СМЕРШ – 44 - Александр Леонидович Аввакумов

***

Лукич тихо вошел в кабинет и остановился у порога.

– Проходи, старик, – произнес Костин, внимательно рассматривая внешность арестованного. – Присаживайся.

Лукич провел рукой по бороде и явно с опаской присел на краешек табурета.

– Основательно помяли тебя мои люди, – словно подводя итог своего наблюдения, произнес Александр.

Он взглянул в изъятые при обыске документы и покачал головой. Трудно было понять этот жест капитана, то ли он осуждал своих сотрудников за столь грубые приемы допроса, то ли жалел сидящего перед ним старика.

– Судя по документам, ты Лукич, герой Империалистической войны, имеешь два Георгиевских креста. За что ты их получил, старик?

Лукич усмехнулся. Похоже, он не ждал подобного вопроса от начальника отдела СМЕРШ.

– А сам, как думаешь? – с вызовом спросил его старик.

– Думаю, за то, что бил германца или я ошибаюсь?

– Вот и ответил сам на свой же вопрос.

Костин достал папиросу и закурил. Заметив взгляд Лукича, он, молча, подвинул ему папиросы.

– Закуривай, – предложил он ему.

Старик осторожно взял в руки папиросы и посмотрел на Александра.

– Бери, не стесняйся. Вот и спички, прикуривай.

Они сидели и молча, наблюдали друг за другом, стараясь предугадать действия каждого из них.

– Вот ты скажи мне, Лукич? Ты воевал с немцами, имеешь награды, а сам теперь им помогаешь. Я тебя хорошо бы понял, если бы ты воевал против Сталина. Он тебя обидел, а вот Родина? Неужели ты ее променял, ту, за которую дрался?

Лукич задумался. Складка пролегла на его лбу, как бы разделив его на две половины.

– Хитрые ты задаешь вопросы, начальник, сразу же не ответишь. Конечно, я против нынешней власти, но одновременно, я против и германца.

– Вот ты пригрел этого человека у себя дома, но он немецкий шпион. Он прибыл сюда убивать наших с тобой людей, то есть русских. И для него не столь важно довольны ли они властью или нет. Вот ты же не стал помогать немцам в годы оккупации, а что теперь? Прежде чем ответить мне, подумай…

Александр снова щелчком выбил из пачки папиросу и закурил от недокуренной папиросы. Он продолжал внимательно смотреть на лицо Лукича, ожидая от него любого ответа, но тот продолжал хранить молчание.

– Выходит, ошибся я в тебе старик, – тихо произнес Костин. – Выходит, продался ты немцам, если не хочешь помочь нам свалить их.

Лукич вздрогнул, словно очнулся от летаргического сна.

– Погоди, начальник, записывать меня в немецкие прихлебатели. Ты прав, обидела меня твоя власть, но Родина – нет. Слушай меня внимательно, я дважды повторять не стану. Пришел он ко мне от Селезнева Дмитрия. Я с этим человеком отбывал срок в 1938 году под Омском. Передал мне привет от него и попросил схоронить его дня на три не более. Я его и принял. О том, что он немецкий шпион, я не знал, а если честно, то и не спрашивал. Зачем мне знать многое, знал лишь одно, что он против Советской власти. Как раз, перед тем как вам приехать, он собрался и ушел. Говорил, что хочет найти какую-то медсестру, а через нее найти какого-то командира в советском штабе. Говорил еще, что этот офицер очень важная птица. А еще он просил, чтобы я нашел подводу, говорил, что спрятал кое-какой груз в развалинах разрушенной фабрики, нужно будет его перевести сюда, то есть ко мне. Но тут понаехали ваши ребятки и привезли меня сюда.

– Спасибо, тебе старик. А как найти нам это место?

– Это место в разрушенной котельной.

Костин посмотрел на часы и велел отвести арестованного в камеру.

***

Машины остановились в метрах ста от развалин фабрики. Костин выбрался из кабины полуторки и махнул рукой, указывая на виднейшие сквозь кусты развалины. Из кузова второй машины не торопясь выбрались четыре бойца и медленно шагая, направились к развалинам.

– Товарищ капитан! Мы сами, а вы посидите, покурите.

Вскоре саперы исчезли среди развалин. Их не было минут сорок или чуть больше. Наконец, среди битого кирпича и остатков стен, показался один из саперов.

– Товарищ капитан! – крикнул боец и махнул ему рукой.

– Пойдем, Захаров, посмотрим, что там нашли наши доблестные саперы.

Они осторожно пробрались по груде разбитого кирпича и оказались на небольшой площадке.

– Вот, товарищ капитан, – произнес один из бойцов и рукой оказал на нишу в стене в которой виднелись зеленые ящики со взрывчаткой. – Ну, что начнем извлекать.

Они стали потихоньку вытаскивать ящики и осмотре их складывать в штабеля. Неожиданно для всех, один из бойцов поднял вверх руку. Все замерли на месте.

– Товарищ, капитан! Отойдите подольше, – произнес один из саперов. – Похоже, там мина.

Костин и Захаров отошли к машинам.

– Смелые люди, эти саперы, – тихо произнес Захаров.

– Сапер ошибается лишь раз, – в ответ ему ответил Александр.

Вскоре около машины оказалось еще трое саперов, которые по приказу сержанта покинули развалины. Напряжение росло с каждой минутой.

– Ну, что он там долго копается, – произнес молоденький боец. – Нужно было всю эту взрывчатку загрузить в грузовик, а оставшийся ящик, просто, подорвать.

– Много ты понимаешь, – тихо ответил ему пожилой боец. – Кто знает, что там заложено…..

Наконец из-за разрушенной стены показался сержант. Он медленно направился к Костину.

– Вот, гад, какой, – произнес он. – Мина под последним ящиком была. Стоило его поднять и всех бы накрыло. Хитрый, гад. Думал, что подгоним машину, начнем грузить, возьмем, поднимем последний ящик и все окажемся на небесах. Мне уже приходилось сталкиваться с подобными сюрпризами.

Ящики быстро погрузили в машины, и они направились в город. Костин сидел в кабине и почему-то совсем не радовался своей очередной победе. Для полной победы ему нужен был Лесник, который по-прежнему для него был недосягаем.

«Выходит и убийство медсестры совершил Лесник, – рассуждал Александр. – Если старик говорит правду, то он сейчас находится в областном центре. Однако, оставленная им взрывчатка, оставляла определенную надежду, что тот рано или поздно вернется сюда за ней. Вот только, когда это произойдет, никто не знает».

Прибыв в отдел, Костин снова приказал доставить к нему Лукича.

– Старик! Спасибо тебе, мы нашли эту взрывчатку.

Арестованный посмотрел на возбужденное лицо Костина.

– Ты зачем меня вызвал, начальник? Думаю, не для того, чтобы сообщить мне эту новость и объявить благодарность.

– Ты прав, старик. Скажи, где залег Лесник. Вот ты сказал, что он отправился в областной центр, но он там никого не знает. Ему нужна там лежка.

Судя по выражению лица старика, в нем явно боролись два чувства и сейчас, Александр