Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц - Алексей Иванов

— Магия не музыка!

— Вот в этом то и дело, — вздохнул я, потерев лоб. Этот тяжелый, но необходимый разговор меня жутко нервировал. Как же ей объяснить помягче, чтобы не обидеть и не оттолкнуть? — Я считаю, что маги должны быть честными с маглорожденными, а не дарить им несбыточные надежды. Маглорожденный может стать лишь хорошим магическим ремесленником. Увы, но это так.

— Хорошо. А как же вырождение древних родов? Скажешь что его нет? — хмуро заметила Лили.

— К сожалению это есть.

— Ага! — слегка оживилась девушка.

— Но это не отменяет того факта, что маглорожденные волшебники неспособны к Высшей магии. Вырождение древних родов — это катастрофа! С древней кровью уходят и знания. И вовсе не потому, что гадкие чистокровные не хотят ими делиться. Для использования секретных родовых техник нужна кровь. К примеру, если уйдет Фламель, то мы потеряем секрет создания философского камня.

— И что же делать?

— Лили, ты задаешь вопросы, которые нужно задавать не мне, а министру магии.

— Ну что бы сделал ты? — не унималась девушка.

— Для начала я бы существенно изменил Хогвартскую программу обучения, — ответил я, после коротких размышлений. — Нельзя скрывать от маглорожденных волшебников истинное положение вещей. Еще я бы восстановил преподавание ряда старых дисциплин. Изменил ряд не столь давно принятых законов… Когда стану министром, вот тогда и посмотрим.

Лили грустно улыбнулась моим последним словам и вновь насупилась. В эти годы ее увлечением была магия, а не придурок Поттер. Похоже, что Лили всерьез намеревалась стать Великой волшебницей. А мои слова только что лишили ее мечты. Рассказать ей про Обретенных или пока не стоит?

— Значит, что без древней крови все усилия бесполезны? — обиженно спросила она.

— Усилия и тяга к знаниям никогда не бывают бесполезны. — Я успокаивающе погладил девушку по руке. — Маглорожденный волшебник может встать у истоков в будущем Древнего рода. — Следовало добавить, что в весьма и весьма отдаленном будущем, ну да ладно. — Для этого, разумеется, надо весьма постараться не только ему, но и нескольким поколениям его потомков. Ни что в этом мире не дается просто так, в том числе и магическая сила…

Выходные! Как много в этом слове, для сердца ученика. Для сердца учителя, кстати, не меньше, а то и больше. Два дня без малолетних спиногрызов — вот оно счастье!

С этими радостными мыслями я ступил на главную улицу Хогсмита.

Хогсмит называют деревушкой, но по сути это небольшой городок и самое крупное поселение магов в Британии. Возможно в Лондоне, с учетом диаспор, магов и больше, но они раскиданы по городу.

Именно в Хогсмите проживает большинство полукровок и маглорожденых, решивших всерьез заниматься магией, но не работающих на Министерство.

Хогсмит милое местечко, весьма уютное и тихое. Одно время я даже подумывал прикупить тут домик, но для этого пришлось бы забыть про эксперименты и связанные с ними траты. На это я пойти не мог.

Мимо меня прошествовала раздражающе гомонящая группка третьекурсников. Да, Хогсмит весьма спокойное местечко, но на выходных на его улочки выплескивается волна учеников Хогвартса. И это единственный недостаток этого городка.

Главная улица шла от вокзала до городской ратуши и пестрела витринами многочисленных магазинов и кафе. Одно время тут даже была лавка Оливандера. Но во время Восстания Гриндевальда знаменитое и весьма многочисленное семейство выбили едва ли не подчистую.

Миновав «Три метлы» и «Сладкое королевство» — любимые пристанища Хогвартских спиногрызов — я свернул на узкую боковую улочку. Тут ютились магазинчики попроще: бакалейная лавка, пекарня и прочие. Волшебникам ведь тоже надо что-то есть.

В конце улочки притаилось ничем не примечательная кофейня «У синей бутылки». Возможно, у этого места нет славной истории «Кабаньей головы» и выдающихся буф… в смысле внешних данных хозяйки «Трех метел», но именно эта кофейня стала моим излюбленным местом отдыха еще во времена учебы в Хоге.

Тихое, спокойное местечко, с весьма умеренными ценами, вдали от лишних глаз. Здесь можно было ненадолго спрятаться от суеты внешнего мира. Не торопясь выпить ароматного кофе и спокойно почитать интересную книжку, не обращая внимания на редких посетителей.

Сев за дальний угловой столик и заказав у подскочившего домовика кофе по-турецки, я достал спрятанный под мантией журнал. Вне стен Хогвартса ослабевала даже моя горячо любимая паранойя. Я еще не настолько заинтересовал старика, чтобы тот наблюдал за мной сутками напролет. И если в Хоге стоило быть предельно осторожным, то в Хогсмите можно чувствовать себя свободней. Сам старик со мной возиться не будет, а его шестерок я без труда вычислю. К тому же я их всех в лицо знаю, также как и ближний круг Волди.

Единственная предосторожность, что я все же предпринял — это самодельная бумажная обложка, что скрыла под собой легкоузнаваемый кожаный переплет хогвартского журнала.

Домовик принес поднос с туркой кофе и чашкой. Бодро запрыгнув на соседний стул, он поставил поднос передо мной. Аккуратно выложив в чашку пену, он осторожно долил кофе по стенкам чашки, следя за тем, чтобы не повредить пену. Закончив этот ритуал, домовик поклонился и с хлопком исчез, чтобы появиться рядом с пожилой парой за дальним столиком. Это были единственные посетители, помимо меня.

Немного посмаковав отлично приготовленный кофе, я открыл журнал и углубился в чтение.

Списки, списки, списки. Год, фамилия, имя, факультет, переведен, зачислен. Я внимательно их изучал, страница за страницей. Вчитывался в каждую фамилию и пытался вспомнить что-либо известное о ее обладателе. Чашка кофе давно опустела, домовик принес новую, затем еще одну и еще.

Где-то на тридцатой странице я нашел и Дамблдора. В 1892 будущий великий белый волшебник поступил на, кто бы мог подумать, Гриффиндор. Интересно, а почему на Гриффиндор? Решил спрятать свои властолюбивые замашки среди храбрецов и глупцов. Если подумать, то это весьма хороший ход, достойный истинного Слизеринца.

Год 1895. Все те же опостылевшие имена, фамилии.

Хм. Оказывается, что в это же время учился дедушка Люциуса. Жаль, что у него ничего не спросишь, Люциус рассказывал, что его дед погиб во время войны с Гриндевальдом. Так, что там дальше? Дамби переведен на четвертый курс. В Хогвартс поступил его младший брат Аберфорт, нынешний хозяин «Кабаний головы» и хранитель экстренного пути эвакуации из Хога. Кстати, именно в этом достойном заведении Сивилла Трелони произнесла свое злосчастное пророчество, частично услышанное мной. Пророчество, которое стало причиной первого поражения Волдеморта и гибели Лили. Разумеется, это все было совершеннейшей случайностью, простое стечением обстоятельств и ничего более.