Неизвестные Стругацкие. От «Града обреченного» до «"Бессильных мира сего» Черновики, рукописи, варианты - Светлана Бондаренко

— Будь здоров, Великий. Я жду тебя.

Мээс, топорща кожистые крылья и переваливаясь на коротких лапках, первым вступил в распахнувшийся люк; телохранители с носилками взошли на борт „Пирайи“ следом за ним.

Конечно, Великий Спрут мог свободно передвигаться и без посторонней помощи, но, будучи в высшей степени деловым носителем разума, он справедливо полагал неразумным вводить в соблазн знаменитого пирата. Носилки были достаточно благовидным предлогом иметь телохранителей подле себя, а телохранители у Великого Спрута были существа свирепые, не совсем разумные и чрезвычайно преданные, и шутить шутки в их присутствии не рискнул бы даже такой лихой парень, как этот двухголовый мерзавец. Даже ради миллиардного выкупа.

Двуглавый Юл принял гостей в своей обширной кают-компании с круглым столом посередине и с большим холодильником, на котором торчало чучело какого-то маленького зверька. Пират стоял у стены напротив двери, широко расставив длинные тощие ноги и привычно положив руки на кобуры пистолетов, свисавшие ему на бедра. Правая голова, с черной повязкой через правый глаз, курила сигарету; глаза левой головы холодно и бесстрастно разглядывали Великого Спрута.

Телохранители поставили носилки на стол, отступили в углы и стушевались. Мээс поискал взглядом на потолке, за что бы уцепиться ногами, не нашел и остался стоять рядом с Великим Спрутом. Двуглавый Юл предложил Великому Спруту глоток ртутного коктейля, но тот отказался.

— К делу, Двуглавый, — проворчал он.

— К делу так к делу, — согласился пират.

— Мне нужны зеленые планеты, — сказал Великий Спрут. — Я не знаю, где найти зеленые планеты. Мне сообщили, будто ты знаешь кое-что об одной зеленой планете. Это правда?

— Правда, — ответила левая голова.

— Ты знаешь, где она находится?

— Знаю.

— Но это точно зеленая планета?

— Точно.

Кислород, хлорофилл, вода, красная кровь? Все так. И многое другое.

Другое меня не интересует. Сколько ты хочешь за ее координаты?

Правая голова выплюнула окурок и негромко засмеялась. Прежде скажи мне, Великий, что ты собираешься с нею делать?

Это тебя не касается. Головы переглянулись, затем Двуглавый Юл пожал плечами. Как угодно, — сказала левая голова. — За координаты я возьму с тебя недорого — всего сто тысяч. Но за остальное я полностью снимаю с себя ответственность.

Великий Спрут, в высшей степени деловой носитель разума, озадаченно воззрился на двухголового и проворчал:

— Что это ты имеешь в виду?

— Видишь ли, Великий, я открыл эту планету, я тайно исследовал ее, я знаю ее. Если ты скажешь, что ты собираешься с нею делать, я дам тебе полезный совет. Но это уже будет стоить миллион.

Великий Спрут покосился на Мээса. Тот медленно опустил голые веки.

— Будь по-твоему, — проворчал Великий Спрут— Вот что я хочу нею сделать. Я намерен перекатить ее сюда, к нам.

Двуглавый Юл ухмыльнулся и отрицательно помотал обеими головами.

— Не выйдет, Великий, — злорадно сказала левая голова.

— Это еще почему?

— Тебе не позволит Человечество.

— Че… Что? Как ты сказал?

— Человечество. Эту планету населяет так называемое Человечество. Люди.

— И ты полагаешь, что меня может остановить население какой-то паршивой зеленой планетки? Меня? Великого Спрута? Да я их там в порошок сотру, в ступе истолку, прахом пущу!

— Не так это будет легко, Великий. Люди храбры!

— Тем лучше. Мы истребим их всех, и мне не будет нужды возиться с миллионами пленников, у которых красная кровь.

— Они стеной стоят друг за друга!

— Тем лучше. Когда мы начнем истребление, они сами полезут в мясорубку, и мне не будет нужды ползать по этой их планете в поисках укрывшихся.

— Они умеют драться!

— Тем лучше. Мои головорезы застоялись без настоящего дела, и мне будет приятно посмотреть, как они отрабатывают свой хлеб.

— Слова, слова, Великий! А вдруг они всыпят тебе? Потрясенный этим ужасающим предположением, Великий Спрут соскочил с носилок и забегал по кают-компании.

— Конечно, — продолжал Двуглавый Юл, — ты можешь попытаться отравить их отвратительную кислородную атмосферу, выпарить их ужасающие водяные океаны, погасить их возмутительное желтое солнце… Хотя я не верю, что это удастся. Люди — это тебе не говорящие лягушки из системы Серого Солнца и не трусливые коты с Цирцеи, которые притворяются мертвыми едва к ним прикоснешься…

— Короче, — хрипло прорычал Великий Спрут. — Что ты предлагаешь?

Двуглавый Юл протянул руку.

— Где мой миллион?

Великий Спрут взглянул на Мээса. Тот длинным белым хоботом извлек из носилок мешок с золотом и бросил его к ногам пирата.

— Зеленую планету нельзя захватить, — медленно произнес Двуглавый Юл. — Ее нужно украсть.

Воцарилось молчание. И вдруг Мээс развернул свои кожистые крылья и захлопал ими, гогоча во все горло.

— Совет стоит миллиона, — раздумчиво сказал Великий Спрут.

— Тогда выслушай еще один совет — даром, — сказал Двуглавый Юл.

— Говори, — проворчал Великий Спрут. Как в высшей степени деловой носитель разума, он не очень-то доверял даровым советам.

— Твои головорезы умеют только жечь и грабить, такая тонкая работа им не по плечу. Поручи это дело мне. Я со своими ребятками обстряпаю это дельце чистенько. К таким делишкам мы, вольные пираты, приучены с младых ногтей.

— Сколько? — сейчас же спросил Великий Спрут.

— Потом сторгуемся. Но одно условие. Мне нужен твой Уникон.

— Мой Уникон? — взревел Великий Спрут. — Ты просишь у меня мой Универсальный Контрактор? Да ты с ума сошел! Он стоит миллиард! Он стоит десять миллиардов!

— Без него ничего не выйдет. И потом я верну его. Как я понимаю, украсть зеленую планету можно будет только по частям!

И опять Мээс захлопал кожистыми крыльями, наполняя кают-компанию ветром, и загоготал.

— Хорошо, — проворчал Великий Спрут. — Будет тебе Уникон.

— Сделка заключена, — объявил Двуглавый Юл. — А теперь позволь представить тебе мою команду.

— Позволяю, — сказал Великий Спрут.

— Экипаж! Стройся! — скомандовал Двуглавый Юл.

Вот это был сюрприз. Круглый стол посередине кают-компании изогнулся, сбросил с себя носилки и, обернувшись голенастым ящером, вытянулся перед Двуглавым Юлом. С потолка, еще храня на теле его шахматный узор, сорвалась разлапистая морская звезда и пристроилась рядом с ящером. Распахнулась дверца холодильника, и мохнатая обезьяна, окутанная облаком пара, выскочила оттуда и встала рядом с морской звездой. И чучело зверушки на холодильнике соскользнуло на пол и замерло подле обезьяны.

— Моя команда! — провозгласил Двуглавый Юл. — Самые отчаянные и хитроумные ребята во всей обозримой вселенной. Это Ка, — показал он на ящера. — Может принимать любой облик и прикидываться любым предметом. Это Ки, — он показал на морскую звезду— Обладает замечательным даром мимикрии. Способен в две секунды слиться с обстановкой и стать невидимым. Это Ку, — он показал на обезьяну— Особыми талантами не блещет, к тому же вынужден большей частью жить в холодильнике из страха протухнуть. Но зато может сколь угодно долго работать в безвоздушном межзвездном пространстве без скафандра. И, наконец… — Он показал на ни на что не похожего малыша. — Это мой знаменитый малыш Ятуркенженсирхив, вор, которого носят с собой.

— Рад сделать знакомство, — демократически сказал Великий Спрут, любезно улыбаясь.

Экипаж, слушай команду! — рявкнул Двуглавый Юл. — Нашему новому хозяину — привет!

— Будь здоров, Великий! — гаркнул экипаж в четыре глотки.

— Вольно, — сказал Великий Спрут и полез в носилки.

И уже устраиваясь поудобнее, подбирая под себя жуткого вида щупальцы, он спросил:

— А как называется эта зеленая планета?

— Земля, — проговорили сквозь зубы обе головы Двуглавого Юла.

На другом конце Галактики, за миллионы парсек от Магеллановых Облаков, беспечно и неутомимо неслась к созвездию Геркулеса прекрасная желто-золотая звезда Солнце, и беспечно и неутомимо кружилась вокруг нее прекрасная зеленая планета Земля, населенная Человечеством. Давным-давно исчезло там угнетение, отгремели последние войны, а голод превратился в приятное ощущение перед хорошим обедом. Новый мир, выстраданный поколениями борцов и тружеников, утвердился наконец на этой планете, и Человечество составляли теперь миллиарды мастеров, ученых и спортсменов, которые жили в свое удовольствие, предаваясь творческому труду на радость себе и всему живому вокруг себя. Здесь создавались неописуемо прекрасные произведения искусства и конструировались неслыханно могущественные механизмы; замышлялись дерзкие походы к самым истокам вещества и планировались чудесные превращения живой материи; развивались замечательные возможности человеческого организма и доводилась до совершенства красота человеческого тела. Словом, это была поистине прекрасная планета.