Падение - Джейн Рейб

– Недавно ты кричала, какая это прекрасная идея – все здесь осмотреть, – парировал Дамон. – Более того, мне кажется, эта идея принадлежала тебе.

– Женщина всегда имеет право передумать, милый.

Грозный Волк снова пошел вниз, поглядывая на стену, где были вырезаны лица гномов, такие же реалистичные, как и в пещере наверху. Впрочем, теперь маски сменились фигурами в полный рост, стоящими в профиль, как будто гномы спускались по лестнице вместе с Дамоном. Выделив одного, с коротко подстриженной бородой, Грозный Волк подумал о Джаспере.

– Мне жаль, что Джаспера нет с нами и что он не может увидеть все это, – задумчиво сказал Дамон.

Он заметил, что над каждой фигурой имеется какая-то надпись, и, прищурившись, попытался разобрать некоторые из них.

– Если все то, что ты мне о нем рассказывал, правда, то, думаю, ему бы тоже не понравились такие крутые ступени.

«Джаспер никогда не пожаловался бы на это», – подумал Дамон.

– Что-то я не могу припомнить, чтобы Джаспер когда-нибудь жаловался по такому поводу, – громко заявил Риг.

Дамон широко улыбнулся – мореход словно прочел его мысли.

– Я не могу себе представить лестницу, которая тянулась бы так долго. Думаю, ступени скоро кончатся, Рики. На самом деле…

Он замолчал и подошел почти вплотную к стене, рассматривая ближайшие фигуры. В голову Грозного Волка внезапно пришла мысль, что надписи над ними означают что-то важное. Они уже складывались в целые предложения, Поднеся факел, Дамон стал вглядываться в письмена внимательнее, ощупывая их кончиками пальцев там, где фрагменты слов стерлись от времени.

Продолжая читать, он медленно спускался вниз, от фигуры к фигуре, от надписи к надписи. Над некоторыми ступенями были изображены гномы, прокладывающие тоннели, потом гномы, строящие подземный город, потом – гномы-шахтеры.

– Это похоже на летопись, – объяснил Дамон. – На самом деле, я почти разобрал, что здесь написано. «В этот день мы оставляем Кал-Такс. Тан Кэлнар поведет нас к Халькистовым горам, чтобы строить новый дом. Его будут назвать Новая Надежда – Торин». – Грозный Волк глубоко вздохнул. – Если я правильно помню то, что мне рассказывал Джаспер об истории своей расы, той эти надписи относятся примерно к две тысячи восьмисотому году до Катаклизма. – Он тихонько присвистнул. – Да, это место действительно очень древнее.

– А откуда ты знаешь, что эти надписи не сделаны значительно позже, например в память о былых славных днях? Ты представляешь, что это такое – вести каменную летопись? А вот я могу себе вообразить. Это прорва работы, – заявила Рикали, но, несмотря на собственные слова, попыталась сделать вид, что ей тоже интересно рассматривать барельефы и выбитые над ними строки. Девушке очень хотелось доставить удовольствие Дамону.

– Потому что, как мне кажется, мы почти у подножия лестницы, а наверху надписи куда более старые, почти стертые, и в них говорилось о создании Серой Драгоценности и строительстве Кэл-Такса. Значит, барельефы и надписи внизу сделаны позже, и я уверен, что в них изложены происходящие события, а не воспоминания. Их вырубали постепенно, когда случалось что-то важное.

– Погоди-ка, милый… – Рикали положила обе рука на стену. – Мне кажется, что здесь камень холоднее, чем в других местах.

Риг фыркнул:

– А как ты думала? Мы глубоко под землей, идем уже, наверное, больше часа. Может быть, даже около двух часов. Конечно, здесь холоднее, чем наверху.

Он думал о Фионе и был уверен, что она давно вернулась в верхнюю пещеру и теперь с нетерпением ждет их возвращения. Мореходу не нравилось то, что соламнийка осталась наедине с Мэлдредом. «Не будь ревнивым, – оборвал он себя. – Фиона тебя действительно любит, и вы скоро поженитесь. А о воровской шайке останется только вспоминать». Однако полностью отогнать подозрительность Мер-Крел не смог. Он жалел, что пошел не с Фионой, а с Дамоном и болтливой Рикали.

Полуэльфийка сбежала на дюжину ступеней вниз, пощупала стену там, вернулась выше, проделала то же самое и наконец, вернувшись, снова приложила руки к камню там, где стояли Дамон и Риг.

– А я говорю, что здесь стена холоднее.

Грозный Волк тоже пощупал камень и ощутил, что в одном месте он влажный.

– Может быть, за этой стеной протекает подземная река, – сказал он. – И не исключено, что ниже он выходит к лестнице. Тогда мы сможем выкупаться. По крайней мере, можно будет отмыться от тролльской крови.

– Прекрасная идея, милый!

Дамон опять начал спускаться, теперь еще медленнее, не обращая внимания на просьбы Рикали поспешить отмыть грязь и поискать ценности, которых в таком древнем месте просто не может не быть. Отмахнулся он и от жалобы Рига, который пытался доказать, что в подземелье, конечно, очень интересно, но это задерживает их возвращение в Блотен и что они могут опоздать к назначенному часу на встречу с Мэлдредом и Фионой в верхней пещере.

– Смотрите, – вдруг показал Грозный Волк, – это последние изображения. Они сохранились лучше всего и явно сделаны относительно недавно, приблизительно на восемьсот лет позже, чем те, которые я показывал вам недавно, если я вообще что-нибудь смыслю в истории.

Здесь неведомый резчик изобразил фигуры гномов-кузнецов. В руках они держали огромный молот.

– Точная копия молота Реоркса… – прошептал Дамон. – Создан примерно за две тысячи лет до Катаклизма. Эта эпоха, если я правильно помню, называлась Время Света. Спустя еще тысячу лет им было выковано Копье Хумы.

Теперь Риг искренне заинтересовался – мореход страстно обожал любое оружие:

– Его еще потом назвали Молот Хараса, правильно? В честь героя Войны Гномских Ворот.

– Как вы оба можете все время говорить о гномах?! Я сыта ими по горло!

– Может быть, Молот был сделан где-то здесь, – сказал Риг, и его голос явно стал взволнованным.

– Я только хочу найти для себя что-нибудь хорошенькое. Драгоценности или просто ценности. И помыться.

– Рики, эта гора сама по себе драгоценность.

– Но, дорогой, я же не могу положить гору в карман. Или повесить на шею.

Дамон опять вздохнул:

– Для гномов эти пещеры куда более ценны, чем все драгоценности подземных копей. И еще для тех, кому интересна история Кринна.

– И для Палина, – добавил Риг.

– Думаю, я уже хочу вернуться в Блотен, – небрежно бросила полуэльфийка. – Думаю, я сейчас же пойду наверх. Меня это все уже утомило… Подожди-ка… – вдруг тронула она плечо Дамона. – Здесь чем-то пахнет. Ага, я чувствовала это запах и прежде, только сейчас он стал очень сильным. – Девушка обернулась и посмотрела вверх, на ступени, по которым они только что спустились, но если раньше лестница была погружена во тьму, лишь малую часть которой разгонял свет факела, то теперь она была слабо освещена. Мягкий свет струился как раз сверху, – Думаю, это запах дыма… Думаю, это… пожар!