Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

Было дело, еще в Пограничном, Зван набил морду одному княжескому дружиннику, повторившему сплетню о том, что вдова была близка с князем Матвеем. Бил крепко. Хорошо, что не насмерть. Но вира все одно прилетела знатная. Романов предложил было своему десятнику деньги на выплату, но тот отказался брать серебро от кого бы то ни было. Сам набедокурил, своим же рублем и ответил.

– Ну и что ты об этом скажешь, друже? – поинтересовался Михаил у десятника.

– По всему получается, возвращаются из степи. Да едут особо не таясь. Даже дозоры на увалы не отправляют. Опять же уверенно тянут к переходу, а значит, дорогу знают, – опуская свою подзорную трубу, ответил десятник.

– Так, может, соседи?

– Не. У боярина Топоркова вои все больше в кольчуге. Ламелляр только у семерых, включая его самого, – помянул Добролюб соседа с востока. – У Камышинского только он сам, – не забыл он и о том, который на западе. – Здесь же десяток, все как на подбор.

– Вот и я о том же. И как бы ты поступил, не будь меня? – продолжал допытываться Михаил.

– Мы здесь не просто рубежи стережем, но и живем, землю пашем. Так что нам до всего непонятного дело есть. Думаю, нужно поспрошать, кто такие и за какой такой надобностью пожаловали в твою вотчину, боярин. А потому нужно выдвигаться к переходу.

– Согласен. Командуй, десятник.

К месту поспели раньше неизвестных. Лошадей и тачанку отвели за взгорок, чтобы не мозолили глаза. Михаил и не подумал отказываться от артиллерии, ну коль скоро есть возможность купить. Вот и приобрел себе чугунную пищаль. Задорого.

Оно конечно, по массе и габаритам получилась реальная пушка с весьма скромным калибром, но стальными образцами Пограничный не торговал. Их ладили только для великого князя. Да на вооружении дружины состояло ровно четыре штуки. Пушки так и вовсе были под запретом. Только чугунные на стенах.

Ясное дело, что пищали в обычном пограничном разъезде делать нечего. Она где-то даже сковывает отряд всадников. Но, с другой стороны, артиллеристам не помешает практика. Ну и изучить местность, примериться к ней непосредственно с колес. Вот и катаются они в степь через раз. Да палят время от времени, благо запасы газа восполнить не проблема.

Купил Романов и самострелы с обратными плечами, которые отличали куда лучшие характеристики. Тут ограничений никаких. Но те сугубо для обороны заставы. Прошлый опыт однозначно говорил об их малой эффективности в чистом поле. Если только в серьезном сражении, по большим скоплениям войск. Но охрана границы явно не тот случай.

Спешившиеся бойцы заняли позиции, укрывшись в прошлогоднем бурьяне, выстоявшем в зимнюю пору, да за парочкой кустов, едва пустивших лист. Так себе позиция, но если использовать маскировочную накидку, то получается вполне незаметно. А там узкий и топкий проход, который враз не преодолеть. Словом, хорошая позиция, чего уж.

Михаил остался в седле и лично выехал к переходу встречать гостей незваных. А то как же! Положение обязывает! Даже Добролюб отговаривать от подобной глупости не стал. Только предложил для порядка, мол, может, он пойдет. Ах нет? Ну так и не надо.

При виде Михаила неизвестные насторожились. Подъезжали уже куда медленней и рассредоточившись. Перебросили из-за спин щиты. К лукам не тянутся, что в общем-то и понятно. Противника-то пока не видно. В то, что Романов один, они явно не верили. Да и кто поверил бы. Наивными юнцами неизвестные не выглядят. Напротив, все сплошь зрелые мужи, чуть не у половины заметная проседь в бородах. Тяжко придется, если дойдет до драки.

– Я порубежный боярин Романов, – повысив голос, представился он.

Вот не хотелось ему становиться Осколовым. Хотя такое предложение и поступило от Всеволодова. То, что новоявленный боярин решил взять себе фамилию по отцу, никого не удивило. С введением новых правил такое на Руси повсеместно.

– Это мои земли. А вы кто будете? И что тут делаете без моего на то ведома? – продолжил он.

– Люди проезжие. Идем своей дорогой, никого не трогаем, – также повысив голос, ответил воин, возглавлявший отряд.

– Чьи будете? Что везете? Я желаю осмотреть ваших вьючных лошадей, – заявил Михаил.

– С чего бы это? – возмутился старший.

– Чудак-человек. А ну как вы купцы и везете товар беспошлинно? В этой вотчине я хозяин, а потому обходить себя не позволю.

– Нет у нас товара. Только припасы.

– Вот я и погляжу.

– А силенок-то достанет?

– Не переживай, за этим дело не станет.

К старшему неизвестных приблизился один из седобородых воинов и легонько кивнул в сторону куста. Ясно. Кому-то из дружинников Михаила не сиделось спокойно, и он выдал себя движением. Потом нужно будет наказать за нерадивость. Без фанатизма, но так, чтобы запомнил.

– Ну подъезжай, – предложил старший.

– Не пойдет, – покачал головой Михаил. – Пусть двое твоих воев переправят сюда вьючных лошадей.

– Не много о себе думаешь, порубежный боярин? – выделив интонацией первую часть титула, возразил старший и продолжил: – Иль от свалившегося на тебя счастья голова закружилась?

Ну что тут сказать. Акцент явно указывал на то, что Романов не русич. А значит, не сын боярский, а наемник, которому улыбнулась удача на службе великому князю. А оно ведь как, зачастую, когда из грязи да в князи, голову сносит и гонор зашкаливает.

Романов взмахнул рукой, и из-за взгорка выкатилась тачанка, ну или скорее лафет на рессорах, с сиденьем для стрелка и облучком для возницы. Развернувшись, расчет изготовился к стрельбе. Калибр, конечно, смешной, но в стволе свинцовая картечь, которая на дистанции до семидесяти шагов наковыряет дыр и в доспешных воинах.

Ну и такой момент, как спаренный с ним огнемет. Греческий огонь по цене кусается, чуть не на вес серебра. Но Романов и не подумал отказываться от такого подспорья. И да, к слову сказать, уж он-то вполне доступен князьям. Это одна из статей дохода Пограничного и Киева. Правда, по причине дороговизны успехом особым не пользуется.

– А если так? – склонив голову набок, поинтересовался Романов.

– Богато живешь, – хмыкнул старший.

– Да уж не жалуюсь.

Князья могли закупать пушки для городских стен. В поле с эдакой тяжестью возни столько, что в пользе такой артиллерии появлялись серьезные сомнения. Пищали куда маневренней, но иметь их им можно было не более четырех на дружину. Боярам владеть таким оружием запрещалось. Исключение составляли порубежники. С одной стороны, они вроде как лояльны великому князю, с другой, и им позволялось владеть только одной пищалью. В реальности же они имелись лишь у немногих. Уж больно дорогие. Как, впрочем, и огнеметы.

– Ну так что будем делать? – развел руками Михаил.

– Твоя взяла, – хохотнул старший и приказал двоим воям перевести через ручей вьючных лошадей.

Как и ожидалось, при досмотре не обнаружили