Опаловый соблазн - Рене Бернард

— У меня… необычная просьба.

— Мы здесь специалисты по необычному. — Женщина, очевидно, ничуть не удивилась его словам.

— Можем мы поговорить наедине? — переступив с ноги на ногу, спросил он, заметив, что в этот момент в холле находилось не меньше дюжины любопытных слушателей из числа посетителей.

— Как пожелаете.

С самодовольным видом она привычным движением опустила плечо, так что расшитая бисером бретелька платья скользнула вниз по обнаженной кремовой руке, и указала веером на ряд резных дверей, почти скрытых красными бархатными драпировками.

Хозяйка оставила дверь открытой, и мужчина с шеей такой же толщины, что и его череп, подошел и стал у портьер, загородив дверь в холл и собираясь прийти на помощь, если посетитель окажется буйным или нежеланным гостем.

Наступил момент истины.

Дариус никогда не был искусным лжецом, поэтому решился на крайне рискованную стратегию: держаться настолько близко к правде, насколько мог себе позволить.

— Итак? — поторопила его дама, и этот легкий знак нетерпения напомнил ему о секундах, оставшихся у него для того, чтобы выполнить задуманное.

— Я уверен, вы знакомы с определенными произведениями на тему секса. С древними текстами, которые кое-кому доставляют огромное удовольствие. «Камасутра»? Эротические истории из сборника «Тысяча и одна ночь»? — спросил Дариус. — Быть может, кто-то из ваших посетителей разыскивал любопытные рисунки или книги, которые обладают особой привлекательностью?

— Естественно, — кивнула она.

— Так вот, один из ваших постоянных клиентов поручил мне написать такую иллюстрированную книгу о его приключениях — не называя имен, конечно. Он поспорил, смогу ли я узнать о его поразительных пристрастиях.

— Поспорил? — На ее лице отразился интерес. — Это пари?

Вот оно. Леди склонна к азарту, и это его миттельшпиль.

— В некотором смысле. — Он доверительно наклонился к ней. — Существует приз, который я завоюю, если сумею удивить его. Но судя по тому, что мне известно об этом человеке, это нелегко сделать.

— Ваш работодатель слегка утратил вкус к жизни? — поинтересовалась она. — Но он щедро заплатит?

— Он так сказал, — кивнул Дариус, улыбнувшись тому, что идея явно начинала ей нравиться. — Я думаю, здесь присутствует личная гордость и всплеск патриотизма, вызвавший у него возмущение тем, что все лучшие эротические литературные произведения, по-видимому, приходят из-за границы.

Мадам усмехнулась:

— По моему мнению, это потому, что у английских мужчин больше желания получить свое, чем изложить на бумаге собственный опыт и заставить работать воображение.

— Именно это и привело меня сюда.

— Если это какая-то уловка ради того, чтобы под предлогом «сбора материала» для какой-то брошюры получить без оплаты свободный доступ к моим девочкам, то вы ошибаетесь, принимая меня за дурочку, сэр.

— Вы не дурочка, и я буду платить за время, которое проведу, беседуя с девушками. И пожалуйста, поймите, что никаких имен не будет названо и нет никакой угрозы дискредитации вашего замечательного заведения.

— Хорошая книга? — откровенно скептически выгнув бровь и сложив руки, все же поинтересовалась мадам.

— Шедевр, если я доведу ее до конца, как собираюсь. Понимаете, эго моего заказчика не удовлетворится меньшим, так что она не станет низкопробным дешевым романом. Я должен пересказать его похождения и описать его… пристрастия. Он убежден, что не имеет себе равных и что его владение искусством, для которого предназначены эти закрытые дома, произведет сенсацию — причем весьма прибыльную.

— Прибыльную, говорите? — Она расправила руки, а Дариус кивнул.

— Вы одна из немногих имеете представление о спросе на определенные «развлечения». И всем мужчинам, которые не могут позволить их себе или не имеют необходимых связей, чтобы получить доступ в «Бархатный дом», книга, подобная этой, позволит мельком заглянуть в другой мир.

— Не уверена, что мне нравится идея позволить всему миру заглядывать ко мне в окна.

— Я не стану упоминать название вашего заведения, мадам, если вы не желаете известности, — предложил Дариус и, достав бумажник, вынул несколько сложенных банкнот. — Вот, это за беспокойство.

Мадам спокойно взяла у него из руки деньги и одним ловким, отработанным движением положила их в карман.

— Что вы намерены делать с девушками, это ваше дело. Вы будете платить за их время, а я не стану запрещать им говорить, но вы должны понимать, что… осторожность — самое главное. Все, что вы сумеете узнать у них, я оставляю вам.

— Тогда я хотел бы увидеться с женщинами, которых предпочитает лорд Нидертон.

— Нидертон? — Дружелюбное выражение у нее на лице превратилось в замкнутое. — Это он хочет такую книгу?

— Именно, — кивнул Дариус.

— Вы связались с дьяволом, сэр, — покачала она головой. — Но если награда, которую он обещал вам, столь велика, что вы взялись за подобное дело, — кто я, чтобы отговаривать вас?

— Спасибо вам. — Дариус слегка поклонился, и мадам, повернувшись, повела его обратно в холл.

— Девушку, которая нужна вам, зовут Нелл, но в данный момент она занята. — Мадам помахала веером другой девушке, стоявшей на лестнице, прося ее спуститься. — Шарлотта — это еще одно его предпочтение, так что, пожалуй, можете начать с нее.

Дариус оставался на месте, пока не подошла девушка не старше пятнадцати-шестнадцати лет, на которой не было ничего, кроме корсета и полупрозрачных нижних юбок.

— Шарлотта, отведи этого приятного мужчину наверх для небольшого разговора, — с ироничной улыбкой сказала мадам.

Шарлотта взяла его под руку без малейшего намека на нежелание, и Дариус понял: независимо от его уверений они не ожидают, что он будет держать руки в карманах.

Ну и ладно.

Он позволил провести себя вверх по лестнице в небольшую спальню в середине коридора. Заигрывания Шарлотты были отработанными, но приятными, и Дариус изо всех сил старался смотреть только на ее лицо.

— Каково ваше желание? Такой приятный и приличный мужчина, как вы… Могу поспорить, вам хотелось бы отказаться от щепетильности, да? Тогда могу я поцеловать вас по-французски? Для начала? — Опустившись на колени между его ногами, она потянулась к пуговицам его брюк, но Дариус отступил в сторону и помог ей снова подняться на ноги.

— Шарлотта, — заговорил он, сделав глубокий вздох, — я просто хочу побеседовать с вами, если не возражаете.

От удивления она вытаращила глаза, но потом в них появилось понимающее выражение.