Подменная невеста клана Волковых - Айлин

до сих пор никому присмотренный для неё скит глубоко в тайге где даже медведи встречаются раз в пятилетку, никому не отдал. А подозреваю кандидаты были. Так что вполне вероятно, у Волковой тоже есть кто-то, кому можно поручить неприятное дело.

— Единственное, что меня смущает в этой теории,— Вздохнула я — способ убийства. Крайне демонстративный. Если бы я хотела отомстить за подругу и не хотела при этом неприятностей, я бы заказала несчастный случай: тормоза у машины отказали, ещё что-то.

— С крыши упала, — продолжила Сашка. — У тебя есть такая жертва — Мария Галич вроде.

— Галич официально не входит в список убийств. Если не ошибаюсь, там классификация то ли несчастный случай, то ли самоубийство.

— Но проверять ты её всё равно будешь, — уточнила Сашка.

— Разумеется, — согласилась я. — Как мне кажется, в этом случае лучше перебдеть, чем недобдеть. И если в итоге Галич попадёт в предполагаемую серию, лучше иметь какие-то обоснования для этого. Ладно, давай расползаться, как ты сама сказала, ночь на дворе. Кстати, Яна вроде завтра записи обещала передать, она наконец-то их достала.

***

Когда я увидела объём присланного Яной файла, то могла только удручённо промолчать, ибо из цензурных слов оставались одни предлоги и междометия. Судя по всему, записи мы будем смотреть до морковкиного заговенья. Радовало только то, что Яна в сопроводительном письме отметила те файлы и примерное время, которое, по её мнению, будет нам особенно интересно. Разумеется, отмеченное Яной ещё придётся пересмотреть, но это уже сильно ускорило процесс. Смотрели мы буквально в три пары глаз: я, Сашка и Алиса, которую я принудительно оставила дома. В последнее время из компании Маши Мышкиной она приходила несколько взвинченная, не похожая на саму себя, и я решила, что ей будет полезно немного отдохнуть от этой странной компании. К тому же информация, которую она принесла, не была какой-то уникальной: все жалели друг друга, особенно Лиру и саму Алису, которым придётся жить под управлением такой стервы, как я. Особенно меня чихвостили после выставки, что было вполне ожидаемо то-то у меня левое ухо чесалось тогда со страшной силой. Судя по рассказам Алисы, Ирина Лещёва, та самая художница, после выставки пребывала в крайне подавленном состоянии, и её почти не утешали слова Маши о том, что она обо всём позаботится и милая Ирочка обязательно станет великим художником, чьи полотна будут выставляться во всех галереях мира. Странным утешением, на мой субъективный взгляд, были ещё и слова Лиры, которая отметила, что её соперница больше ничего не нарисует, а значит, скоро будет забыта. На мой взгляд, у Юли Вагнер как раз было очень много шансов войти в легенду: талантливая художница, погибшая молодой, чья смерть окутана тайной. Даже если убийца будет найден, всегда могут появиться интересные теории, которые будут утверждать о том, что найден не тот и причина смерти совершенно другая. В общем, в эту сторону надо подумать. Я была настроена сделать из Юлии легенду в качестве маленькой мести слишком экспрессивной Ирине Лещёвой. Ну и мне действительно нравились работы Вагнер.

***

Сколько часов мы провели, просматривая видеозаписи, где могли попасть в кадр погибшие девушки и их потенциальные убийцы, я даже вспомнить не могу. Мне казалось, что мы смотрим их уже целую вечность, и даже временные метки Яны не слишком помогали. Вместе с тем на записях ещё живые девушки проживали свою обычную жизнь, куда-то ходили, с кем-то встречались. От этого смотреть эти записи становилось ещё тяжелее. В какой-то момент, когда в глазах уже просто рябило, я обратила внимание на одну доселе незаметную деталь.

— А это кто?

— Где? — спросила Сашка, которая составляла мне компанию. В конце концов, не одной же мне страдать. Как аристократка и самодурка я вполне имела право припрячь подругу к этому монотонному занятию.

— Вон там смотри за столиком, — указала я почти незаметный угол.

— Ну парень какой-то, — хмыкнула Сашка. — А в чём проблема-то?

— Проблема в том, что я его уже точно видела.

— Разумеется, видела, — рассмеялась Алиса, сегодня составившая нам компанию. — Это ж Машкин телохранитель. Чуть ли не вассал семьи. Он с ней с самого детства ходит.

— А если поподробнее с этого места? — заинтересовалась я. Телохранители девушек из клана — это вполне распространённая практика, просто зачастую они сменные. Никто из глав кланов не хочет получить трагическую историю наследницы, влюблённой в безымянного телохранителя. В конце концов, оказавшись в опасности, девушки нередко направляют свою симпатию на тех мужчин, которые оказали им помощь и спасли, даже если они выполняли свою работу.

— Ну, если я правильно помню, — начала Алиса, — то Машу в детстве пытались похитить, а этот парень её спас. И его потом семья из клана усыновила. Ну и одновременно приставили бессменным Машиным телохранителем.

Мы с Сашкой задумчивым переглянулись. Куцый рассказ Алисы при хорошем раскладе тянул на полноценную драму. Я была готова поспорить на что угодно, что героическое спасение так и оставило след в нижней девичьей душе. А могло и не только в девичьей. Ведь если я правильно поняла, тот случай полностью перевернул жизнь парня, выдернув если не из грязи в князи, то в княжескую свиту уж точно.

— А не мог ли наш неизвестный рыцарь на белом коне решать и другие Машины проблемы, кроме обеспечения её безопасности?

Алиса некоторое время раздумывала над моим вопросом, а потом покачала головой:

— Да нет, Юрка до ужаса правильный. Маша постоянно жалуется, что у него шаг влево, шаг вправо — расстрел, прыжок на месте попытка улететь: в клуб с подружками только по согласованию, ну и так далее. Маша же единственный ребёнок, и родители её крайне опекают.

— Ну правильный не значит законопослушный, — вполне резонно возразила Сашка. — Может, он считает правильным радикально решить проблему того человека, который расстроил и его подопечную.

— А ещё он не пробуждённый, — глядя куда-то в потолок, заметила Алиса. — А нам же пробуждённый нужен, ещё и прыгун.

Здесь возразить было нечего, но всё-таки нахождение рядом с Машей и её компанией крайне агрессивных девиц человека, который вполне мог кого-то убить, меня настораживало. А вообще мог ли? У Огневых, клана изначально боевого, практически вся служба безопасности набиралась из отслуживших. Причём предпочтение отдавалось тем, у кого были контракты в горячих точках. Так что