Волшебство на грани 2 - Анастасия Калямина

- И что это даст, Карси? Сама посуди, ну, согласишься ты совершить эту сделку и освободить меня в обмен на свою жизнь, тебя заморозят, станешь очередной красивой ледышкой у этого собирателя бабочек и серийного маньяка. - Я старался рассуждать здраво, подавляя желание закричать, что есть сил, и потерять остатки голоса, чтобы она не смела брать Январиса за руку. - А ты не думала, что, получив свободу, первое, что я сделаю, это покончу с собой? Специально, убьюсь где-нибудь, если пойму, что тебя уже не вернуть? Как тебе такая перспектива?

Пожалуй, это время, что её не было в живых, сделало меня через-чур рассудительным и намного мудрее, чем раньше.

Карси опустила руку, так и не коснувшись Январиса и с удивлением посмотрела в мою сторону.

- Ты опять обо мне не подумала, точнее подумала, но не о моих чувствах, а лишь об инертной необходимости сохранить мою жизнь. А, я умру, Карси, если тебя не станет, как лебедь, потерявший желание летать. Я однолюб по своей природе. А это, к сожалению, звучит как приговор, если вспомнить, через что нам пришлось пройти. - Моё откровение на неё подействовало гораздо лучше, чем беспокойные крики "Не делай этого!".

К сожалению, Январис, который снова потерял терпение, метнул в меня морозным лучом. Прежде чем безвольно повиснуть, на своих оковах, я услышал, как Карси говорит, что не согласна становиться экспонатом коллекции кровожадного зимнего месяца, и я отключился, погрузившись в темноту, которая не давала ни тепла, ни радости, даже успокоения в себе не несла. Может Карси и отказалась добровольно стать замороженной, но она ещё здесь, а, значит, Январис может убить принцессу даже против нашей с ней воли. Зачем он вообще пытался принудить её умереть добровольно?

Карси вскрикнула, не ожидав от Январиса такого шага.

- Я всё равно добьюсь того, чего хочу! - рявкнул зимний месяц.

- Что вы с ним сделали! - испугалась Карсилина, она не исключала того варианта, что он мог меня прикончить.

- Ты - мой следующий экспонат! - Январис снял окровавленные перчатки, обнажая свои прозрачные руки, которые были похожи на конечности ожившей ледяной статуи.

Девушка заметила, что на правой руке у него не хватает одного пальца, наверное, откололся. А Январис заставил обрушиться громадную ледяную глыбу, что висела над головой Карсилины, и та, отпрыгнула в сторону. Серебристые, блестящие в солнечных бликах осколки от этого куска льда, рассыпались по полу, попадая Карсилине на ноги. Сомневаюсь, что проломить ей череп а уж потом заморозить - такая уж хорошая мысль. Но Январис не унимался, бросаясь в девушку острыми ледышками, гоняя беднягу по залу, заставляя от них увёртываться. Карсилина не уставала, пару раз она была на волосок от того, чтобы какая-нибудь глыба льда проткнула её насквозь, пригвоздив к противоположной от меня стене, но девушка чудом этого избегала. Отбегая подальше, она достала пузырек из коробка, лежащего в кармане, думая, что жизненная энергия, которая в нём хранится, поможет мне прийти в себя. Карсилина запустила в Январиса огненным шаром и попала ему в руку, пытаясь подобраться ко мне, а его прозрачная конечность тут же растаяла буквально на глазах, заставляя зимний месяц еще больше злиться.

Январис сделал рывок и вцепился Карсилине в предплечье, вместо растаявшей кисти руки уже выросла другая, такая же прозрачная, с такими же тонкими, длинными пальцами. Карси вырывалась, но он держал достаточно крепко. Месяц вырвал у неё из руки пузырёк с жизненной энергией, бросил под ноги и намеренно наступил на него. Стекло хрустнуло, и по полу растеклась золотистая лужица, словно кислота, прожигающая лёд.

- Ты пойдёшь со мной! - властно говорил Январис, грубо встряхнув Карсилину, которая брыкалась, пытаясь освободиться.

- Я не хочу! - сопротивлялась она, наступив ему каблуком по носу сапога, но тот ничего не почувствовал.

- Хватит!

И они исчезли, оставив после себя прохладный вихрь, который, покружив по залу две минуты, тут же утих, припорошив пол новой порцией снега.

***

- Семён! Семён, вставай! ... - чей-то голос звал меня, пытаясь вытащить из этого до мозга костей холодного тумана.

- Зачем? ... - Я хотел сказать это, но язык не послушался, став очень тяжелым. Я хочу только одного - спать, желательно, как можно дольше.

Кто-то шлёпнул меня по щеке, одаряя охлаждающим зарядом, который распространился на всё тело, пробуждая каждую клеточку, словно холодный утренний душ.

Вскрикнув, я мигом пришел в себя, вздрогнув как от электрического разряда, словно прикоснулся к оголенному проводу, который тут же выключился.

- Ты как? - спросила Декабрина, склонившаяся надо мной и желающая удостовериться, что я еще в этом мире, а не загробном.

Этот зимний месяц уже приняла вид нормальной двенадцатилетней девочки, пристально глядя мне в лицо своими большими и добрыми, как у котёнка, глазами. Наверное, ей надоело быть белкой.

- Что происходит? - я присел, потирая виски и пытаясь вспомнить, как здесь оказался, что это за место такое. В мозгу всплывали неразборчивые картинки и образы, которые не желали собираться в единый паззл.

- Мне с самого начала рассказать? - спросила Декабрина безо всякого сарказма. Она хотела протянуть руку, но затем передумала, понимая, что от этого мне сделается еще холоднее.

Я, обхватив себя руками и надеясь хоть как-то согреться, поднялся на ноги. Надо было одеваться теплее! И огляделся. Вспомнил, как оказался в этом величественном ледяном зале Январиса, как он держал меня здесь, мучая холодом, и заставлял кровь остывать. Стряхнув снег с плеч, я вытянул перед собой руку, расправив пальцы, и разглядывал появившиеся на ней глубокие порезы, которые до сих пор слегка кровоточили.

- Помнишь? - поинтересовалась Декабрина, как лисичка повернув голову на бок.

Я выдохнул и с беспокойством посмотрел на неё, интуитивно чувствуя, что, должно быть, случилось что-то ужасное:

- Нет.

Затем я осмотрел себя, раны от ледяных осколков саднили, одежду словно кто-то порезал ножом, застывающая кровь была липкая, противная... Чувствуя дикий холод, я не мог перестать дрожать. Пришлось воспользоваться согревающими чарами, правда, они не особо помогли. И не удивительно, я был слишком ослаблен.

- Хорошо же тебя Январис обработал! - Покачала головой Декабрина.

Я размазал запястьем кровь по щеке и тут же понял, в чем может заключаться подвох, из-за которого Январис от меня отстал.

- Декабрина, пожалуйста, скажи, что ты не привела Карси сюда, чтобы обменять на мою жизнь! - я смотрел на неё с нескрываемой надеждой, которая тут же потухла, когда Декабрина ответила на вопрос: