Есть, господин президент! - Лев Гурский

Все-таки Журавлев молодец, вынужден был я мысленно признать. Балбес, конечно, самовлюбленный, зато настоящий профи. Видно, вчера он неплохо подзавел и раскрутил эти две бандуры: Софья Андреевна — и та прониклась. Теперь главное скрыть от Тимы, что моя секретарша стала его фанаткой. Иначе он, подлец, будет пользоваться ее симпатией и просачиваться ко мне на прием, когда не надо. Спасибо, хоть Лера сюда не придет. От скрипучих агиток в пользу американской демократии, я думаю, с тоски удавились бы даже ее отцы-основатели Бен Франклин и Том Джефферсон…

— Еще раз спасибо, Софья Андреевна, — на прощание сказал я Худяковой. — Вы меня заинтриговали, я отсмотрю запись непременно. Ну а если сам Погодин начнет названивать сюда до десяти часов утра, то вы ему скажете… э-э-э… Нет, впрочем, лучше просто соединяйте меня с ним, я уж сам поговорю…

Когда секретарша притворила за собой дверь, я достал из первого бокса блестящий компакт, засунул его в DVD-вертушку нажал на «Р1ау» и откинулся на спинку кресла. Начал я, разумеется, с обычных новостей, а шоу Журавлева оставил на сладкое.

Итак, что у нас новенького? Как я и думал, все старенькое. В Ираке взрывают, в Иране стреляют, в Афгане тоже какая-то дрянь. Пхеньян с Сеулом по-прежнему на миллиметр от большой драки, ООН разводит руками, японцы разводят руками, китайцы, тайцы… все разводят, кому не лень… Наш МИД, не будь дурак, тоже послал делегацию к Киму. Скоро и мы разведем руками за компанию с цивилизованным миром… Скучища. Подрались бы они, что ли, в конце концов. Если Ким бросит бомбу, то может зацепить заодно кусок Сибири, но у нас там мало кто живет. Когда в 1909-м метеоритом шарахнуло, никто, кроме сотни тунгусов, не сгорел…

В общем, весь международный цирк можно смело прокручивать на быстрой перемотке. Да и внутрироссийские дела — тоже изрядное шапито на палочке. Музычка играет, штандарт скачет: это к нам в Россию готовы пожаловать со свитой Его Высочество Зигфрид фон Типпельскирн, великий герцог Кессельштейна.

Что еще за страна? Я нажал на «Stop», не поленился влезть в энциклопедию, прочел справочку в пять строчек и посчитал в уме их квадратные километры площади. Так-так. Химки раза в три побольше будут.

Давно замечено, что масштабы страны обратно пропорциональны длине ее названия. Казалось бы, на кой ляд России сдался этот Типпельмудель из Кессельхрена? Но тссс! Наш Павел Петрович ценит все эти регалии. Кто-то из академиков хорошо пошутил про науку: удовлетворение, мол, своего любопытства за казенный счет. Политика — то же самое. Особенно когда до конца твоего срока на посту осталось меньше года, а ты еще не со всеми герцогами облобызался, не все дацаны посетил с рабочим визитом, не всеми видами транспорта поуправлял. Ясно, надо спешить. Уйдет человек в отставку — и кто ж ему боевой подлодкой даст порулить?

Среди прочих российских новостей царила, в основном, рутина. Рубль стал чуть дешевле, акции «Пластикса» сделались чуть дороже, цены на водку в среднем по стране демонстрировали стабильность. Криминальная хроника тоже разнообразием не баловала. На Кавказе кокнули еще одного из двух десятков братьев Убатиевых (оставшиеся, как всегда, пообещали отомстить). В столичной арт-галерее на Гоголевском неизвестные вандалы разгромили выставку зубных протезов. Слухи о том, что умер Адам Окрошкин, не подтвердились: знаменитый кулинар всего только в реанимации… Смешная фамилия Окрошкин, подумал я. В сочетании с именем — вообще анекдот. Надо бы, кстати, сегодня на обед взять себе окрошки, давно я ее не ел… А вот эта новость гораздо интереснее: утренние опросы ВЦИОМа зафиксировали двойное повышение рейтинга и «Почвы», и «ДемАльянса». Ну, у бабки Леры Старосельской было полтора процента, стало три, что в пределах статистической погрешности. Зато у Тимы было шесть, появилось двенадцать… Надо же! Прямо рекорд для закрытых помещений…

Такой быстрой эффективности от одного выпуска телепрограммы — пусть модной, пусть в прайм-тайм — я не ожидал. Журавлев, ты маг и волшебник! Теперь мне уже действительно не терпелось самому увидеть запись «Дуэлянтов». Наплевав на прочие новости, я утопил пальцем «Eject», извлек болванку и заменил ее на другую.

Начало, как водится, было стандартным. Дважды бабахнули древние пистолеты на мультзаставке, нарисованный Пушкин смешно дрыгнул ножкой и упал. Следом за Пушкиным вылез веселенький титр «Дуэлянты» — и пошло-поехало шоу. Прожектора ярко осветили пустой подиум. Голос циркового шпрехшталмейстера возвестил: «Гас-па-да! Сергей! Журавлев!» Квадратный напомаженный Сережа, чей малиновый костюм для верховой езды разбавляло белое жабо, с внезапной ловкостью перемахнул из тени в свет. Ведущий аккуратно встряхнул головой, щелкнул пальцами — и по обе стороны от него в кругах света возникли по паре напряженно улыбающихся девиц.

Это явились арбитры: рок-поэтесса, поп-вокалистка, топ-модель и бизнес-вумен. По контрасту с главными толстомясыми участниками шоу вся судейская четверка состояла из костлявых анорексичек, изнуренных диетами. Впрочем, арбитры у Журавлева играли роль декораций, ибо настоящую победу дуэлянтам приносили телезрители: всем желающим предлагалось звонить на студию по ходу спора. Для учета голосов внизу экрана выскочили два счетчика, которые пока еще вполсилы затарахтели первыми нетерпеливыми единичками. Слева учитывались голоса за Тиму, справа — за его оппонентшу.

Пришла пора засветиться и самим нашим жиртрестам. Под дробь барабанов и аплодисменты массовки на эстраду, четко поделенную надвое деревянным барьером, с двух сторон взошли — пузами вперед — Погодин и Старосельская в сопровождении своих секундантов. Тиминым напарником был мрачный и напыщенный Органон, а бабушку русской демократии сопровождал дедушка настолько ветхого обличья, что я на секунду решил, будто Лера для такого случая извлекла из гроба самого князя Кропоткина.

Ударил гонг, Журавлев щелкнул пальцами и объявил первый раунд. По жребию право первого выстрела досталось даме. Старосельская, на ходу что-то дожевывая, приблизилась к барьеру неумолимой поступью Каменной Гостьи. Она смахнула с жакета последние крошки, зычно прокашлялась и влепила Тиме:

— Гражданин Погодин, вы не человек. Вы — раковая клетка. Кремлевские доктора-изуверы внедрили вас в организм российского менталитета, и теперь он при смерти. Вы умеете только одно — делиться и пожирать здоровую плоть. Вы говорите, что «Почву» поддерживают избиратели, а мы говорим, что это симптом грядущей гибели России в пучине расизма: в больном организме раковые клетки в силу своей природы наверняка победят здоровые. У нашей страны нет иммунитета против социального слабоумия — этим Россия, к сожалению, отличается от англосаксонских стран. За миску баланды, за пайку, за право ходить строем и давить тех, кто на них не похож, ваши так называемые избиратели предали все. Все, оставшееся нам после великого августа 91-го…