Слово - Веда Талагаева

- О, шеф! - восторженно выдохнул Нок, не веря ушам.

- Зови меня Себастьян, сынок, - милостиво разрешил бывший шеф и будущий компаньон и тоже уехал на носилках в сторону Мирадора.

Повеселевший от радужных перспектив на будущее Нок пошел, наконец, искать своих друзей. Для этого он вернулся к холму и сразу же увидал Тарилор. Она спускалась вниз, с ней, обнимая ее за плечи, шел Эгмар. Вид у эльфов был утомленный и печальный. Они храбро сражались, но от этого им не было ни гордости, ни радости. Из всех обитателей Дивного Края дети Чудного Народа, как никто, были близки к природе, и война, противная естеству живых существ, заставляла их страдать, как никого вокруг. Нок заспешил навстречу эльфийке и ее отцу в особенности потому, что к ним ехала на коне Юрлин. Принцесса заметила его издали и приветственно махнула рукой. Поравнявшись с ней, Нок чинно поклонился. Юрлин улыбнулась, как всегда тепло и ласково.

- Я рада, что вы невредимы, господин гном, - сказала она.

- Не ранено ли ваше высочество? - млея от приветливых слов, заботливо спросил Нок.

- Хвала Альвиану, нет, - покачала головой принцесса и печально добавила, - Но мой брат серьезно ранен.

Она указала на носилки, которые несли вслед за ней четверо эльфов. На них укрытый плащом лежал Агалад. Глаза его были закрыты, он был очень бледен и едва дышал.

- Я поеду с ним, - сказала Юрлин, поклонилась Ноку и Эгмару с дочерью и поехала рядом с носилками.

- Многих мы не досчитаемся, - тихо проговорил Эгмар.

От его слов вновь пригорюнившемуся Ноку стало совсем страшно.

- Тарилор, а где Элиа? Где Кадо, Юн и Чародей? - спросил он с растущей тревогой, - Они живы?

Вблизи война оказалась еще большей неразберихой, чем издали. Когда гоблины и эльфы бросились друг на друга с оружием в руках, на холме все смешалось в мгновение ока, и уже было не разобрать, где свои, а где чужие. Оказавшись в самой гуще схватки, Илья растерялся. Гвендаль поначалу старался прикрыть его, поддержать, отражая своим серебристым мечом направленные на него удары. Да и Кадо помогал, как умел. Но вскоре Илья заметил, что справляется сам. Не потому, что он был таким смелым и ловким, а потому, что ничего другого ему не оставалось. Повсюду сверкали, звенели клинки, все вертелось перед глазами. Илья едва успевал отбивать мечи, рассекавшие воздух рядом с ним. Он не пугался происходящего, потому что для этого совсем не оставалось времени. Со всех сторон на него наседали огромные гоблины в черненых доспехах, не давая ни минуты для раздумий или передышки. Каким-то чудесным образом Илья умудрился отбиться ото всех, кто нападал на него. Кого-то он оттолкнул, кого-то ударил щитом, кого-то неловко ткнул острием меча. Один раз чей-то широкий меч с черненым орнаментом в виде драконьего хвоста ударил Илью прямо в грудь. И тут же со скрежетом сломался, отскочив, как от камня. "Это и был камень под одеждой в талисманнице,"- подумал Илья и впервые за несколько месяцев почувствовал благодарность к своей нелегкой ноше. Удар меча не причинил ему вреда, но сбил с ног. Илья сразу же снова вскочил, а потом совсем завертелся в общем вихре, потерял из виду дядю и друзей и совершенно забыл о них. Мальчик не знал, сколько времени продолжалась битва на холме - то ли несколько минут, то ли несколько дней. Кругом ломались мечи, разлетались в стороны прочно спаенные кольчужные кольца, раздавались хриплые крики и воинственные вопли. Казалось, этой жестокой сече не будет конца, но какое-то время спустя, Илья почувствовал, что темп битвы замедляется, что ему уже не приходится так быстро махать мечом и так часто уворачиваться от ударов. Еще какое-то время спустя он начал различать лица тех, кто находился рядом, а потом на холме стало свободнее, и вокруг него образовалось пустое пространство. Спустя еще какое-то мгновение Илья понял, что шум и накал сражения сошел на нет, и что можно наконец опустить меч, потому что сражаться больше не с кем. Гоблины были окончательно разбиты, и вся вершина холма была усеяна их телами, точно грудами черных камней, среди которых поблескивали кольчуги, щиты, торчали мечи и длинные эльфийские кинжалы. Большая битва в низине также закончилась, как и маленькая битва на холме. Ратный шум стих, повсюду лежали тела погибших, стонали раненые. Раненых уносили с поля воины Крылатого Льва, парладорские и дальноземские эльфы. После нескольких часов непрерывного гула над Кайреленом стояла сладкая глубокая тишина. Ветер шевелил остатки незатоптаной травы на вершинах холмов. В небе загорался закат. Глядя сверху на эту картину, Илья перевел дух и чуть прикрыл глаза. Только сейчас он понял, что очень устал. И еще он заметил, что справа и слева от него кто-то стоит точно так же устало, но свободно и глубоко дыша. Это были Кадо и Юн. Они опирались на свои мечи и тоже смотрели вниз на опустевшее поле битвы.

- Все кончилось, да? - шепотом спросил Кадо.

- Мы живы, - проговорил Юн, на щеке у которого темнела кровоточащая царапина.

Оба они, не сговариваясь, бросились к Илье. Какое-то время друзья стояли, обнявшись втроем, посреди холма. Потом они услышали быстрый звук резкий и тягучий одновременно. Он повторился три раза. Это пропела тетива эльфийского лука. Мальчики оглянулись и увидели трех крепких и мускулистых черных гоблинов, лежавших бездыханными совсем недалеко от того места, где они стояли. У каждого из спины торчала стрела с серо-белым оперением.

- Будьте внимательнее. Я не могу все время присматривать за вами, - строго проговорил звонкий голос откуда-то снизу.

На склоне холма стояла вместе со своим отцом Тарилор, в руках у нее был лук. Видя, что мальчики смотрят на нее, она неодобрительно покачала головой и пошла догонять Эгмара, который уже спустился в низину. А Илья, с тревогой оглядевшись, увидел, к своей радости, Гвендаля. Чародей шел по другой стороне холма, перешагивая через убитых гоблинов, и убирал свой меч обратно в посох. Он поймал взгляд Ильи и улыбнулся ему.

- Там Нок! - воскликнул Юн, проследив взглядом за спустившимися Эгмаром и Тарилор, - Пойдемте вниз.

Друзья подождали, пока Чародей нагонит их, и все вместе сошли с холма в низину. Солнце заливало Кайрелен прощальным вечерним светом. Лучи пробивались из-за облаков и слепили глаза. Но на это никто не жаловался.

СЛОВО

Сколько радости было, когда друзья сошлись внизу у подножия холма. Даже Нок и Тарилор обнялись друг с другом. В Кайрелен тем временем приехала Генимар верхом на серой лошади в сопровождении десяти эльфиек, одетых во все зеленое. Она сошла с лошади и отправилась на поле битвы. Проходя между носилками, на которых лежали раненые, Генимар клала каждому руку на лоб и закрывала глаза, словно вслушиваясь и всматриваясь во что-то невидимое обычному глазу. Потом одобрительно улыбалась или грустно качала головой. Когда дальноземцы принесли к ней Агалада, мудрая эльфийка прикоснулась ладонью к его лбу, задержала руку чуть дольше обычного. Юрлин стояла рядом, взволнованно ожидая. Провидица подумала еще немного, потом подняла глаза на принцессу и ободряюще улыбнулась. Илья и те, кто был с ним, наблюдали эту сцену издали. Потом они увидели, что западной стороны низины к ним идет Вернигор. Заклинатель драконов выглядел задумчивым и печальным, но когда он увидел своих друзей, его лицо посветлело, и он зашагал быстрее.