Одиссея Джоанны Кинг - Анна Завгородняя

Все дело было в коробках с едой и питьевой водой, которые в спешке были брошены нами в пещере. Да и как-то не до них было, когда решалась более важная проблема — жить нам или умереть. Теперь же голод, а главное, жажда дали знать о себе и Йорк вспомнив о наших брошенных запасах решился спуститься вниз. После короткого спора, он все же закрепил веревку и соскользнул в темноту, а я осталась наверху в компании мертвого куска металла, что раньше именовалось Малесом Эмбером и ждала возвращения Линкольна, напряженно вслушиваясь в тишину. Его не было довольно долго, а я не решалась позвать его, опасаясь звуком своего голоса привлечь внимание морта к Йорку, поэтому ждала, глада в темноту.

Когда веревка дернулась и натянулась, я склонилась вниз, выглянув из проема и посмотрела вниз, туда, откуда сейчас поднимался наверх капитан. Когда я увидела его самого, вырисовавшегося из мрака пещеры, мое сердце радостно ухнуло куда-то вверх, захлопало крыльями, как маленькая пташка, выпущенная на волю.

После нашего обоюдного признания мы больше не касались темы нашей прошлой жизни. Все и так было ясно, хотя я все еще испытывала стыд оттого, что когда-то подозревала Линкольна в причасности к гибели моих родителей, но у меня было слабое оправдание — я поверила сведениям Уорда, отчего чувствовала себя хуже не куда. При нашей первой встрече, в процессе моего общения с Ястребами и самим капитаном, я могла бы догадаться, что он не относится к той категории людей, к которым я его отнесла, доверившись действительно убийце и предателю.

Линкольн забрался в наше убежище, поставил на пол две коробки, обе были целы, но изрядно помяты.

— На третью видимо наступил морт, — сказал Йорк, глядя мне в лицо, — Это все, что у нас есть.

Я открыла одну из коробок, посмотрела на содержимое.

— Стандартный набор, — произнесла я, потянувшись к цилиндру с питьевой водой. Спросить про Джона побоялась. Вдруг Линкольн скажет, что видел его останки, хотя судя по аппетиту морта, там мало что могло остаться от нашего бедного доктора Мортимера.

Я протянула цилиндр Линкольну. Тот сделал один большой глоток и завинтив крышку, вернул мне его обратно.

— Надо ее экономить, — капитан сел прямо на пол, прислонившись спиной к каменной стене, отдыхая от подъема.

— Нам надо выбираться отсюда, — сказала я, глядя на пробивающееся зеленое свечение в изломы между камней. Несмотря на то, что мы все еще находились в пределах тюрьмы, свобода была близка, и я даже чувствовала ее дыхание в свежем шевелении воздуха, проникавшего в щели. Даже слишком свежем. Словно снаружи стремительно падала температура.

— Пошли, — капитан уверенно встал, взял вторую коробку и сунул мне ее в руки. Сам же отправил самодельный нож в голенище сапога и подхватил наши оставшиеся вещи. Я отчего-то бросила напоследок взгляд на тело директора Орегона. Подумала о том, кто теперь будет контролировать заключенных, если он умер. Насколько я могла понять, заместителя у него как такового не было, только стражи-мутанты, но что смогут они, если нападет чудовище, похожее на нашего друга морта?

Говорить на эту тему с Йорком я не стала. В конце концов, наша задача спастись из тюрьмы, а что станется с ее обитателями, наверное, не наша проблема?

Чувствуя себя гадко от подобных мыслей, я поспешила следом за капитаном, направляющимся к узкому проходу, темнеющему в самом дальнем углу нашего убежища. Больше проходов здесь не было. Только этот — ведущий в неизвестность, и тот, что остался позади — в нишу мортов. Выбор был очевиден!

Станция 'Заря' медленно подплыла к орбите планеты Тагир. Зависла, остановив все двигатели. Некоторое время она медленно дрейфовала в безвоздушном пространстве, огромная и величественная, равнодушно взирающая на светящуюся внизу планету, такую близкую и живую, окруженную россыпью далеких звезд и спутником Ареем, вращающейся вокруг Тагира и успевающей за стандартные земные сутки дважды пройтись над небом планеты. Станция на первый вид казалась спящей, хотя внутри нее кипела жизнь. Небольшой, быстрый корабль готовился к спуску на Тагир, пока капитан 'Зари' договаривался о приеме своих людей, на повышенных тонах отдавая команды и приказания кому-то на другой стороне линии связи. Все это время молчаливый и задумчивый Чарльз Уорд стоял за его спиной, глядя на мерцающую в иллюминаторе планету пиратов и думал о том, что стоит вскоре очистить этот притон бандитов и убийц. Он уже планировал свое будущее, в котором видел всех обитателей Тагира своими наемниками, своей армией чудовищ, которая не будет знать себе равных, которая возвысит своего полководца и позволит сместить противников. Уорд давно мечтал стать единственным Главой, но даже получить место Пятого, самого слабого Главы, для него было достижением, ради которого пришлось приложить массу усилий и пожертвовать многим… Больше всего Уорд жалел о том, что потерял сестру. Как бы там ни было, он любил ее, а после смерти пытался полюбить и ее дочь, но Джоанна была слишком похожа на свое отца, с которым Чарльз не мог найти общего языка, и дядюшка так и не прикипел к племяннице.

Сейчас Чарльз Уорд отчего-то вспомнил тот день, когда узнал о гибели своей сестры и ее мужа. Он не был удивлен и Отто, принесший ему эту весть, рассказал, что вопреки ожиданиям, коробку с такой необходимой Уорду вакциной — настоящим прорывом для науки — не нашли, хотя обыскали всю машину. Уорд только что вернулся из больницы, где находилась его племянница. Девчонка отделалась несколькими царапинами, из которых самой глубокой оказалась на лице.

— Там был Ястребы, — добавил в заключение Седой, — Я не знаю, кто именно послал их, но догадываюсь, что вы не один хотели использовать открытие доктора Кинга.

— Джоанну вытащили они? — догадался Уорд.

Отто поспешно кивнул.

— Но мы нашли записи Оскара, — он протянул Уорду пачку каких-то разорванных исписанных листьев с обгоревшими краями, — Возможно, там есть информация о том, где Кинг спрятал образцы вакцины.

Уорд взял из руки Седого записи, положил их на стол за своей спиной.

— Надеюсь, нам удасться ее найти, сэр, — произнес Отто и вытянулся в струнку перед своим начальником. Чарльз только устало покачал головой и внезапно осознал, что стоит близко от стекла иллюминатора, а перед ним по-прежнему светится Тагир. Воспоминания отступили прочь, рассеялись в пространстве. Голос капитана Пола Холлидея вывел его из задумчивости.

— Команда готова, сэр. Сейчас они отправляются на Тагир. Я обо всем договорился. Их встретят и проведут.

Уорд вскинул голову.

— Я лечу с ними, — неожиданно сказал он.