Звено цепи - Маргарита Гуминенко

Стараясь не наступать на кучи обломков, Малышев осторожно зашёл в один из корпусов и, пользуясь прикрытием уцелевшей стены, пробежал до прямоугольной арки, в которой, судя по остаткам ржавых петель, раньше были ворота. Выглянув из-за косяка, опер увидел то, что ожидал — небольшой деревянный домик среди облезлых, наполовину облетевших, наполовину высохших кустов. И тут же заметил Николая. Тот выглядывал из-за противоположного угла здания. Малышев сделал ему знак ближе не подходить, а сам быстро двинулся вдоль корпуса в его сторону.

— Иваныч! По ходу, их трое, — сообщил ему Колян. — Как будем брать? Может, послать Костика за местным подкреплением?

— Пока он будет их искать — стемнеет, — не согласился Малышев. — Сделаем по-другому…

* * *

— Нравится дом?

Ольгин обернулся. Вошедшая в комнату женщина в синем платье явно косила под знаменитый портрет Анны Ахматовой. Тот самый, где она сидит вся в синем, с убранными в причёску чёрными волосами, угловатая и странная.

— Нет, — ответил Слава честно и повернулся к женщине, чтобы не разговаривать через плечо. Но руки из карманов не вытащил.

— Вот как? — удивилась незнакомка и присела на край одного из диванов.

— Это называется "хай-тек"? — Ольгин пожал плечами. — Несколько составленных как попало коробок для обуви, в которые зачем-то врезали стёкла от пола до потолка — вот что он снаружи напоминает.

Женщина нервно усмехнулась и взяла с низкого столика пачку сигарет.

— Откровенно сказано. — Она закурила и посмотрела в окно, которое действительно занимало всю стену, от пола до потолка. — Зато красивый вид на залив.

— Не буду спорить, — согласился Ольгин.

— Так ты — тот самый человек, который хочет получить работу у моего мужа?

Он критически осмотрел её с головы до ног и хмыкнул.

— Так вы — жена?

Она откинулась на мягкую спинку и положила ногу на ногу. Изящная туфелька на высоком каблуке несколько раз качнулась вверх-вниз и почему-то напомнила Славе кошачий хвост, которым животное показывает, что сердится.

— Как тебя зовут? — спросила она, разглядывая его широкоплечую фигуру, кроссовки, потёртые джинсы, кожаную куртку. Потом взгляд женщины остановился на его лице.

Ольгин и не подумал отводить глаза.

— Вячеслав, — представился он.

— А полностью?

— Вячеслав Борисович Ольгин.

— И ты надеешься получить работу?

— А что, у меня нет шансов?

Она положила сигарету на край пепельницы и приглашающе похлопала по дивану рядом с собой.

— Главное, чтобы ты понравился мне. Тогда и работу получишь.

Слава не двинулся с места.

— И что это означает? — переспросил он.

— А ты не понимаешь?

— Нет.

— Врёшь! Ты всё понял. Иди сюда. Сколько тебе лет?

— Достаточно, чтобы не играть в такие игры, — ответил он, прищурившись.

Она мягко поднялась и подошла сама. Продолжая смотреть ему прямо в глаза, погладила кончик воротника — и вдруг, вцепившись в него двумя руками, истошно завопила, выламываясь и повисая на его одежде:

— А-а-а-а!!! Помогите!!!

Ольгин попытался вывернуться из её рук, но сразу не получилось — он не хотел причинять женщине боль. В следующую секунду в комнату ворвались двое людей и бросились его бить. Женщина отбежала подальше, в угол. Слава сперва даже сопротивляться не стал, тем более, что парни не очень старались, больше делали вид, что бьют. Потом ему завернули руки за спину, а в комнату быстрым шагом вошёл его наниматель собственной персоной.

— Что тут происходит? — рявкнул он.

— Он набросился на меня! — крикнула женщина, демонстрируя растрёпанную причёску и спущенное с плеча платье.

Мужчина ударил Ольгина по лицу — и это был первый настоящий удар. Слава обиделся, резким движением вывернулся из рук телохранителей, отскочив к огромному окну.

— Кино посмотри! — посоветовал он и не без злорадства сплюнул кровь на светлый ковёр.

— Какое кино? — Хозяин был сбит с толку и на порчу имущества не обратил внимания.

— То, которое по ящику твоей охраны идёт, — буркнул Ольгин, держась наготове и не собираясь больше поддаваться. — Камер понавешали, а пользоваться не научились?

Хозяин понял, усмехнулся и дал знак охранникам, чтобы не лезли больше.

— Заметил? Ну, извини, — сказал он, подходя. Ольгин подался от него, но убегать не стал, тем более, что для этого пришлось бы выбить стекло и прыгать со второго этажа. — А ты шустрый и соображаешь быстро. Молодец. Не бойся, Катюша мне не жена, а секретарша и помощница.

— Да? — Ольгин бросил взгляд на девицу, успевшую поправить причёску и платье. — Как-то не успокаивает…

Она вальяжно прошлась по комнате, достала из шкафчика аптечку и подошла к нему.

— Сядь, у тебя кровь идёт. Нечего ковёр пачкать.

Хозяин отступил. Ольгин позволил усадить себя на диван и промокнуть тампоном кровь, но наблюдал за хозяином и его "братками" очень внимательно.

— Так ты раньше работал на Никитина? — спросил хозяин, присаживаясь на край столика. — И что, он был доволен?

— Не был бы доволен, не написал бы рекомендацию, перед тем, как пустить себе пулю в висок, — проворчал Ольгин.

— Странная история, — заметил хозяин, внимательно глядя на Славу.

— Ага! — согласился тот. — Я тоже удивился. Стреляться из-за женщины давно из моды вышло.

— Так почему он это сделал?

Ольгин пожал плечами и отодвинул от себя руку секретарши.

— А я знаю? Никитин меня держал потому, что я вопросов не задаю. Что у него там было и почему — меня не касалось.

— Хорошо! — Хозяин хлопнул себя по коленям и поднялся. — Я возьму тебя на испытательный срок. Чем-то ты мне нравишься. Обещаю, больше шуток не будет. Ты не в обиде?

— А смысл? — пожал плечами Слава. — У каждого свои методы.

"Что шуток не будет — я уже заметил", — мысленно признал он.

— Вот и ладно! Оденьте его приличнее и объясните, в чём будут его обязанности.

С этими словами хозяин удалился, оставив Ольгина в обществе своей коварной секретарши и двух телохранителей.

— У вас так со всеми новичками обращаются? — спросил Ольгин.

— Будь уверен, это далеко не всё, — ответил на его вопрос один из парней. — За ту зарплату, которую здесь платят, можно и больше стерпеть.

— Ну, не знаю, — протянул Ольгин. — Я этой зарплаты ещё не видел.

Катя усмехнулась и похлопала его по плечу.

— Тогда расслабься и не падай духом. Своё получишь.

"Вот в этом я почему-то совершенно не сомневаюсь", — подумал Ольгин про себя, но вслух говорить не стал.

* * *

— Эй! Есть кто дома?!

Малышев, растрепав свои седые волосы для живописности и припустив рубашку, чтобы создать впечатление "пивного брюшка", стоял перед домиком, оглядывая его, словно решал для себя проблему: не попробовать ли заклинание Бабы Яги, чтобы "избушка" повернулась к нему передом. Пауза затягивалась,