Чарованная щепка 2 - Валерия Демина

Болт с быстрым свистом расколол мишень по центру, неровный рыжий хвост упал на изумрудную траву.

— Я вызову его поговорить, — хозяин со вздохом отложил свой арбалет на стол, — и дам вам знать до вечера. Времени на лучший выход у нас нет. Если не сыщем пластину, в сентябре придется сообщить его величеству, и Ладия подымется на уши.

Покидая безмятежную лужайку, Диего еще держал посеребреную игрушку-самострел перед мысленным взором. Яды, магия, ножи, теперь еще и крошечные арбалеты — в кругу гостей из романтический Валиции этому Трифону и в самом деле будет жутко, но окончательного риска здесь не снять, а план сложился очень уж удачный.

Что ж! — дивный повод осчастливить Флавия явлением на ужин. Давно пора забрать ненужную прослушку, извести друг друга меткими насмешками, как встарь, а заодно и расспросить о занимательных новинках Оружейного приказа.

Глава 31. Кофе с лапшой

В Итирсисе: 21 августа, понедельник

«Моя мечта благословенна свыше, — невольно улыбнулся внутренний Селим. — Судьба царевны — украшать тассирский Двор.»

Мог ли принц полагать иначе, если новая встреча с Арис озарила его день уже действительно случайно! Лучших обстоятельств он подстроить бы не смог.

Селим заметил ее у ворот городского парка — девица в светлом платье и при шляпке безрадостно стояла возле экипажа. Из его окна к ней обращали речи две молодые дамы, занавески плясали от живости маленьких рук. Слов за собственной скачкой посол не слыхал, но для Арис беседа слагалась, как видно, непросто. Дамы часто переглядывались между собой, дочь Флавия же отвечала им с большой натугой.

Посол сию минуту осадил красавца-Вихря. За ним остановил коня и секретарь, самый доверенный ровесник из надлежащей принцу свиты. На счастье, в ладийском быту даже монарх избегал таскать за собой толпу вельмож, так что в непарадных случаях принц-дипломат ограничился одним помощником, и то возил его не всякий день. Статус такая доступность, конечно, роняет, зато намного проще учинять по-настоящему серьезные дела.

Такие, как предстоящее ныне.

— Мой господин? — осторожно спросил секретарь.

Экипаж ладийских дам в эту минуту тронулся, и Арис одиноко побрела вдоль парковой ограды аккурат навстречу всадникам. Склоненная шляпка мешала ей загодя их обнаружить.

На подготовку оставалось несколько секунд.

— Пройдусь, — принц живо слетел на мостовую и бросил спутнику поводья. Уже надевая любезную маску, еще раз с оценкою глянул на Арис и успел отстегнуть и отдать ятаган. Оружие было старинной традицией, маг-Селим без него даже менее скован, а значит — куда более опасен. Однако, царевне о том размышлять не следует.

На этот раз она («Чудесно!») почти не сомневалась о приветствии. Заметила прямой веселый взгляд, миг удивлялась, но тут же улыбнулась и немножечко присела. Смутилась только разобрав, что принц намерен целовать ей руку по-ладийски.

— Прекрасная леди Арис, — усы посла пощекотали кисть, но он деликатно избегнул касаться ее губами.

За этим Селим обернулся к спутнику и по-тассирски высказал ему большое недовольство. Тот махом спешился, и Арис испугалась, что чем-то провинившийся слуга падет на камни головой, моля о милости. Однако, тот лишь склонился учтиво — перед ней.

— Не гневайтесь, царевна Арис, мой секретарь не знал ваше лицо, — пояснил ей с любезностью принц.

Вообще-то Арис не имела титула царевны, будучи лишь внучкой государя. Однако, она обещала совсем не сердиться и не отважилась поправить знатного посла — привычнее ему, должно быть, пусть зовет.

— Достойные жены — ваши подруги? — принц кивнул на грохочущий прочь экипаж, не позволяя Арис уклониться от беседы и бежать.

— Кузины, — покорно ответила та.

Две леди случились из тех, с кем познакомили «царевну» на том невеселом завтраке. Они не были с нею грубы, но снисхождение и жалость удручали ее столь же сильно. Сегодня леди ужасно дивились, отчего их маленькая сестра пренебрегает кружевным зонтом в такой солнечный день и беспокоились, чтобы она не сбила ног при длительной прогулке. Переглядки сестер очень ясно давали понять: бывшая вязунья держит себя… как бывшая вязунья.

Их экипаж терялся меж других карет и маленьких повозок, но Селим еще задумчиво следил за конной стражей позади него.

— Ваш мудрый отец не сделал для вас охрану? — спросил он.

Гвардия, конечно, усложнила бы его изящный замысел, но должно показать — подобная мера нимало его не тревожит.

— Он желал бы, — призналась Арис. — Однако мой вид при этой новости был таким, что его высочество на время отступился.

— Это не очень рассудно, — усомнился заботливый принц.

Арис пожала правым плечиком и постаралась говорить непринужденно:

— Врагов у меня совсем нет.

«Творец всемогущий! Она серьезно?? — двенадцатый сын султана едва удержал свои черные брови. — Увозить, увозить для ее же сохранности!»

— Да и лицо мое горожанам известно не лучше, чем вашему секретарю, — продолжала наивная дева. — Заметьте, они и теперь больше смотрят на вас.

Селим не вполне отошел от ее представлений о мире, но на сей раз для ответа не потребовалась маска.

— Они смотрят на Вихря, — довольно возразил он и аккуратно, не царапая перстнями, погладил коня по лоснящейся длинной морде. — Дюжина господ уже пыталась у меня его купить. Я смеюсь даже думать об этом.

Принц не преувеличил — аристократы изучали скакуна с приличной завистью. Вязунья в лошадях не смыслила, но Вихрь выглядел очень стройным, здоровым и сильным животным.

Уха Арис коснулась тассирская речь — секретарь обратился к принцу, голос пел и шелестел одновременно. Принц оживленно что-то спросил в той же манере и помощник, отвечая, простер свою руку вдоль улицы влево. Арис любопытно прислушалась: акцент и легкие ошибки принца в ладийском придавали ему трогательную простоту, но эта иллюзия скоро терялась, едва он возвращался к родной речи. Селим знал себя сыном великого султана, и это звенело в каждом слове, которым он удостаивал спутника.

Где же внучке императора необъятной Ладии набрать хотя бы крох подобной твердости? Самой ей величавость не нужна, да только жизнь все время требует осанки.

Селим вернул внимание девице, и на ладийском снова стал казаться мягче:

— Он говорит, что рядом есть лавка прекрасных тассирских ковров. Наше искусство вы видели прежде? Но, может быть, вы спешите? — принц перебил сам себя и посмотрел с надеждой.

— Нет, но… — бездумно-вежливо отозвалась девица, лишь после осознав, как трудно теперь станет попрощаться.

— Я подумал одну вещь, — воодушевленный принц, разумеется, не дал ей шанса опомниться. — Скоро будет благословенная ваша свадьба. Я желаю сделать вам подарок.

Паника в глазах вязуньи заплясала как пожар. Ей и так ничего не