Основной рубеж - Алекс Орлов

— А что такого?

— Надеюсь, это у тебя не припадок был? — уточнил капитан.

— С чего припадок-то? — обиделся Панчино.

— От страха.

— По-вашему, я боялся каждого левого поворота?

Эббот улыбнулся и похлопал Панчино по плечу:

— Не обижайся, Энди, такими шутками я проверяю твой рассудок… Возьми эти очки. И ты Тони — тоже. В туннеле пыльно, а уж когда начнется заваруха, бетонная крошка полетит во все стороны…

Из фургона выгрузили сумки с оружием и боеприпасами. Эббот запер фургон и, спрятав ключ в карман, скомандовал:

— За мной марш… — и пошел в направлении кучи строительного мусора.

Как и предполагал Тони, там оказался вход в будущую канализационную систему. Эббот включил фонарик и быстро пошел вперед. За ним проследовал Панчино, а Тони стал замыкающим.

Так они шли около часа. На протяжении всего марша Панчино вел себя на удивление спокойно. В конце концов капитан сделал небольшой привал и выдал личному составу по бутерброду и пластиковой банке с фруктовой водой.

— Покушайте, ребята, и отдохните. Нам нужно пройти еще с полкилометра… — сказал капитан.

— А что потом? — поинтересовался Панчино, приканчивая свой бутерброд.

— Потом спрячемся и будем ждать.

— Чего ждать?

— Нашего «троянского коня»…

— А-а… — кивнул Гнус, хотя ничего не понял.

— Ты чего молчишь, Тони? У тебя нет ко мне вопросов?

— Нет, сэр, — отозвался Гарднер. — Пока вопросов нет…

— Ты, я вижу, не особенно-то разговорчивый парень, — заметил Эббот.

— Не в такой обстановке, сэр…

— Понимаю… — согласился капитан. — Нутогда пошли дальше, ребята…

По мере продвижения по туннелю в воздухе стал появляться присущий канализации запах. Это означало, что маленький отряд входил на территорию города.

— Воняет… — глухо прокомментировал ситуацию Гнус.

Эббот резко повернулся к нему и поднес палец к губам. Панчино понял и замолчал.

Теперь капитан шел значительно медленнее, а яркость его фонаря была уменьшена до предела. Пару раз Тони едва не наскочил на зазевавшегося Панчино. Вскоре капитан снова остановился.

Он выключил фонарь и, взяв Гнуса за руку, повел его вперед в кромешной темноте. Затем втиснул в какую-то нишу и шепотом приказал:

— Сиди здесь и не шуми… Потом Эббот вернулся к послушно ожидавшему Гарднеру и провел его до следующей ниши.

— Тони, — все так же шепотом сказал капитан, — в двадцати метрах от нас туннель, ведущий к интересующему нас зданию. Группа Вуда должна пройти именно здесь… Сиди и слушай…

Сказав это, Эббот растворился в темноте, словно его и не было.

Наступила тишина и полная темнота. Где-то далеко падали капли. Время от времени чувствовалась слабая вибрация — по улице проезжал автомобиль.

Тони подумал о том, что в тишине и темноте, совершенно невозможно ощутить течение времени. Он сидел в нише и не мог определить, как долго он здесь находится.

«Нет ни минут, ни секунд, а только вечность… То, что мы видим и слышим, мешает нам жить достойно и приводит к бесконечной, самовоспроизводящейся суете… Стоп, о чем это я?»

Послышался неясный звук.

«Наверное, где-то упал камень… — предположил Гарднер. Однако через несколько секунд звук повторился. — Или это Энди не сидится на месте?..»

Вскоре, когда звуки стали отчетливее, Тони различил, что они доносятся из основного туннеля.

«В выборе места капитан не ошибся…» — отметил про себя Гарднер.

Со стороны туннеля появился слабый свет. По мере того как он становился ярче, громче звучали шаги идущих людей.

«Больше десяти человек…» — прикинул Тони. Ему не верилось, что среди них была и Бренда Сантос.

Люди уже поравнялись с боковым отводом, где прятался отряд капитана Эббота, и туннель осветился от направленного луча света.

— Никого? — послышался негромкий голос.

— Никого, — ответили ему.

— Теперь успокоился?

— Как будто…

— Ну тогда пошли дальше…

92

…Смотровой колодец оказался узковат, и всем пришлось снимать наплечники и надевать их снова уже внутри туннеля.

Вниз подали ионный резак и раздвижные трапы. Люк задвинули, и на мгновение воцарилась темнота. Вскоре вспыхнули сразу несколько фонариков, и при их свете Энтони Вуд выстроил всю группу в порядке следования.

Бренду поставили следом за Клодом, а за ее спиной стояли двое солдат с трапом. За ними шли люди Мартинеса — все, как один, с тяжелыми рюкзаками, а еще дальше — снова пары со штурмовыми трапами.

Когда группа тронулась в путь, оказалось, что она вытянулась едва ли не на сто метров. Энтони Вуд нервничал и перебегал с места на место, проверяя, чтобы никто не отставал. Он создавал лишнюю суету, и это раздражало Берка. В конце концов он перехватил командира за локоть и сказал:

— Сэр, наши люди не новички, и никто из них не потеряется. Идите вперед, сэр, а я прослежу, чтобы никто не отстал…

— Хорошо, — легко согласился Вуд и отправился в голову колонны. После слов Берка он испытал даже некоторое облегчение, вспомнив, что и Берк и Мартинес бывалые солдаты и их не нужно опекать по пустякам…

…Бренда шла, ориентируясь на покачивающуюся спину Клода. Тяжелый автомат оттягивал плечо, и время от времени она подкладывала под ремень перчатку.

Позади топали солдаты со штурмовым трапом. Когда колонна неожиданно останавливалась, девушка внутренне напрягалась, ожидая, что ее ударят сзади лестницей, но носильщики были внимательны, и пока Бренде везло.

Туннель был сухим и шел немного под уклон. Когда группа спустилась достаточно низко, под ногами захлюпали нечистоты. Метавшийся туда-обратно Вуд обдавал колонну зловонными брызгами. В конце концов с ним о чем-то поговорил Берк, и беспокойный командир убрался в голову колонны.

«Лишь бы здесь не было крыс…» — подумала Бренда и со страхом посмотрела себе под ноги. Крыс она боялась.

Вонь как будто усилилась, но Бренда старалась не думать об этом.

«Подумаешь, запах, вот когда начнется бой…»

Девушка еще не знала, как поведет себя в таком непривычном деле. В кабине робота она бы чувствовала себя увереннее. Зато здесь рядом с ней был. Берк. Если что — он поможет и защитит.

Становилось жарко. Непроизвольным движением Бренда отерла с лица пот, и жесткая перчатка больно оцарапала лоб. Девушка поморщилась. «Когда же это кончится?»

Справа возник боковой туннель. Мартинес остановился напротив него и посветил внутрь фонарем. К нему подошел Берк, и они о чем-то поговорили. Бренда заметила, что луч света выхватывал глубокие ниши, расположенные в боковом отводе.

«Где-то там могут прятаться враги… — подумала она. — Например, Тони… Тони Гарднер — мой враг. Какая глупость — какой Тони враг?.. Я схожу с ума от жары и от этой жуткой вони…»

Туннель снова начал подниматься вверх. Воздух стал прохладнее и заметно чище.

Бренда глубоко вздохнула, и ее сознание прояснилось. Она перебросила автомат на другое плечо и, заметив, что Клод пошел быстрее, ускорила шаг вслед за ним.

93

…Майкл Панакис вошел в свои апартаменты и тяжело опустился в ближайшее к двери кресло.

День выдался нелегкий. Майкл давно не трудился с таким энтузиазмом и самоотдачей. Работы на строительной площадке шли полным ходом, и здание будущего предприятия росло прямо на глазах. Уже через месяц с Ашеми с заводов «Смите кемикал продакт» должны были поступить первые партии технологического оборудования.

Панакис глубоко вздохнул и прикрыл глаза.

Как много пришлось сегодня бегать! Прорабы, а с ними Адельер и Банастер едва поспевали за своим беспокойным гостем.

И охрана — много охраны.

Майкл не понимал беспокойства Джилларда Джела и был уверен, что на Айке он в безопасности.

«Их можно понять. Они поставили на меня большие деньги…» — вяло подумал Майкл, погружаясь в дрему.

Почувствовав прикосновение, он открыл глаза. Перед ним стояла Эмми.

— Эмми? — удивился Майкл.

— Да, Майкл, это я, — сказала Эмми.

— Что ты здесь делаешь? Как ты сюда попала? — Майкл посмотрел на запертую дверь. — Как тебя пропустила охрана?..

— Не беспокойся, Майкл. Твои телохранители не спят. Они стоят у дверей и на лестницах, они ходят по улице и вокруг здания. Но меня они не увидели…

— Почему?!

— Потому что я сновидение, — улыбнулась

Эмми.

— Сновидение?

— Да, твое сновидение. Я пришла к тебе во сне. На самом деле я от тебя очень и очень далеко…

— Зачем ты пришла?

Эмми опустила глаза и, казалось, погрустнела.

— Я пришла попрощаться, Майкл…

— Ты уезжаешь?

— Нет, не я, а ты…

— Никуда я не уезжаю.

— Уезжаешь… — шепотом произнесла Эмми… и Майкл проснулся.