Ревизор 007 - Андрей Ильин

Так, эта идея отпадает. Надо искать что-то другое.

Посадить всем на хвост шпиков понадежней, проследить контакты, натравить шпиков на контакты, чтобы выявить контакты контактов, послать…

Стандартные ходы. Которые потребуют батальон квалифицированных кадров и вагон времени. Ни кадров, ни вагона — нет.

Нужно искать что-то еще. Что-то менее масштабное.

Может, взять кого-нибудь из них за глотку и допросить с пристрастием? А потом, зацепившись за информацию…

Слишком лобово. Можно спугнуть, не ясно еще кого, но спугнуть.

Вот если бы бокс… Если бы туда влезть, то все бы сильно упростилось.

Бокс.

Бокс…

Ну неужели нет какой-нибудь щелочки, куда можно просунуть свой интерес? Щелочки есть всегда, пусть маленькие, пусть микроскопические…

Какие щели в боксе?

Никаких! Помещение герметично, как подводная лодка на километровой глубине.

Какие отверстия могут быть на подводной лодке?

Люк. В данном случае дверь.

Дверь, конечно, есть, но дверь закрывается наглухо.

Можно попробовать прицепить микрофон на кого-нибудь из входящих туда людей, но что толку, они его быстро обнаружат, просканировав одежду. Но даже если не найдут, микрофон все равно не пробьет экран.

Нет, надо отступиться от этой глупой затеи!

Но не хочется, ох как не хочется. Хочется найти щель!

Дверь отпадает, но, может быть, что-то, кроме двери?

Черного хода, окон, форточек нет. Водопровод, канализация, газ тоже отпадают. Что еще? Вроде ничего. Погоди, погоди, а свет!.. Ведь не в темноте же они там сидят, не со свечками.

Свет! Свет тонким электрическим проводом входит в спецбокс. Вряд ли они при столь интенсивном использовании бокса пускают в ход батареи. Почти наверняка подвели стационарное питание. Вот она и щель. Сквозная щель!

Только как ее можно использовать? Воткнуть свой, третий, параллельно идущий, провод? А получится?

Конечно, нет. Это же не дыра, пробитая в кирпичной стене ломом. Там не просунешься. Иголкой не просунешься. Только если использовать сами электрические провода…

Которые находятся под напряжением.

Нет, не получается. Щель есть, а толку с нее нет. Очень жаль, что нет. Щелочка-то единственная.

Похоже, надо бросить эту глупую, с прослушкой бокса, затею. Не для того боксы создаются, чтобы их можно было вот так запросто проковырять каким-нибудь подручным инструментом. Надежно создаются, так что не подступишься.

Все, забыли! Надо искать другие ходы…

И все же обидно! Обидно собирать информацию по крупицам, когда она, возможно, сконцентрирована в одном месте. Вся и в одном месте! В месте, куда входят электрические провода.

Может, не отметать эту безумную на первый взгляд идею. Может, посоветоваться? Есть же люди, которые соображают в этом деле лучше Конторских Ревизоров. Есть целые НИИ…

В пять часов из проходной НИИ радиоэлектронной промышленности пошел народ. Может, не так густо, как, скажем, десять лет назад, но все-таки потихоньку пошел… Одни двинулись к остановке городского автобуса, другие к автомобильной стоянке.

Наиболее интересны были те, что шли к стоянке, потому что в большинстве своем были старшими научными сотрудниками, завлабами и замзавлабами. Они шли мелкими группами, постепенно расходясь по своим потрепанным «пятеркам» и «шестеркам».

Одну такую машину, на выезде из стоянки, проголосовал священник в рясе и с «дипломатом» в руках. Священнику водитель не остановить не мог.

— Не подбросите?

— Садитесь.

Священник сел. Священник был волосат и бородат так, что лица не разглядеть, был с крестом на груди и в затемненных каплевидных очках.

— Закурить можно?

— Пожалуйста.

Священник закурил дорогие импортные сигареты.

— А вам курить разве не запрещается? — удивился водитель.

— Нет. Курение табака не есть грех, равный греху пьянства или любострастия, хотя последствия сей дурной привычки для организма пагубны.

— А почему тогда вы курите?

— Сия пагубная привычка приобретена мною в прошлой моей мирской жизни, до получения церковного сана. И по сию пору я не могу от нее избавиться.

Выпустил в ветровое стекло кольцо дыма.

— Вам куда, святой отец?

— Вообще-то никуда. Вообще-то к вам.

— Ко мне?!

— К вам, почтеннейший. По поручению его святейшества епископа Павла.

Водитель удивленно покосился на священника.

— Господи, да зачем я ему мог понадобиться?

— Не поминайте имя господа всуе, ибо это грех, равный греху неверия. А послал меня его святейшество по неотложной надобности. Требуются нам специальные устройства, в простонародье именуемые «жуки».

— «Жучки», вам?

— Истинно так — нам, — как-то даже с укором ответил священнослужитель. — Служба Отцу Нашему требует не одних только свечей и купелей, но и современных электронных приборов, ибо технический прогресс есть создание ума человеческого, угодное богу, когда используется слугами божьими во имя бога и во благо паствы его.

— Но зачем они вам?!

— Существует множество религиозных конфессий, между коими, как бы это мягче сказать, идет борьба. И есть множество, от сатаны, сект…

— Погодите, какая борьба?

— За души прихожан, — осуждающе покачал головой священнослужитель. — В том числе боремся мирскими методами, ибо сказано — поднявший оружие обращает его против себя. Если православие не будет защищаться, оно погибнет.

— Но при чем здесь «жучки»?

— Ими и молитвами одолеем мы врагов веры нашей, ибо тот, кто предупрежден, — силен верой и знанием, силен вдвойне.

— Извините, а почему епископ послал вас, а не кого-то другого?

— Потому что я, с благословения его святейшества, состою в службе безопасности епархии.

— Где?!

— В службе безопасности. Епархии. Почему вы удивляетесь? Сейчас такие времена, что заботиться о безопасности должны не только в миру. Лично я, слава господу, возглавляю отдел технической контрразведки.

— Почему вы не обратились в специализированный магазин?

— Там нет того, что нам нужно. Мы проверяли.

— А что вам нужно?

— Передающие устройства, закамуфлированные под электролампочки. Которые могут передавать сигнал по электропроводам.

— И при этом гореть?

— Конечно, гореть!

— Это невозможно.

— Епархия хорошо заплатит. Очень хорошо заплатит. Когда дело идет о спасении душ заблудшей паствы, деньги роли не играют. Подключайте любых, какие вам нужны, специалистов. Хоть целые НИИ. Я верю — бог укажет вам верный путь.

— Сколько у меня времени?

— Неделя.

— Сколько?!

— Хорошо — две. Через две недели я должен получить опытный образец. Денег не жалейте. Лучше потратить на заказ неделю и миллион долларов, чем месяц и пятьдесят тысяч. Время важнее денег. Дела духовные не терпят отлагательств.

— Я, конечно, могу попробовать…

— Пробуйте. Бог вас не оставит…

Через три недели заказ был готов. Над заказом в поте лица трудилась бригада из двух десятков привлеченных специалистов ведущих НИИ. За каждый день работ они получали полтысячи долларов. Но дело было даже не в деньгах, ученые дорвались наконец до коллективной работы. Они собирались в прокуренных квартирах и методом мозгового штурма, крича, размахивая руками, изрисовывая графиками случайные клочки бумаги, споря до хрипоты, решали очередную вставшую перед ними проблему. Они вернулись в те уже почти забытые времена, когда государство поручало им грандиозные задания, и они вот так же авралом, неделями не видя близких, недосыпая ночей, в сигаретном чаду решали неразрешимые на первый взгляд задачи.

Они вернулись в свою молодость.

— Слушай, а если так?

— Чушь, полная чушь! Галиматья.

— А так?

— Погоди, погоди, что-то в этом есть. Только если не так, а вот так и так.

— Точно! Ну точно же!

— И если использовать замкнутый контур…

Лампочка была упакована в рифленый картон, как и все другие лампочки. И выглядела, как все другие лампочки — с блестящим цоколем, круглой стеклянной колбой и слегка провисшей спиралью накаливания.

— Она работает?

— Сейчас посмотрим.

Завлаб ввернул лампочку в патрон, щелкнул выключателем. Лампочка загорелась.

Прицепил к оголенным жилам сетевого кабеля два «крокодильчика». Провод, отходящий от «крокодильчиков», воткнул в пластиковую коробочку, а провод из коробочки в бытовой магнитофон. Сказал:

— Раз!

— Раз! — повторил динамик магнитофона.

— Два!

— Два!

— Слышите?

— Слышите? — сказал магнитофон. Лампочка светила, магнитофон говорил.

— Как вам это удалось?

— Все очень просто — стекло реагирует на звук микроколебаниями, которые посредством заполняющего колбу газа передаются на мебрану, расположенную в цоколе, далее механический сигнал преобразуется в электрический, фильтруется в разделителе и подается на динамик магнитофона. Надеюсь, качество звучания вас устраивает?