Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

с теми пятью-шестью, что стояли на верхней площадке башни. С ними уже перекрикивались всадники передового дозора.

До «князя» долетали лишь обрывки слов, но и по ним стало ясно: вовсю шла перепалка.

– Что-то не хлебом-солью нас здесь встречают, – бросил Демин.

– Так это нормально… – буркнул Свешников сумрачно. – Значит, не потеряли бдительности…

– Да! – присвистнул Павленко, сдвигая на затылок островерхий шлем, которым успел заменить невыразительную кевларовую шапочку. – Крепостишка-то так себе.

– А ты чего ожидал? – заинтересованно покосился на него Демин. – Линию Мажино? Или Восточный Вал?

И тут же поймал себя на том, что слова эти вырвались непроизвольно, механически. Во-первых, и он, майор Демин, никаких линий Мажино здесь не предполагал. А во-вторых, если совсем уж по-честному, не очень-то и представлял, какими они на самом деле были, все эти укрепления Второй Мировой: только по фоткам, схемам да учебным фильмам, но это ж не то, что в реале. Даже линию Маннергейма не сподобился повидать, хотя она в соседней Финляндии. Стоп. В какой Финляндии? Она же на Карельском перешейке была, а он после советско-финской вошел в состав СССР.

Нет, крепко на занятиях по тактике названия в башку вдолбили. Вот уж точно – хоть среди ночи разбуди, майор выдаст тактико-технические данные французских и финских укреплений. А препод, помнится, заставлял их учить еще и данные французских крепостей времен Наполеона. Препод, фамилию Демин уже запамятовал, был вообще «свихнут» на эпохе Наполеона: ездил на военно-исторические реконструкции, шил мундиры – вначале русские, потом и французские, чрезвычайно гордился, что ему присвоено очередное игрушечное звание капитана имперских войск (словно бы звания полковника Российской армии мало!).

Впрочем, самого майора не минула чаша сия. На первом курсе он в добровольно-принудительном порядке ездил «воевать» на Бородино. Помнится, вошел в такой раж, что едва не поднял на штык «француза» – парня из Воронежского военно-исторического клуба. Демин перестал ездить на Бородино на третьем курсе. Во-первых, их военно-исторический клуб вместо русской армии «перешел» во французский лагерь (ну, нужно же кому-то и врагами быть?), а во-вторых – занятия у препода шли лишь на младших курсах, стало быть, плохая оценка или незачет за неявку на войну 1812 года уже не грозила…

Дениска-варвар, ожидавший увидеть что-то вроде Изенгарда или Гондора из заморского боевичка, постеснялся открыто в этом признаться, но его кислая мина говорила лучше всяких слов.

– Зря вы так! – в сердцах воскликнул Свешников. – Крепость очень грамотно выстроена. Видите, она со всех сторон окружена водой, находится на своего рода острове. Сейчас, правда, реки схвачены льдом… Но обратите внимание на устройство надвратной башни. Перед воротами – это, конечно, искусственно вырытый ров, но поглядите, он вплотную подходит к башне. Ни пяди земли для опоры, так что стенобитную машину пока что ставить не на что. И за воротами, я более чем уверен, ещё одна стена. И чтобы попасть во внутренний городок, придётся объехать добрую четверть, а то и треть периметра. Только там будут ещё одни ворота. И всё это время ехать надо будет между двумя стенами…

– А ещё я читал, – добавил он после паузы задумчиво, – что защитники наморозили на ворота и на всю привратную башню слой льда – так что ни зажечь, ни вскарабкаться…Только, – поспешно добавил историк, – я об этом читал не в научном труде, а в художественном. Роман-эссе «Память» Владимира Чивилихина. Вышла когда я еще студентом был, много шума наделала. Мы ее на семинарах обсуждали вместо Грекова.

– Грамотная мысль, – Демин одобрительно кивнул, заодно пресекая ученые рассуждения доктора наук. – Даже если источник не академический, мысль все равно верная. Так и поступим…

Но пока что ворота были затворены, демонстрируя новоприбывшим «боярам» дубовые плахи, обитые железом – гранатомет не с первого раза возьмет… Защитники на башне и впрямь переругивались с передовым дозором прибывшего войска.

– Вы кто такие? – непочтительно орали они на гарцующих перед рвом всадников.

– Дружина князя Гаврилы Мстиславовича! – отвечали те.

– И куда его дели? Прячется где?!

– Да нигде! – насмешливо крикнул Демин, подъехав вплотную ко рву. – Не прячусь я! Можете пучить зенки: за просмотр денег не берут!

Демин поймал себя на том, что опять употребил неизвестное здесь слово. Вроде бы термин «деньги» появились позже. Поначалу была деньга, потом копейка. И те и другие были отдельными монетами. Тьфу ты! Слово «монета» вошло в русский обиход только с Петра Первого. Ну да ладно. Нет такого слова – теперь будет. Пусть привыкают предки к неологизмам.

Майор задрал голову, чтобы рассмотреть бородатые, наглые морды защитников на башне.

– Кто тут старший?

– Ну, я, – с ленцой протянул один из воев.

Броня на том и впрямь была побогаче, чем у остальных. Или так показалось? Не особо ведь и разглядишь.

– Так отворяй ворота! – заорал десятник дозора, покосившись на Демина (с его появлением он молча уступил право переговоров, а сейчас вдруг не выдержал). – Князь Гаврила Мстиславович перед тобой, собака! Щас плетью попотчую!

Воин, назвавшийся старшим, метнулся назад, должно быть, к лестнице, ведущей вниз, к основанию башни, к запорам ворот, но тут же вернулся.

– Прости, князь! Не могу открыть сразу, с воеводой переговорить нужно. Без его слова нельзя.

– Давай поживей! Шевели копытами, мать твою! – прикрикнул Демин. – Неровен час, монголы нагрянут… Тогда по-другому переговаривать придётся!

В близость врага он не верил и рассчитывал лишь подстегнуть чересчур медлительного служаку, только, похоже, не очень-то преуспел. Воеводу старший на башне боялся больше, чем монголов.

Минут двадцать прошло, прежде чем заскрипел опускаемый поперёк рва мост и пришли в движение массивные ворота.

«Медленно всё…» – сердито отметил Демин.

Раздражала его отнюдь не медлительность стражи: человеческий фактор – дело поправимое. Кому пинка, кому зуботычину: не бегать – летать начнут. Майора беспокоил иной аспект, технический. Поворотные механизмы моста и ворот не отличались быстродействием, а ведь иной раз счёт на секунды идёт: и врага не впустить, и самим в атаку или на выручку кинуться.

– Игорь, – обратился майор к Водневу, сидевшему за штурвалом заглушенного снегохода и со стоически-непроницаемым выражением смотревшему на откровенно невпечатляющие мост и створки ворот. – Задание тебе. Подумай, как акселерировать эту древность. Потом, понятное дело, как все устаканится.

– Бу сделано, то… – вскинувшийся с прямо-таки курсантской бодростью Воднев осёкся. Гарцующие перед пятёркою «бояр» всадники передового дозора как-то странно на них посматривали.

В эту секунду мост коснулся земли, да и ворота открылись почти что полностью. Путь был открыт.

– Вперёд! – негромко скомандовал майор.

– Не учудили бы чего! – Павленко повел по сторонам «винторезом», взятым на изготовку для стрельбы из седла.

– Совсем нашим предкам не доверяешь, – почти