Фантастика 2025-46 - Маркус Кас

оружием, снаряжением, деньгами. Да и отдельные отряды регулярных частей японской армии, вероятно, тоже будут участвовать в вооруженных конфликтах против нас под видом добровольцев.

– Вполне возможно, товарищ Сталин, – согласился Луцкий, – мы не исключаем и подобного развития событий. Пакостить самураи будут при первой же возможности.

– А вы не допускаете, товарищ Луцкий, – вступил в разговор наркоминдел Чичерин, – что в дальневосточные дела может вмешаться какая-нибудь третья сила?

– Вы имеете в виду САСШ? – спросил Луцкий. – Скорее всего, да, американцы не останутся в стороне и обязательно попытаются что-то урвать от нашего, да и не только нашего, Дальнего Востока. Помимо него, интересы Японии и САСШ сталкиваются в Корее, той же Маньчжурии, континентальном Китае, Филиппинах – короче, по всей территории тихоокеанского региона. Ведь посмотрите, что происходит, – Луцкой протер стекла своих «профессорских» очков в тонкой металлической оправе и водрузил их на переносицу, – из-за огромных потерь от атак германских подводных лодок при транспортировке своих войск из САСШ в Европу конгресс запретил президенту Вудро Вильсону использовать американские части на Западном фронте. Но маховик военной промышленности раскручен, деньги на войну получены и уже частично истрачены. Под ружье поставлена невиданная для Америки армия в сотни тысяч солдат. Армии и флоту надо воевать. Но где, когда и с кем? Как известно, у Америки и Японии наличествуют огромные противоречия, которые сможет разрешить только война – война за раздел сфер влияния на Дальнем Востоке. Ведь никто из них не хочет, чтобы конкуренту достался такой лакомый кусок, как наш Дальний Восток и Сибирь.

– Я считаю, что вы правы, товарищ Луцкий, – сказал Сталин. – Война между САСШ и Японией вполне вероятна. И было бы весьма желательно для нас, чтобы она началась. Ведь эти два империалистических хищника, сойдясь в смертельной схватке, взаимно ослабят друг друга. И у них просто не останется ни сил, ни возможностей, чтобы напасть на советскую Россию.

– Товарищ Чичерин, – Сталин обратился к наркому иностранных дел, – не могли бы вы по своим дипломатическим каналам помочь САСШ и Японии прийти к «правильным» выводам?

– Как вы считаете, товарищ Тамбовцев, – Сталин хитро подмигнул мне, – можно ли, как это у вас говорят, «вбросить» в мировые средства массовой информации «сенсационные новости», которые направили бы общественное мнение в этих странах в нужном направлении?

– А у вас, товарищ Ларионов, – Сталин посмотрел на Виктора Сергеевича, – как я слышал, на Тихом океане есть боевая единица и специалисты, которые смогли бы помочь Японии и САСШ найти «казус белли»…

– Словом, – Сталин подвел итог нашему совещанию, – надо действовать одновременно по всем направлениям, чтобы начавшаяся война между Японией и САСШ отвлекла бы внимание этих империалистических государств от наших границ. Ну, а с Китаем мы потом как-нибудь и сами разберемся… Так сказать, по-соседски.

21 февраля 1918 года, утро.

Северная Атлантика, точка с координатами 57° с. ш., 14° з. д.

Эскадра германских линейных крейсеров адмирала фон Хиппера

Десять дней назад, завершив текущий ремонт, пополнив запасы топлива и получив поставленные из Германии боеприпасы, линейные крейсера эскадры адмирала Франца Риттера фон Хиппера «Фон дер Танн», «Зейдлиц», «Дерфлингер» и «Гинденбург» при первых проблесках полярного рассвета вышли в рейд по Северной Атлантике. Трепетали на мачтах черно-белые флаги Хохзеефлотте, осталась позади покрытая снегом суровая скалистая земля русского Заполярья, периодически освещаемая красочным заревом северных полярных сияний.

Сам Мурманск немцам не понравился, в том смысле, что это был пока еще не город, а огромная деревня. При этом деревня стояла на железнодорожных колесах, наполненная лихорадочной суетой и типичным русским беспорядком, которые не могли пока победить даже усилия новых русских властей, серьезно взявшихся за дело. Никакого тебе орднунга! К тому же морозы минус сорок и полярная ночь сильно угнетали теплолюбивых жителей Германии, для которых температура минус пять уже считалась ужасной стужей. Поэтому приказ гросс-адмирала Тирпица выступить в поход был воспринят командами германских линейных крейсеров с величайшим облегчением.

До траверза Лофонтенских островов германскую эскадру сопровождал русский большой противолодочный корабль «Североморск», ощупывающий перед собой горизонт радаром, а морские глубины мощнейшим сонаром. Германская база подводных лодок на Лофонтенских островах была эвакуирована еще два месяца назад, так что любые обнаруженные подводные лодки по умолчанию считались британскими и подлежали безусловному уничтожению. Но все обошлось – ни одной подводной лодки так и не было обнаружено.

Переход по Баренцеву морю не был легкой прогулкой: штормовая погода со снежными зарядами, намерзающий на палубах и надстройках лед держали команды в постоянном напряжении. Но немецкие моряки достойно справились со всеми трудностями. В Норвежском море стало уже полегче, хотя шторма преследовали эскадру до самого Датского пролива.

Возможно, что благодаря плохой погоде, разогнавшей по базам английские дозоры, германская эскадра так и не была обнаружена противником до того самого момента, когда она вырвалась на атлантические коммуникации.

Командованию Роял Нэви и в голову не могло прийти, что в такое время года немецкие линейные крейсера решатся выйти в море. Четверть века спустя подобное будет считаться обыденным делом, но сейчас это еще было выше понимания британских адмиралов. Ведь недаром же сэр Джон Тови говорил, что он больше времени провел в море на линкоре во время Второй мировой войны, чем на эсминце во время Первой.

Что касается агентурной разведки, то либо британских агентов в Мурманске просто не было, либо у них не было возможности своевременно сообщить о выходе германских крейсеров. Мощных и компактных радиостанций для разведчиков в те времена еще не существовало, а с курьером донесение от Мурманска через Петроград, советскую Финляндию, Швецию и Норвегию до самого Лондона могло путешествовать вдвое больше времени, чем потребовалось эскадре Хиппера для выхода в Атлантику. В общем, в Лондоне обо всем узнали лишь по факту присутствия германских бронированных хищников в водах, где проходили основные трассы конвоев, следовавших в порты Британской империи.

Задача, поставленная перед эскадрой гросс-адмиралом Тирпицем, была проста. Требовалось перебить все горшки на этой атлантической кухне, нанеся как можно больший ущерб торговым перевозкам между Британией и США, а также загнать в порты английских рыбаков. Голод – это тоже оружие, тем более что Британия, в свое время привыкшая к изобилию импортного продовольствия, в том числе и русского зерна, с самого начала войны была вынуждена ввести карточную систему.

Шестнадцатого числа, сразу после того, как эскадра миновала Датский пролив, адмирал Хиппер отдал короткий и ясный приказ – топить все встреченные корабли без предупреждения. Русских и германских пароходов в этих водах быть не должно, а все остальные – пусть пеняют на себя. Ведь это или