"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ворон Алексей

Король кивнул:

— Я принимаю твое отречение, Эйрин вер Келлах, и принимаю твое новое имя, Эйрин вер Гледис. Прошу, встань.

Пока Эйрин осторожно вставала, пытаясь не запутаться в юбках, отец оставил трон, спустился по ступенькам, обойдя венец, и взял ее за руку.

— Свои королевские обязанности по отношению к тебе я выполнил, — сказал он. — Теперь остались обязанности отцовские. — И обратился к присутствующим: — Я отпускаю дочь мою Эйрин на Тир Минеган, чтобы она вместе с другими ведьмами защищала мир от Зла. Но Эйрин еще юная и необученная ведьма. Кто позаботится о ней в мое отсутствие?

— Я, — выступила вперед Шайна. — Старейшие сестры уполномочили меня, Шайну вер Бри, представлять ведьминское Сестринство. В соответствии с моими полномочиями я беру вашу дочь, Эйрин вер Гледис, под свою опеку, объявляю ее нашей младшей сестрой и предоставляю ей титул высокой госпожи Тир Минегана.

До этого момента все происходило по заранее согласованному сценарию. Однако свою последнюю реплику король то ли забыл, то ли, возможно, в последний момент счел ее слишком формальной, поэтому просто положил руку на голову Эйрин и ласково произнес:

— Будь счастлива, доченька. Да хранит тебя Дыв.

Девушке захотелось броситься ему на шею и расплакаться, но она сдержалась. На это еще будет время. В конце концов, они не сегодня уезжают. И даже не завтра…

Эйрин присоединилась к толпе родственников и стала рядом с Финнелой. Кузина с улыбкой прошептала:

— Поздравляю, младшая сестра Эйрин вер Гледис.

Тетя Идрис лишь погладила ее по плечу, а долговязый дядя Рис, перегнувшись через жену, сказал:

— Ну вот, племянница, ты свое уже получила. А теперь наша очередь.

Тем временем король вернулся на трон, прихватив по дороге венец, от которого отказалась Эйрин, и объявил о том, что, отдав дочь ведьмам, он теперь не имеет прямых наследников. По его знаку из шеренги высших чиновников вышел главный правовед королевства, процитировал Шестое правило Крови и засвидетельствовал, что после отречения Эйрин существуют все условия для его применения. А на вопрос короля, отвечает ли требованиям Шестого правила его племянник Логан аб Рис, правовед ответил утвердительно, поскольку принц Логан является внуком князя Тырнана аб Овайна, который, хоть и не был королем, являлся суверенным правителем, а значит, государем Леннира.

Дальше к действу присоединился облаченный в роскошную рясу преподобный Эван аб Гивел. Как представитель Духовного Совета Юга, он подтвердил заключение главного правоведа и заверил, что с канонической точки зрения нет никаких причин, которые препятствовали бы Логану стать приемным сыном короля и наследником престола. Тогда Келлах аб Тырнан вызвал Риса аб Тырнана, и тот выразил свое согласие разделять со старшим братом отцовские обязанности касательно Логана.

После каждого выступления среди присутствующих пробегал одобрительный гул, и это разительно отличалось от той мертвой тишины, которая царила во время отречения Эйрин. Оно и понятно — ведь тогда Леннир терял свою первую принцессу, а сейчас получал нового первого принца и будущего короля.

Наконец в Тронный зал вошел Логан аб Рис, и началась церемония его усыновления. Едва ли не единственный, кто имел при этом хмурый вид, был страший брат Логана, Делвин аб Рис. Впрочем, Эйрин сомневалась, что он сожалел о потерянном шансе когда-нибудь стать королем. Скорее, просто чувствовал себя униженным из-за того, что его обошел младший брат, а еще был трезв, как стеклышко, так как с самого утра мать держала его под строжайшим надзором, а он страдал от жестокого похмелья после вчерашней попойки и просто изнемогал от желания хлебнуть хотя бы глоточек чего-нибудь хмельного.

Финнела смотрела на Логана и вся просто сияла. Она очень радовалась за брата, а еще, наверное, думала, что теперь Падрайг аб Миредах, юный король Ферманаха, уж точно захочет жениться на ней — сестре наследника престола и кузине ведьмы… А может быть, и не думала об этом, кто знает. В последнее время Финнела перестала быть для Эйрин открытой книгой, за прошедший месяц она разительно переменилась. Нет, не внешне и не по характеру — кузина осталась такой же красавицей с трогательно-невинным личиком и капризным характером. Однако с тех пор, как стало известно об Искре Эйрин, Финнела радикально пересмотрела свои жизненные приоритеты, стала меньше заглядываться на красивых парней, свела к минимуму когда-то длинные посиделки с придворными барышнями, где обсуждались в основном наряды, разные украшения, духи и брачные планы присутствующих, а вместо этого повадилась в Старую Башню и там часами занималась под руководством мастера Игана магией. Каждый день она донимала Эйрин жалобами на трудности, сетовала на суровость и требовательность учителя, почти каждый вечер зарекалась от дальнейших занятий, но на следующее утро отказывалась от своего решения и продолжала учебу. Да еще с таким рвением, что через две недели мастер Иган уже начал жаловаться на нее, поскольку она оставляла ему совсем мало времени для выполнения обязанностей придворного колдуна. В конце концов он даже вызвал из Бентрая свою жену, целительницу Шинед бан Иган, которая сняла с него часть нагрузки. Но, несмотря на все, он был очень доволен настойчивостью своей ученицы и утверждал, что за этот месяц она достигла таких успехов, которыми обычный начинающий колдун мог похвалиться лишь через год напряженной учебы.

Так что теперь Финнела имела полное право называться юной колдуньей, а не просто девушкой с колдовским даром. Эйрин очень радовалась за кузину — и самым приятным в этой радости было то, что ее не омрачала, как раньше, невольная зависть, даром что она сама до сих пор не могла совершить ни одного магического действия. Пробуждение ее ведьмовской силы было отложено до прибытия на Тир Минеган, но это нисколько не печалило Эйрин. Ей некуда было спешить — ведь впереди ее ждала долгая, интересная, наполненная захватывающими приключениями жизнь…

Когда церемония закончилась, король и его приемный сын первыми покинули Тронный зал. За ними потянулись члены королевской семьи, высшая знать Леннира и почетные гости — и все они, спустившись по ступенькам, выходили во внутренний двор замка. Там внимание Эйрин сразу привлекла полноватая молодая женщина невысокого роста с темно-рыжими кудрявыми волосами, одетая как знатная госпожа, но с явными следами долгого пути на прическе и наряде.

Шайна, которая шла рядом с Эйрин, резко остановилась, на ее лицо набежала тень, губы крепко сжались, а глаза потемнели. Заметив Шайну, женщина неуверенно, почти робко направилась к ней. Краем глаза Эйрин заметила, что две другие ведьмы, Этне вер Рошин и Мораг вер Дерин, тоже остановились и, обменявшись быстрыми взглядами, отступили в сторону. Она подумала, что и ей следует так поступить, но уже было поздно — незнакомка как раз подошла к ним.

— Добрый день, Шайна, — сказала она. Затем смерила Эйрин заинтересованным взглядом и произнесла традиционные при встрече новой ведьмы слова: — Я, Айлиш вер Нив, приветствую тебя в нашем кругу, сестра.

Эйрин не успела ничего ответить, так как ее опередила Шайна:

— Не скажу, что рада нашей встрече, старшая сестра. — Ее голос был, как лед, холодным, жестким и колючим. — Напрасно ты так спешила. Я уже взяла Эйрин под свою опеку.

— Если бы я хотела потеснить тебя, — сказала сестра Айлиш, — то прибыла бы гораздо раньше. А так отплыла с Инис Ливенаха, лишь когда узнала о Бренане.

Шайна еще сильнее нахмурилась:

— На твоем месте я бы не смела упоминать это имя! И вообще нам не о чем говорить. Да и не время сейчас. Торжества еще не окончились, нам нужно поторопиться, а тебе стоит отдохнуть с дороги и переодеться. Извини, Эйрин, за задержку, мы уже идем… — И почти насильно потащила ее через двор к раскрытым настежь внутренним воротам.

Сбитая с толку девушка не стала сопротивляться. Через несколько шагов она оглянулась и увидела, что к Айлиш вер Нив уже подходят Этне и Мораг.

— Вот что, Шайна, — укоризненно отозвалась Эйрин. — Может быть, твои отношения с сестрой Айлиш и не мое дело, но ты поставила меня в очень неловкое положение. Я не привыкла, чтобы со мной так обращались. Само собой, теперь я твоя младшая сестра, но мы все еще находимся в Леннире, где я, кроме всего прочего, королевская дочь.