Дремир. Беспечные. Том 3 - Ник Вернер

она сама себе выберет. Она выбрала тебя. Обидишь её — из-под земли достанем.

«Думаю, когда ты говорила, что была готова меня зарезать, я действительно был в опасности, — мысленно усмехнулся Киран. — Зарезать меня готова была вся твоя команда. Фух! Хорошо быть честным — пронесло!»

— Берегу и буду беречь. Слово Чести, — серьезно ответил Киран.

— Мы проследим, — ответил старпом.

— Буду рад. Остановите меня, если я оступлюсь, — Киран немного склонил голову в почтительном поклоне.

— Договор.

Киран и старпом пожали друг другу руки.

— Так, капитан, теперь, собственно, по делу: ты хоть «капитанить» умеешь? — усмехнулся старпом.

— Не-а, — невозмутимо ответил Киран. — Но всегда мечтал.

— По-моему, я знаю, чем ты нашу девочку покорил, — рассмеялся старпом. — Никогда не встречал такой самоуверенной честности.

— Так, ты по делу пришёл, оценщик хренов? — возмутился Киран, что кто-то ещё его девушку смеет называть своей. — Вот и давай ближе к делу. Что предлагаешь?

— Понял, перегнул палку, — лицо старпома сразу сделалось серьезным. — Сначала расскажи, что ты знаешь о кораблях.

— Таких? — Киран поднял палец вверх и нарисовал в воздухе небольшую окружность. — Ничего, кроме того, что они деревянные и, видимо, из-за этого не тонут. Как с ними управляться — не знаю.

— Да так же, как и с девушками, — усмехнулся капитан: — Нежно и ласково.

— Помощник… — укоризненно посмотрел на него Киран.

Старпом сглотнул.

— Я серьёзно, капитан, — в его голосе не было страха, но чувствовалась напряженность. — Корабль надо беречь. Тогда он, даже разваливаясь на части после шторма, дотащит тебя до берега.

— Как даже смертельно раненая валькирия вытащить с поля боя своего умирающего побратима, — закончил за него Киран. — Но мы до этого доводить не будем.

— Да, капитан, — серьёзно ответил старпом.

— Значит, — начал рассуждать вслух Киран, — мне надо узнать о кораблях достаточно, чтобы понять, как их не угробить своими хотелками, а дальше…

— А дальше, — мягко перебил его старпом. — Мы выполним любую вашу команду.

— Откуда такая преданность? — холодно на него посмотрел Киран.

— Так вы же покорили сердце нашего неприступного и кровожадного «дракона», — спокойно выдержал его взгляд старпом. — Мы вас опасаемся и уважаем, а значит, хотим быть на вашей «хорошей» стороне.

— Это ты Элеонору «драконом» назвал? — усмехнулся Киран. — Какой из неё «дракон»? «Дракончик» разве что.

— В нашей команде случайных людей нет, — серьёзно ответил старпом. — Здесь только люди, закалённые в бесконечных боях и выжившие после её репрессий. Рассказать?

— Ну, расскажи, — равнодушно пожал плечами Киран.

— На службу к графине Дэйнере я попал около четырёх лет назад. Слухам о её дурной славе я не верил. Мало ли чего про девок рассказывают по тавернам? А вот деньги мне были нужны. На её личном корабле как раз «освободились» места после очередной морской «прогулки». Я и записался. Матросом. Старпомом мне пришлось стать потом, за неимением других «вариантов». Меня сразу предупредили, что за один «неправильный» взгляд на графиню сразу четвертуют и бросают за борт. Я отшутился, а на меня посмотрели, как на покойника. Тогда меня это не насторожило, и я забыл об этом разговоре до вечера.

Старпом криво усмехнулся, потёр шею, уставился в стол и продолжил:

— Вечером четвертовали не меня. Мне чертовски повезло в тот день.

Киран видел, как расширились у старпома глаза, будто он прямо сейчас перед собой видел эту картину.

— Не знаю, «как» посмотрел на неё бедолага, я лишь видел, как к моим ногам подкатилась его голова. Когда я проследил взглядом до места, откуда она прикатилась, то увидел, как графиня стоит одной ногой на груди обезглавленного тела и отрезает ему руку с профессионализмом мясника. Руку она сама выбросила за борт, а когда шла обратно, то заметила, что я на неё смотрю.

Киран внимательно смотрел на собеседника: «Правду говорит».

Старпом поднял глаза на Кирана:

— Я не из трусливых, капитан, но тогда у меня реально похолодело в груди. Я даже инстинктивно схватил себя за руку и прижал её к телу, ожидая, что она полетит за борт следующей. Графиня указала саблей в мою сторону и сказала, что вторую руку и обе ноги отрубить надо мне, а потом бросить всё за борт и вымыть палубу. Она подошла к телу, отрезала кусок его рубахи, вытерла ею саблю, сложила её в ножны и ушла к себе в каюту. Я бросился выполнять указания, пока она не передумала. За это…

Киран слушал молча, и взгляд его начал становиться тяжелым, но тут он заметил, что старпом умолк на полуслове, успокоился и равнодушно сказал:

— Продолжай.

— За это мы её боялись, — продолжил старпом. — Извини, конечно, но я не знаю, что может быть у двадцатилетней девушки в голове, чтобы так вот хладнокровно убить человека не моргнув глазом и с надменным равнодушием на лице.

— Я знаю, — ответил Киран. — Это всё?

— Нет. Теперь я расскажу, за что мы её уважали. В те времена на наш корабль нападали часто: и в порту, и в море. Заканчивалось это всегда с потерями разной степени тяжести, но всегда нашей победой. Я небезосновательно считаю, что всеми нашими победами мы обязаны ей. Она никогда не пряталась за нашими спинами и не посылала на убой, но и на рожон не лезла. Грамотно нами командовала, находясь среди нас и мастерски орудуя своей саблей. Не знаю, где она этому научилась, но это было не придворное фехтование, а борьба за выживание: один удар — одно смертельное ранение или промах, никаких «танцев».

Киран усмехнулся и подумал: «Значит, не преувеличивала. Могла бы и зарезать».

Старпом продолжал:

— А старпомом я стал, когда наш корабль в шторм налетел на рифы и развалился на части. Я упал за борт и, ударившись обо что-то в воде, сломал рёбра, а таже повредил плечо. Кое-как я всплыл и какое-то время ещё держался на плаву. Даже доплыл до какого-то деревянного обломка, чтобы уцепиться. Уцепился, но понял, что начинаю слабеть, терять сознание и соскальзывать в воду. К моему обломку кто-то подплыл, уцепился рядом за край, отжался на руках и выскользнул из воды.

Старпом весело посмотрел на Кирана:

— Я реально подумал, что русалка!