Тихие шаги - Лена Александровна Обухова

пыталась положить сверху камень, сначала даже промахнулась, пришлось его поправить.

Зато сложный текст она читала без запинки. Хотя от волнения не понимала и уж тем более не запоминала слова. Произнеся заклинание до конца, забрала с груди Влада камень, переложила его в шкатулку и, опуская крышку, добавила, как было указано в «инструкции»:

– Пожиратель, прими подношение и насыть себя, как положено по нашему договору.

Едва шкатулка закрылась, в кухне вспыхнул свет, пикнула микроволновка и загудел холодильник.

– Это значит, что у тебя получилось? – предположил Влад.

– Или так, или просто подачу электричества возобновили.

Она проворно прижгла порез перекисью водорода и накрыла сложенным в несколько раз стерильным бинтом, который зафиксировала сверху лейкопластырем.

– Спасибо, – поблагодарил Влад, одновременно слезая с импровизированного ложа и надевая рубашку. – Останься здесь, а я посмотрю, что там как.

Конечно, Диана не послушалась и пошла вместе с ним. Ее очень тревожила судьба Карпатского. Она почему-то почти не сомневалась, что стрелял именно он, хотя у этой уверенности не было никакого объективного основания.

До двери в конце коридора они добрались почти бегом, а вот выйдя в главный холл, стали вести себя осмотрительнее. Убедившись, что никто не прячется под стойкой администратора, Влад направился в комнату охраны со словами:

– Камеры тоже должны были включиться.

Диана же в первую очередь заглянула в противоположный коридор и сразу увидела Карпатского, неподвижно лежащего на полу.

– Сюда! – крикнула она Владу и уже на бегу добавила: – Помоги! Он ранен!

К тому моменту она уже увидела кровь, заливавшую грудь полицейского, разодранную футболку и светлое ковровое покрытие. В ушах зашумело, поперек горла встал ком и губы задрожали, но вместе с тем в голове пронеслась мысль о том, что Карпатский не выглядит как те трупы на фотографиях: грудная клетка не вскрыта.

– Вячеслав Витальевич! – позвала она, падая на колени рядом с ним и осторожно касаясь плеча. Трогать рваную рану на груди побоялась.

Не сразу, но его веки дрогнули, он пошевелил головой и даже, кажется, попытался что-то ответить, но получился только невнятный стон.

– Подними ему голову, – скомандовал, приближаясь, Влад. – И прижми это к ране.

Он сам накрыл кровоточащий разрез белоснежным полотенцем и положил руку Дианы сверху, слегка надавив на нее. Одновременно держать Карпатскому голову и прижимать полотенце к ране она могла с трудом, поэтому следом Влад предложил перетащить Карпатского к стене и приподнять, чтобы тот мог сидеть, опираясь на нее спиной.

Диане совершенно не хотелось этого делать, она боялась причинить боль, но Влад выглядел, говорил и действовал так уверенно, что у нее не осталось выбора.

Карпатского их манипуляции привели в чувство: он открыл глаза, посмотрел на них и даже слабо улыбнулся.

– Цела… – выдохнул он.

– Я сейчас вызову «скорую», – пообещал Влад, доставая смартфон.

Диана кивнула, надеясь, что связь возобновилась, еще когда кто-то звонил Юле. Да и ситуация за окном явно улучшилась за это время. Дождь еще шел, но теперь, скорее, мелко моросил, ветер стих.

– Там… дерево, – напомнил Карпатский. Говорил он прерывисто, словно каждое слово давалось ему с трудом. – Никто… не приедет…

– Приедут, – уверенно заявил Влад, прижимая динамик к уху. – Все, кто нужен, приедут, обещаю. Держись, майор.

Он ненадолго сжал плечо Карпатского свободной рукой и, выпрямившись, отошел в сторону, чтобы с кем-то переговорить. Напоследок успел напомнить Диане, чтобы та зажимала рану так сильно, как может.

– И говори с ним. Не давай ему отключиться.

Диана снова кивнула, хотя не чувствовала уверенности в том, что сможет все сделать правильно. Она даже в собственном голосе сомневалась, но, откашлявшись, все же заговорила:

– Все будет хорошо, Вячеслав Витальевич. Если он обещает, он сделает, я уверена. Помощь будет.

Карпатский посмотрел на нее из-под полуопущенных век и снова слабо улыбнулся.

– Можно просто Слава.

Она удивленно приподняла брови и тоже заставила себя улыбнуться, хотя ей по-прежнему хотелось разреветься, и подрагивающий подбородок наверняка выдавал это.

– Неужели? Вы меня удивляете…

– И на «ты», – добавил Карпатский тихо.

– Вот как? Если так дальше пойдет, я, чем черт не шутит, еще и приглашение на свидание услышу…

Тут уж, кажется, удивился он. Во всяком случае, на почти неподвижном, чересчур бледном лице отразилось что-то такое.

– А ты… пойдешь? После всего… что я сказал…

Свободной рукой Диана коснулась его щеки и наклонилась к нему чуть ближе, глядя в глаза.

– Жизнь научила меня не верить тому, что мужчина говорит.

– Тогда… обязательно сходим… Когда… оклемаюсь…

Показалось, что эти слова лишили Карпатского последних сил. Его глаза закрылись, но он продолжал ровно держать голову, а значит, оставался в сознании. Диана осторожно коснулась лбом его лба и шепотом – иначе голос предательски сорвался бы – произнесла:

– Обязательно… Ты только не умирай, пожалуйста. Хорошо?

Он едва слышно хмыкнул и вдруг накрыл ее руку, которой она прижимала уже пропитавшееся кровью полотенце к ране, своей рукой.

– Договорились…

Глава 32

21 июня, понедельник

Медвежье озеро

Казалось, что с того момента, как сознание отключилось, сдавшись на милость обмороку, прошло не больше мгновения. Только-только провалившись в темную пустоту, Дементьев почувствовал, как его тормошат и зовут по имени. Вслушавшись в голос, он понял, что зовет его жена и попытался сбросить с себя липкую паутину беспамятства, вспомнив, что она может быть в опасности.

Он попытался подняться и открыть глаза, но прошившая голову боль заставила тут же вернуться в исходное положение. Еще и стон не удалось сдержать.

– Тихо-тихо, не так резко, – мягко произнес голос жены. – Торопиться некуда, уже все в порядке, все закончилось.

Дементьев сделал глубокий вдох, перекатился на спину и осторожно приоткрыл один глаз. Внутри черепа застучали молоточки, особенно болезненно они били по вискам, но по крайней мере голова не лопнула.

Он сразу понял, что на самом деле прошло немало времени. За окном уже светало, ненастье закончилось, кажется, даже дождь прекратился. В сероватом пасмурном свете еще не вставшего солнца он разглядел улыбающееся лицо Ольги, склонившейся над ним. Та смотрела на него с тревогой и сочувствием.

– Что произошло?

– Я надеялась, ты мне расскажешь.

Дементьев опустил веки, воскрешая в памяти последние события, потом все же оттолкнулся рукой от пола и сел, придерживая голову другой рукой. Взрыва снова не последовало, да и молоточки постепенно унимались.

– Меня как будто поезд переехал, – пробормотал он. – Тут был человек. В черном балахоне…

– Черный человек? – напряженно переспросила Ольга.

– Вроде того. Как тот, что мелькнул на записи Алекса. Я пытался подойти к нему, но он… что-то сделал со мной. И я отключился.

Он открыл глаза и с тревогой осмотрелся по сторонам.

– А Савин где? Он шел за мной, когда это случилось.

– С ним было примерно то же самое. Как