Звено цепи - Маргарита Гуминенко

к переходу. Сокольский ещё с минуту постоял у "Полтавы", поёжился на ветру, потом поправил шарф — и пошёл прогулочным шагом в обратную сторону.

Глава третья. Знакомства бывают разные

У России во все времена было много врагов. В несовершенном мире любое сильное государство обречено существовать среди враждебного окружения. Могучая, самостоятельная страна не может не внушать страха, равно как не может не вызывать зависти, а если руководители более слабых стран боятся и завидуют — они найдут способ поселить в своих согражданах чувство ненависти и вражды к сильному соседу. На то и существует понятие "идеологическая обработка". Зачем это делается? Не проще ли жить в мире? Проще. Только не все это понимают.

На государство, которое вызывает страх и зависть, можно пойти открытой войной, если хватит смелости и амбиций, или натравить того, кто поглупее. И всё-таки проще нападать на заведомо слабого противника, поэтому настоящая война против сильной страны применяется редко. Иное дело — война тайная, которую ведут при помощи нечестной дипломатии, подрывной деятельности, проплаченной агитации и провокаций. Время от времени подобные методы оказываются действенными. Профинансировали же немцы переворот 1917 года в России — и добились того, что страна, побеждавшая в Первой Мировой войне, капитулировала и лишилась всех своих завоеваний. Сильная Россия Западу никогда не была нужна.

В XXI веке, настрадавшись от последствий переворотов, русские люди гораздо критичнее относятся к чужим попыткам толкнуть их на очередную революцию. Но противники России не сложили оружие и не собираются этого делать в обозримом будущем. Скорее наоборот, они изобретают всё более изощрённые способы влияния, добавляя работы тем, кто поставлен охранять покой мирных граждан. Западные агенты ведут себя крайне нечистоплотно, могут и наёмных убийц нанять, и оружием их обеспечить, и снайперов посадить, чтобы расстреливали в спины тех, кого сами же подстрекали выйти на улицу и устроить очередной "майдан". Чтобы не допустить подобного в России, приходится быть бдительными, так что полиции и спецслужбам работы всегда хватает и работа эта дороже любых денег. Ведь счёт идёт на человеческие жизни.

Рядовой день, не менее пасмурный, чем все предыдущие, начался с неожиданного телефонного звонка в следственный отдел Адмиралтейского района.

— Майор Малышев? Вас беспокоит подполковник Сокольский, УВР ФСБ. Мы можем увидеться?

Михаил Иванович потёр глаза, стараясь сосредоточиться и понять, что могло от него понадобиться подполковнику из Большого Дома.

— Можете подъехать… Или я должен явиться к вам?

— Предпочту нейтральную территорию, — отрезал собеседник. — Скажем, Львиный мостик на канале Грибоедова. Вам до него пешком недалеко. Через пол часа.

— Так срочно? — Малышев всё ещё не понимал, чего от него надо этому подполковнику.

— Да. И для вас не безынтересно. Речь пойдёт о наезде на одного пешехода, пару дней назад, на Введенском Канале.

Малышев встрепенулся, сонливость как рукой сняло.

— Хорошо, как я вас узнаю?

— Я сам к вам подойду.

Собеседник прервал связь. Малышев опустил руку с телефоном и хмыкнул. "Сам подойду"… Хорошенькое дело!

— Что-то случилось, шеф? — спросил один из его коллег.

— Пока не знаю. Я отойду, примерно на час. По служебной необходимости.

Малышев поднялся, на ходу подхватил куртку и вышел под недоуменные взгляды молодёжи своего отдела. Минут через пятнадцать он был на месте. Поскольку фээсбэшник не сказал точно, где его ждать, Михаил Иванович взошёл на мост и остановился поближе к облупленным львам, облокотившись на перила. Мостик ему всегда нравился и где-то в подсознании мелькнула мысль: уж не знает ли этот подполковник Сокольский всю его подноготную, вплоть до привычек и предпочтений, раз позвал именно сюда? Но ведь хороши львы! Вон, даже завитки шерсти на брюхе сделаны…

Едва Малышев отвлёкся на брюхо ближайшего льва, как к нему подошёл невысокий человек в тёмно-сером пальто, худощавый и по-военному подтянутый. Самое интересное, что Малышев со всей своей наблюдательностью этого парня не заметил до последнего момента. "Меньше нужно на львов смотреть", — сказал он себе.

— Спасибо, что согласились встретиться. Я — Игорь Сокольский. — Сперва он протянул Малышеву своё удостоверение, и только потом подал руку. — Пройдёмся?

Они сошли с моста и двинулись по неровным плитам набережной.

— Я знаю, что у вас проблемы с последним убийством, — заговорил Сокольский, не дожидаясь вопросов. — Помню, как школьником, чтобы проще было решить задачку по алгебре, я заглядывал в ответ, а потом подгонял свои действия так, чтобы результат сошёлся с правильным. В школьной математике это не совсем честно, но в жизни подобные ситуации однозначно не оценишь. Иногда вы знаете ответ, но не можете подвести к нему действия. Как тут быть?

Малышев с интересом посмотрел на собеседника. Что-то в нём было располагающее, он не походил на тех "крутых парней", которые обычно являлись из УВР, чтобы перехватить очередного преступника, за которым оперативники вроде Малышева охотились, не покладая руки и ног. Говорил с ним Сокольский просто, будто делился мыслями со старым знакомым. И возрастом этот подполковник был моложе самого Малышева лет на пять.

— Вы так уверены, что у меня есть ответ? — спросил Михаил Иванович.

Сокольский посмотрел на него.

— А у вас его нет? — светлые брови чуть приподнялись, словно фээсбэшник удивился.

— "Да нет", как сказал бы один мой коллега, — признался Малышев. — Точнее, и да, и нет. Мы установили личность одного из преступников и знаем, что с ним был минимум один подельник. Но где их искать — пока неясно.

— Я могу дать вам подробную информацию по этой парочке, — предложил Сокольский. — Ваше дело — найти их и задержать. Ну, и подвести доказательную базу, что будет нетрудно сделать. У вас есть свидетели, есть машина, есть записи видеокамер наблюдения и опыт, чтобы всё это объединить.

— А что с меня? — поинтересовался Малышев, предчувствуя, что всё будет совсем не так просто, как говорит Сокольский.

— Михаил Иванович! — Игорь остановился и повернулся к нему. — Мы делаем с вами одно и то же дело и в данном случае я предлагаю именно сотрудничество, а не "игру в одни ворота". Вашу добычу никто у вас не отберёт. Нам нужно лишь, чтобы после задержания вы сообщили об этом лично мне и дали возможность побеседовать с преступниками.

Малышев позволил себе удивиться:

— Если вам всё о них известно, почему вы сами их не задержите?

— Резонный вопрос. — Сокольский вынул руку из кармана и потрогал мочку уха, словно она у него замёрзла. — Скажем так: те, на кого работают наши фигуранты, начнут нервничать, если поймут, что попали под пристальное внимание моей