять, а наши – в них, одни наступали на войска князя Андрея, другие – многие – на великого князя, а третьи внезапно нападали на воевод. Наши поразили многих стрелами и из пищалей, а их стрелы падали между нашими и никого не задевали. И отбили их от берега. И много дней наступали, сражаясь, и не одолели, ждали, пока станет река. Были же тогда большие морозы, река начала замерзать. И был страх с обеих сторон – одни других боялись. И пришли тогда братья к великому князю в Кременец – князь Андрей и князь Борис. Князь же великий принял их с любовью»[394].

Мы видим, что примирение Ивана III с братьями произошло в контексте тактических успехов на фронте – вновь, как и всегда в России, вопросы внутренней и внешней политики становятся непосредственно взаимосвязанными. При этом, успешно отразив первые попытки войск Ахмата перейти Угру, русское командование не уклонялось от переговоров. Инициаторами их были сами ордынцы, и современный исследователь отмечает: «Видимо, после сражения при устье Угры, когда выявилась вся сложность прорыва в глубь русских земель, между Ахматом и Иваном происходили какие-то переговоры. Сам факт этих переговоров в дальнейшем послужил поводом для обвинений в адрес Ивана в нерешительности, брошенных его политическими противниками. Как видно по летописным известиям, первыми начали переговоры сами ордынцы. Иван охотно откликнулся на попытку Ахмед-хана завязать переговоры – это соответствовало его общей стратегической линии на отсрочку вторжения ордынского войска в пределы России и на выигрыш времени. Но Ахмед-хан вынужден был начать переговоры, потерпев поражение его прежней стратегической линии»[395]. Этот эпизод «стояния на Угре» стал также крупным событием русской внутриполитической истории. Вернувшийся внезапно в Москву Великий князь Иван III встретился с серьезным внутренним расколом и радикальной оппозицией своей стратегии в лице части бояр и деятелей Церкви. Часть из его приближенных выступает за мирные переговоры с ханом, но это сталкивается с жестким сопротивлением другой группы, поддержанной церковными иерархами, среди которых ведущую роль играет ростовский епископ Вассиан Рыло. О накале политической дискуссии говорит решительный текст его Послания Великому князю:

«Только мужайся и крепись, духовный сын мой, как добрый воин Христов, по великому слову Господа нашего в Евангелии: „Ты пастырь добрый, который жизнь свою отдает за овец. А наемник – это не пастырь, ему овцы не свои; он видит приближающегося волка, бросает овец и убегает; а волк расхищает овец и разгоняет их. А наемник бежит, потому что наемник, и не заботится об овцах“. Ты же, государь, сын мой духовный, не как наемник, но как истинный пастырь постарайся избавить врученное тебе от Бога словесное стадо духовных овец от приближающегося волка. А Господь Бог укрепит тебя и поможет тебе и всему твоему христолюбивому воинству»[396].

Коллизия с переговорами показывает, насколько сложными и многоплановыми были события, связанные с окончательным завершением даннических отношений русских земель и Орды. Несмотря на всю уверенность в своих силах, московский правитель совершенно не стремится к решительной победе, он, при возможности, предпочел бы очередное мирное решение и неопределенность. Делая все от него зависящее для того, чтобы противник Русской земли получил военный отпор, Великий князь Иван III воплощает в себе нашу внешнеполитическую культуру, отличительной особенностью которой всегда является готовность к компромиссу и предпочтение дипломатического решения чисто военному.

В этот раз переговоры с Ахматом заканчиваются без результата: отчасти по причине несовместимости целей сторон, а отчасти и потому, что сам ордынский правитель чувствует свою обреченность – в силу собственных политических обстоятельств для него имеет смысл только полная победа, а на это уже нет ни сил, ни времени. И отказ Ивана от принятия ордынских условий мира означает, что любой компромисс стал бы репутационной катастрофой для хана. Дальнейшие события стали предметом внимания многих исследователей русской военной истории: не сумев преодолеть Угру, ордынское войско остается на своем берегу вплоть до наступления первых морозов, когда Иван совершает новый маневр, отводя от реки уже свои силы. Однако общее истощение ордынских сил, бескормица и вероятная военная деятельность русских в тылу заставляют Ахмата 11 ноября прекратить кампанию и быстро вернуться в степь. При этом уходит он стремительно:

«Тогда-то и свершилось преславное чудо пречистой Богородицы: когда наши отступали от берега, татары, думая, что русские уступают им берег, чтобы с ними сражаться, одержимые страхом, побежали. А наши, думая, что татары перешли реку и следуют за ними, пришли в Кременец. <…> Вот тут-то и случилось чудо Пречистой: одни от других бежали, и никто никого не преследовал. И так избавил Бог и Пречистая Русскую землю от нехристей. Был же тогда холод и великие морозы. Царь побежал одиннадцатого ноября»[397].

Заканчивая разговор о противостоянии на реке Угре, Ю. Г. Алексеев отмечает: «С военно-исторической точки зрения события 1480 г. представляют чрезвычайно большой интерес. Перед нами – пример оборонительной стратегической кампании в сложных условиях, приведшей к полному поражению противника с минимальными потерями со стороны обороняющихся. Основной предпосылкой победы русских войск на Угре было твердое стратегическое руководство Ставки. Русское ВГК (верховное главнокомандование) сумело выработать и провести в жизнь наиболее целесообразный план действий, своевременно определить направление главного удара и рационально распределить свои силы по обоим операционным направлениям (северо-запад и юг). Была успешно решена главная политическая и стратегическая задача – страна была спасена от вторжения и разорения. При этом войска сохранили свою боеспособность, не понеся существенных потерь. Стратегический успех в борьбе с внешним врагом сочетался с политическим успехом – удельным князьям не удалось начать новую усобицу, и они фактически вынуждены были капитулировать»[398].

Первая настоящая большая война объединившегося Русского государства была им, таким образом, блестяще выиграна. И выиграна без избыточных потерь или перенапряжения всех