Между строк - Ирина Васильчикова

Кажется, он не совсем понял меня. Через десять минут я прибежала. За нашим столиком, кроме Морозова, сидел Килеев с женой Ладой.

— Привет! Как оно, ничего?

— Привет! Да помаленьку. Какая ты сегодня «вся такая, блин, такая»…

— Тусовка… Андрей, наливай, что ли.

— Тебе чего?

— А то ты не знаешь.

— Красного или белого?

— Красного.

Алина, как главный редактор, весь вечер принимала поздравления. Она была дамой честолюбивой, и повышенное внимание, безусловно, ей льстило. Праздник был в самом разгаре. Тут на сцену вышел Морозов. Зал замер. Морозов нечасто появлялся на светских вечеринках, так что многие были заинтригованы: как удалось его заманить? Многие знали, что у Морозова непростой характер и от него можно ожидать всего. Если ему что-то не нравилось, он говорил об этом прямо, невзирая ни на что. Но на этот раз он разочаровал тех, кто ожидал «подстав» и скандала.

— Спасибо «Столичной жизни» за то, что за время своего существования вы так и не вмешались в мою жизнь. А если это и случалось, то очень тактично. Я и не заметил. И признаться, не страдал от этого. Отдельное спасибо редактору светской хроники.

Он вытащил меня на сцену и вручил невероятной красоты букет. Мы раскланялись и под аплодисменты вместе ушли со сцены.

— Ты понимаешь, что ты сделал?

— Опять что-то не так?

— Спасибо, конечно. Но теперь от Алины можно ждать любой подлянки. Она-то ждала комплиментов в свой адрес.

— Я об этом позаботился.

— Андрюх, это принародно надо было сделать, — вмешался Валера. — Выйти на сцену и публично, в микрофон, желательно на камеру, наговорить о ней всякого хорошего.

— Да Бог с ней! Давайте сменим тему. Мы так давно не собирались вместе!

Краем глаза я увидела трех фотографов, суетившихся около Морозова и Килеева. Работают ребята и работают. Я не придала этому значения. Морозов и Валера с удовольствием им позировали, а мы болтали с Ладой. Обычные женские разговоры обо всем и ни о чем.

Расходились мы уже около часа ночи. Следующий день был выходным, можно отоспаться. Морозов только вечером поедет в театр. Я уговорила поехать ко мне.

— Я и так редко бываю дома. У тебя нас опять одолеют звонки. Меня вряд ли кто будет искать, я почти всех видела сегодня, со всеми пообщалась. Да и кота жалко — целыми днями один дома.

— Хорошо, уговорила.

Конечно, сразу лечь спать не удалось. Разговоры на кухне затянулись на полтора часа. О работе, об общих знакомых, о каких-то проблемах «в мировом масштабе»… Я любила эти разговоры. Они никогда не были банальными и скучными. Мы постоянно открывали друг в друге что-то новое, и каждый из нас узнавал что-то новое о себе.

Весь следующий день мы балбесничали. Телефон молчал. Мобильники мы отключили. Наконец-то можно расслабиться и ни о чем не думать, никуда не спешить. После долгого утомительного марафона навалилась «нехочуха». «В лом» было абсолютно все. Мы смотрели видак и ели мороженое. А потом воздух опять «сплющился» и накалился, пространство и время перестали существовать…

Зима по-настоящему обосновалась в городе: снежное убранство улиц и утеплившиеся горожане — неоспоримое тому свидетельство.

Медленно падал снег, доставляя неудобство городским властям и радость детям. Витрины уже были оформлены по-новогоднему, призывая заглянуть в поисках праздничного подарка и заодно прикупить что-нибудь для себя. Все обещали громадные скидки, на каждом углу виднелись плакаты и растяжки: «Осторожно, цены падают!» Ну как тут не поддаться искушению?

Умная бездомная собака смотрела на меня печальными глазами, не решаясь подойти поближе. Она надеялась на скромное угощение. Похоже, обрести хозяина она уже давно не мечтала. На автобусной остановке было многолюдно, но рыжая дворняга почему-то выбрала меня. Я давно уже не покупала выпечку, но именно сегодня раскошелилась на печенье и всю пачку скормила этой псине с умными грустными глазами. Она ела аккуратно, не сводя с меня глаз. Когда угощение закончилось, вздохнула, робко вильнула хвостом и отошла. Я нырнула в подошедший автобус, увозивший меня к метро по заснеженным улицам, туда, где на другом конце города, среди деревьев в пушистых белых нарядах, находилась моя редакция. И неизвестно, как меня встретит сегодня начальство: похвалит или устроит взбучку. Это всегда было непредсказуемо, так что я уже давно перестала накручивать себя по этому поводу. Сейчас я сама была как та дворняга, потерявшаяся в огромном городе.

Редакция встретила привычной суматохой. Словно и не было напряженных дней перед юбилеем и самого юбилея, словно еще несколько дней назад все не находились на грани массового помешательства. Все было обыденно до зубовного скрежета. Естественно, после приятного времяпрепровождения возвращаться к рабочим будням не хотелось.

— Ну, теперь ты довольна? — Димка положил передо мной газету.

— Что это?

— Газета. Твоя подруга постаралась.

Передо мной лежал текст Риты. Скорее не текст, а комментарии к фотографиям, на которых мы с Морозовым были вместе. Я смеялась, а он что-то говорил мне на ухо. Все сводилось к тому, что наконец стало ясно, кто избранница популярного ловеласа. Я тут же сняла трубку:

— Рита, как это понимать?

— А что тебя не устраивает?

— Все.

— А что, ты бы хотела, чтобы я написала, кто был и какие речи говорил?

— Но ты подставила и меня, и Морозова.

— Разве что-то не так? Разве я написала неправду?

— Зачем тебе это надо?

— Это моя работа.

Я положила трубку и еще раз прочитала заметку. Вечером разговора с Морозовым не миновать. Хотя он мог и не видеть этой публикации.

— Завтра на два дня поедешь в Белгород, — с порога заявила Алина, словно мимоходом появившаяся в нашем отделе.

— Почему я и почему в Белгород?

— Потому что это рекламный текст и доверить я могу лишь тебе.

— Почему не Макс и не Димка?

— Билеты уже заказаны, гостиница тоже. Поезд в двадцать один ноль-ноль. Обратно — самолетом. В Москве будешь около трех часов ночи.

Дальше спорить было бесполезно. Понятно, она не стерпела, что Морозов не «прогнулся» перед ней, а теперь отправляет меня «в ссылку». Час от часу не легче. Вечером я позвонила Морозову и поделилась произошедшими событиями.

— Вот уж не думал, что ваша Алина такая самовлюбленная дура. А что касается Белгорода, могу тебе сказать, что народ там гостеприимный, принимают хорошо. Возможно, даже отдохнешь от московских проблем.

— Я-то отдохну, но как бы она за моей спиной не учудила чего. Один сюрприз за другим.

— Ничего, все обойдется. Приедешь — позвони.