Мемнох-дьявол - Энн Райс

Я чувствовал, что не ошибся, решив просить у нее совета.

Она тем временем продолжала пристально смотреть на меня изучающим взглядом и наконец попросила:

– Расскажите, что делал этот дьявол.

Я поведал ей все, от начала до конца. Пришлось признаться и в том, что я преследовал ее отца, – ибо я не помнил, говорил ли ей об этом раньше. Потом я подробно – так же как Дэвиду с Арманом – описал все, что со мной происходило, и как дьявол следовал за мной по пятам. А в завершение произнес те же слова, что и им: «Недремлющий разум и ненасытный характер». И это истинная правда. Я не знаю, откуда мне в голову пришла такая характеристика, но она совершенно справедлива».

– Повторите, пожалуйста, – попросила Дора.

Я повторил.

– Лестат... Возможно, моя просьба покажется вам неожиданной, даже абсурдной, но... Не могли бы вы заказать какую-нибудь еду? Или, быть может, вы сами раздобудете что-то. Мне необходимо как следует осмыслить ваши слова.

– Все, что пожелаете, – откликнулся я, вскакивая на ноги.

– Мне абсолютно все равно. Просто я должна подкрепиться, потому что со вчерашнего дня ничего не ела и не хочу, чтобы несвоевременный пост спутал мне все мысли. Кроме того, мне лучше побыть сейчас одной – помолиться, подумать, побродить по квартире среди отцовских сокровищ. Прошу вас, пойдите и принесите хоть что-нибудь. Уверена, демон не явится за вами раньше обещанного времени.

– Я рассказал вам все, поверьте. Больше я ничего не знаю. А еду я раздобуду – самую лучшую.

С этими словами я поспешил прочь из квартиры, чтобы выполнить ее поручение. Я вышел из здания как обыкновенный смертный и направился на поиски приличного ресторана, где можно было заказать навынос полный обед и попросить упаковать его так, чтобы принести Доре еще горячим. В дополнение ко всему я купил несколько бутылок питьевой воды известной фирмы – в последние годы смертные словно помешались на чистой воде – и вернулся обратно с большим свертком в руках.

Когда лифт остановился на нашем этаже, до меня вдруг дошла вся необычность ситуации: я, двухсотлетний, исполненный гордыни, жестокий вампир, только что беспрекословно выполнил поручение смертной девушки единственно потому, что она просто попросила меня об этом.

Нет, не так. Были и иные причины! Ведь я похитил ее и, не спрашивая на то ее согласия, перенес за сотни миль от дома. Я очень нуждался в ней. Черт побери, я влюбился в нее!

Однако этот факт продемонстрировал мне и нечто другое. Он лишний раз подтвердил, что Дора действительно обладала силой и властью, зачастую свойственными святым, и могла подчинить других своей воле. Вот еще одна причина, заставившая меня отправиться за едой для нее, причем не только без возражений, но с радостной готовностью, как будто подобное поручение не могло доставить мне ничего, кроме удовольствия.

Вернувшись в квартиру, я разложил покупки на столе.

Воздух был насыщен ее ароматом, неповторимой смесью запахов, среди которых особенно выделялся сладкий запах менструальной крови.

Я изо всех сил старался подавить в себе желание как можно скорее насладиться вкусом этой крови.

Дора, чуть сгорбившись и крепко сцепив перед собой руки, сидела в кресле и невидящим взглядом смотрела прямо перед собой. Раскрытые папки из черной кожи лежали вокруг нее на полу. Похоже, теперь она знала истинные размеры своего наследства – во всяком случае, получила общее представление о нем.

Тем не менее она, казалось, потеряла к папкам всякий интерес и даже не удивилась моему возвращению.

Словно в полусне, она медленно подошла к столу. А я тем временем лихорадочно искал на кухонных полках посуду и приборы, пока мне не удалось наконец найти китайскую тарелку и более-менее пристойные ножи и вилки из нержавеющей стали. Потом я открыл крышки судков с еще дымящейся едой: мясом, овощами, чем-то еще – кажется, с какой-то сладкой смесью вроде салата. Все это было мне совершенно незнакомо и чуждо, как будто я сам ни разу не наслаждался подобной пищей, пребывая в смертном теле, – но мне не хотелось и вспоминать о том злосчастном эксперименте.

– Спасибо, – с отсутствующим видом поблагодарила Дора, даже не взглянув в мою сторону. – Очень мило с вашей стороны.

Откупорив бутылку с водой, она залпом жадно осушила ее.

Пока Дора пила, я не мог глаз отвести от ее горла. Все последнее время я не позволял себе думать о ней иначе как с любовью, но ее запах буквально сводил меня с ума.

«Да, это так, – признавался я себе, – но ты дал клятву. И если не можешь контролировать и держать в узде свои желания, то лучше уйди».

Дора ела без аппетита, почти механически. Наконец она подняла на меня взгляд.

– О, простите меня. Садитесь, пожалуйста. Вы ведь, кажется, не употребляете такие продукты? Если не ошибаюсь, ваш организм требует пищи иного рода?

– Совершенно верно, – ответил я. – Однако я с удовольствием посижу с вами.

Я сел рядом, стараясь не смотреть на нее и по возможности не обращать внимания на источаемый ею аромат. Устремив взгляд в расположенное напротив окно, я видел за ним лишь сплошную белизну – создавалось впечатление, что Нью-Йорк исчез, бесследно растворился в воздухе, но, скорее всего, на улице по-прежнему густо валил снег.

Дора расправилась с обедом всего лишь за шесть с половиной минут. Никогда не встречал человека, способного так быстро есть. Собрав со стола посуду, она отнесла ее в кухню. Мне с трудом удалось уговорить упрямицу не заниматься грязной работой и пришлось едва ли не силой привести ее обратно в комнату. Таким образом я вновь получил возможность прикоснуться к ней, ощутить тепло и хрупкую нежность ее рук.

– Так что вы мне посоветуете делать?

Она села и не то задумалась вновь, не то просто старалась собраться с мыслями.

– Мне кажется, став союзником этого существа, вы практически ничего не потеряете. Ведь совершенно очевидно, что при желании оно в любой момент может уничтожить вас. И возможностей для этого у него предостаточно. Даже после встречи с ним в собственном доме вы спокойно легли спать, зная о том, что ему, то есть тому человеку, в чьем образе он явился, прекрасно известно, где находится ваше тайное убежище. Очевидно также, что вы не испытываете перед ним ни малейшего страха. И даже в его мире у вас достанет сил, чтобы оттолкнуть его от себя. Так чем вы рискуете, согласившись сотрудничать с ним? Предположим, он действительно может взять вас с собой в рай или в ад. Но суть в том, что у вас по-прежнему остается возможность отказать ему в помощи. Так? В любой момент вы можете сказать ему, что, выражаясь его же языком, не разделяете его точку зрения на природу вещей.

– Да, вы правы.