Грета и потерянная армия - Хлоя Джейкобс

что у них есть шанс на победу? В то, что Милена примет Грету? Что миленцы увидят в ней нечто большее, чем просто человека?

— Айзек, я обещаю всегда быть той, кто тебе нужен. Если тебе нужны упрямство и решимость — я готова. Если тебе нужна безжалостная воительница — я смогу и это. Шаг за шагом мы вернём всех Потерянных и создадим армию, что выступит против Аграмона.

Он нахмурился.

— Я понимаю, что для этого нужно, но от одной мысли о том, чтобы послать всех на поле боя во имя меня, у меня всё холодеет внутри.

Она понимала его чувства, но это не отменяло того факта, что ему всё равно придётся это сделать. Это его долг.

— Они будут сражаться не ради тебя. Они будут сражаться за Милену. А нам с тобой нужно убедить их, что это возможно, только если объединить усилия.

Она достала цветок из волос и держала его в «чаше», сложенной из ладоней. Она не до конца понимала, что хочет с ним сделать, пока Айзек не посмотрел ей в глаза. Грета подула на бутон, и тот превратился в сноп белых искр, мерцающих и танцующих в слабом дневном свете, которые постепенно пылью осели на его руках, груди и лице. На секунду он блеснул, как стеклянная фигура, но затем искры впитались в его кожу, становясь частью его самого.

Это было похоже на падающие звёзды. Или разлетающийся белый одуванчик, на который кто-то подул. Грете с Айзеком понадобится вся удача, что только есть.

— Ты — то, что нужно Милене, — сказала она. — Пускай я сильная и смелая, но я стала такой только потому, что мне теперь есть, ради кого быть сильной и смелой.

Айзек подался вперёд и прижался ртом к её рту. Губы покалывало, словно к ним поднесли батарейку.

— Мы — то, что нужно Милене.

Что будет, когда это всё закончится, и ей уже надо будет быть такой сильной? Сейчас она полезна, но затем ему понадобится кто-то, кто сможет дать его народу нечто большее, чем умение драться и человеческую язвительность. Его любовь к ней станет его слабостью. Сможет ли она отступить в тень и позволить ему выбрать другую королеву, более подходящую?

Хорошо, что сейчас ей не надо об этом подумать. Ведь сначала нужно пережить грядущую войну.

Перед тем как она покинула Айзека и их теплицу, полную надежд и мечтаний, он сказал ей, что постарается направить её в сны своих подданных.

К тому времени, как Грета проснулась рано утром и увидела Сиону с заспанными глазами, настороженного Итана и всё ещё привязанного к дереву Драйдена, Грета спасла ещё трёх Потерянных (по крайней мере, она надеялась на это). Каждый раз, когда она к ним прикасалась, она проникновенно разговаривала с ними вплоть до того момента, как они приходили в себя, вспоминали, кто они, и признавались, что хотят получить второй шанс. Только тогда Грета отпускала их, прося наяву отправиться к королю-гоблину в Серные пещеры, чтобы присоединиться к нему в борьбе против Аграмона, после чего они все вновь становились монстрами, от которых Грета убегала, а Айзек перекидывал её в следующий сон. Ну, и в третий раз она просто очнулась.

Она со стоном поднялась, села и потянулась. Как и следовало ожидать, отдыхом эти сны было сложно назвать. Девушка понимала, что пожалеет об этом днём, и это только подвергнет опасности их четвёрку, если им не повезёт столкнуться с ещё одним поисковым отрядом Аграмона.

Перед тем, как отвязать Драйдена, Грета отвела Сиону в сторону и посвятила её в детали стратегии, которую они с Айзеком придумали.

— Ты уверена, что сможешь? — спросила охотница, намекая на ту часть плана, где им нужно было вернуться в Стеклянное королевство и освободить всех тех фейри, что захотят к ним присоединиться. Грета понимала, что для Сионы это будет крайне болезненный и изнурительный опыт, так что она оставила решение за охотницей.

Но Сиону беспокоило совсем другое.

— Это рискованно. — Она прикусила губу. — Достаточно будет наткнуться на одного-единственного фейри, верного демону, и Аграмону станет известно про наш план. Тогда он немедля бросит все силы против нас. А мы будем слишком далеко от короля-гоблина, чтобы позвать подкрепление.

— Нам в любом случае нельзя обращаться за помощью к Айзеку, — твёрдо решила Грета. — Он бросит всё и побежит нас спасать, а Милена без него обречена.

Сиона кивнула.

— Но как мы скроем от Аграмона потерю сил фейри, пока мы их всех не освободим?

— Нужен отвлекающий манёвр, — согласилась Грета. — Что-то, что отвлечёт его внимание хотя бы на день. Нам этого хватит, чтобы достучаться по коллективной связи до всех фейри Стеклянного королевства.

Грета обернулась на шум позади них. Драйден перехватил её запястье ещё до того, как она успела обнажить меч, но кинжалом в другой руке она успела оставить порез на его руке. Зашипев, он отпустил её. Его кровь капала на снег.

Сиона тоже выхватила кинжалы, один она уже приставила к горлу Драйдена.

— Как ты развязал верёвки?

Он пожал плечами, глаза блестели.

— Если вы реально хотели меня удержать, верёвки надо было заколдовать.

Чёртов показушник.

— Ты сильно ошибаешься, если думаешь, что можешь схватить нас и пересказать Аграмону то, что услышал.

Он поднял горсть снега, чтобы накрыть кровоточащий порез.

— Я был честен, когда клялся в верности. Именно поэтому я покажу вам, как проникнуть в Стеклянное королевство и освободить мой народ от тирании Аграмона, причём так, чтобы сам демон этого не заметил.

— Неужели? И как же это?

— Вы должны найти принца и принцессу, — сказал он.

Грета засмеялась.

— Ты шутишь, да?

— Не шучу.

Он оставался холоден, как лёд. Нет, конечно же, он не шутит. Вряд ли он вообще умеет шутить.

— Это исключено.

Он пожал плечами.

— Это единственный надёжный способ. Дар принца Байрона — скрываться и создавать непроницаемый купол, а принцесса Лейла обладает даром, противоположным тому, что у Сионы: она не глушит способности других, а усиливает. Вам