СМЕРШ – 44 - Александр Леонидович Аввакумов

– Что нужно сделать, товарищ командир? – не дав договорить Александру, произнес Мухин. – Я на все готов, только прикажите!

– Вы должны показать дом соседа, – ответил Костин. – А сейчас, расскажите, все, что знаете о своем соседе.

Мужчина замялся.

– Товарищ командир, я не знаю, что мне рассказывать. Могу лишь сказать, что его родной брат ушел вместе с немцами.

– Брат говоришь?

– Да, брат…

Костин посмотрел на часы и надел фуражку.

– Сейчас поедим в поселок. Твоя задача показать дом…

– Я готов, товарищ командир, только прикажите.

Оперативки, усиленные комендантским отделением, заняли свои места в кузове полуторки. Александр, убедившись, что все уместились в кузове, дал команду Захарову. Грузовик дернулся и бодро покатил по дороге в сторону рабочего поселка.

***

Участковый инспектор встретил машину перед въездом в поселок. Он махнул рукой, приветствуя прибывших оперативников.

– Как дорога, товарищ капитан? – спросил он Костина. – Я здесь немного подежурил.

– Все хорошо. Вы выставили у дома людей? – поинтересовался у него Александр.

– Да, товарищ капитан. Пока тихо, движения в доме нет.

Участковый запрыгнул на подножку грузовика и машина тронулась. Полуторка осторожно въехала в большой рабочий поселок. Раньше здесь существовала большая ткацкая фабрика, работавшая на местном льне. Сейчас предприятие было разрушено и основная масса, оставшихся после освобождения жителей перебивалась случайными заработками. Прошедший накануне дождь превратил дороги поселка в сплошное месиво. Несколько раз грузовик буквально утонул в огромных лужах, и лишь мастерство Захарова позволило им успешно преодолевать подобные дорожные неудобства. Машина свернула с дороги и, выбрав место посуше, остановилась под деревом.

– Который дом? – спросил Костин участкового инспектора. – Показывай!

– Вон тот, второй с того конца переулка, – произнес лейтенант.

– Оцепить улицу, чтобы ни одна сволочь не смогла выйти.

– Может, ребят позвать, – предложил участковый уполномоченный милиции. – Комсомольцы ребята отчаянные…

– Не стоит, – ответил Костин. – Что мы втроем бабу с мужиком не задержим? Задержим! Тем более, как ты докладывал, хозяина дома нет.

Уже по дороге к дому Александр спросил участкового:

– А вам, Сергей Александрович, стрелять из своего нагана хоть раз приходилось?

Участковый остановился и с укором посмотрел на Костина.

– Мне? – тихо переспросил он капитана. – Мне приходилось. На Халкин-Голе, я там командиром взвода был, а еще я два года здесь партизанил, в местных лесах. Там меня и ранило.

– Это замечательно…

– Что замечательно, товарищ капитан. То, что ранило?

– Да нет, я в другом смысле слова. Мы с вами Сергей Александрович, в дом зайдем, так что вы наган переложите из кобуры в карман, а ее застегните: вроде он там.

– А зачем? Там же баба и мужик, как вы сказали…

Костин усмехнулся и посмотрел на участкового.

– Как у вас в СМЕРШ все странно. Женщину с мужиком задержать – и столько приготовлений.

– Работа, то есть служба, у нас такая, Сергей Александрович, что ничего заранее предусмотреть нельзя. Идешь вроде к женщине, а попадешь на диверсантов. Так-то особенно здесь, в прифронтовой зоне. А мужик тот, матерый диверсант будет. Так что по внимательней.

Участковый, молча, кивнул, и этого кивка было вполне достаточно для Костина.

***

Они подошли к дому, который показался им вымершим. Александр прошелся вдоль забора и толкнул калитку. Она оказалась запертой.

– Собака у нее есть? – спросил Костин участкового.

– Нет.

– Дроздов! Ты у нас моложе всех, давай через забор, – приказал он лейтенанту. – Открой нам калитку.

Лейтенант подошел к забору, поднял руку, измеряя высоту, потом ловко подскочил, уцепился руками за край и стал подтягиваться. Капитан подтолкнул его, и Дроздов легко перебрался вовнутрь двора. Он несколько минут повозился с замком. Наконец щеколда тихо звякнула, и калитка открылась.

– Стойте здесь, я обойду дом. Посмотрим, велико ли хозяйство, – тихо произнес участковый инспектор.

Сергей Александрович вернулся через несколько минут.

– Дроздов! Стань к этой стене, – приказал Костин офицеру. – Там два окна. Если что…

– Есть, – также тихо ответил оперативник и осторожно ступая, скрылся за углом дома.

– Ну что, Сергей Александрович, – Костин наклонился к участковому оперуполномоченному. – Пошли, разворошим это гнездо предателей и шпионов.

– Я понял, – ответил тот и, достав из кармана галифе «Наган», крутанул барабан.

– Стучи, – тихо произнес Александр.

Дверь снаружи была обита дерматином, и стук получался глухой. Они постояли, послушали. В глубине дома все было тихо. Тогда Сергей Александрович спустился с крыльца и сильно ударил в ставню. Потом еще и еще.

– Кто там? – спросил испуганный женский голос. – Кого нужно?

– Это я. Семенова, Сидоров, участковый ваш. Открывай дверь!

– Сергей Александрович?

– Он самый. Ты что, глухая? Голос мой не узнаешь?

– Да что же такое? Что вам у меня нужно?

– Ты открой, что я из-за двери кричать буду. С проверкой паспортного режима я.

– А вы один?

– Да один. С кем мне еще быть. Давай, открывай!

– Я сейчас, минутку подождите. Оденусь только…

– Давай, быстрее!

Сергей Александрович, припал к двери, настороженно слушая, что творится внутри дома. До него доносились голоса, но трудно было установить, кому они принадлежат мужчине или женщине.

– Ты что, умерла? Открывай!

– Подождите минутку…

Участковый снова замолотил в дверь. Наконец раздался щелчок, и дверь стала открываться. Костин с силой дернул дверь на себя. Вслед за дверью на крыльце оказалась и женщина.

***

– Ой, – тихо произнесла женщина. – Вы же не один, Сергей Александрович. Кто это с вами?

– Ничего, ничего, это человек из СМЕРШ, – ответил участковый, продолжая ее теснить в комнату. – Ты знаешь, что это означает?

– Зачем из СМЕРШ, зачем? – голос ее сорвался.

Прихожая была маленькой, заставленная старыми вещами. Все это Костин уловил краем глаза.

– Капитан! – позвал его Сергей Александрович. – Давай, ищи….

Только сейчас Александр рассмотрел женщину. Это была Корнилова Вера, которую так долго разыскивала контрразведка.

– А старая знакомая, а я уж не надеялся с тобой встретиться, – тихо произнес Костин. – Вспомнила или забыла? Я тебе напомню, если чего. Тебя весь фронт ищет, а ты здесь залегла. Все, Корнилова, приплыли….

Костин посмотрел на стол. На нем стояла бутылка вина, остатки ужина или завтрака, недопитая бутылка с водкой. Но главное, что увидел Александр – три стакана.

– Ты одна в доме? – спросил женщину капитан. – Говори, сука немецкая!

Под взглядом Костина, женщина опустила свои глаза.

– Конечно, – Корнилова пожала плечами.

– А вы оказывается знакомы. Вот так встреча. Она у нас по документам числится как Семенова, а у вас выходит – Корнилова.

– Она не только Корнилова, она еще Володина, служила у немцев в смоленском гестапо. Лично принимала участие в убийствах мирного населения, – ответил Костин. – А это что?

Александр указал пальцем на стаканы. Женщина хотела закричать, но Костин уперся стволом пистолета в