Дикое сердце ветра - Елена Ларичева

Плащ гостя блестел от капель. Глубокий капюшон не позволял разглядеть лицо. Но и так было ясно - вошедший не человек. На миг Орландо испугался: гатур не станет церемониться. Уж если он явился, значит, предложит нечто важное, и решение следует принимать быстро. Но как это сделать без Габри? Потом Жисас приосанился, он все-таки официальный лидер. Должен же он сделать что-нибудь значимое!

Гатур, казалось, прочел внутренний колебания Жисаса и только сейчас сподобился откинуть капюшон, открывая очень узкое длинное лицо с безобразно глубокими с человеческой точки зрения, вытянутыми к вискам глазами. Белые волосы (язык не повернулся бы назвать это шерстью) были тщательно завиты и уложены вокруг гребня.

- Не думал, что вы аскет, - голос незнакомца был низким, надтреснутым.

- Вам не нравится мое убежище? - копируя тон гостя, поинтересовался политик.

- Скорее удивляет.

Гатур сел напротив и уставился на Жисаса. Тот отвел глаза.

- В вашей администрации работают пятеро представителей нашего племени. Значит, вредные предрассудки вам чужды.

- А что это такое? - невинно поинтересовался Орландо, развалившись в кресле.

Гатур улыбнулся. Человек внутренне содрогнулся, но выдержка политика не позволила ему проявить свои эмоции.

Дождь за плотными синими шторами набирал силу, колотил в окно тысячей крошечных барабанных палочек. Из приемной долетало звонкое щебетание Вирильды, новенькой секретарши, которую Орландо планировать ночью протестировать на профпригодность. Чужак сидел на стуле, вытянув ноги на платто в сторону, словно мифическая русалка хвост.

- Нам нужна ваша поддержка в случае, если адмирал Фегинзар вернется к исполнению своих обязанностей, - не представившийся чужак попер напролом.

- В какой форме выраженная? - разобравшись, в чем дело, Жисас перешел на деловой тон.

- Поддержка народа. У вашей партии большой процент голосов на севере. В некоторых городах вы даже умудрились опередить Донса Карва.

"Не будь Адутара Ривини, север был бы наш", - подумалось Жисасу. Но чужак то ли намеренно, то ли случайно ответил, выдав себя.

- Ривини - прошлое. Его речь, уж не знаю, кто ее автор, не поддержали в родной партии.

- Поэтому вы пришли ко мне.

Скрывать что-то перед лицом "ловца мыслей" бессмысленно. Это обладатель такого же редкого дара среди гатуров, как и исцеливший Орландо желтоволосый парень среди людей.

- Да, вам следует проявлять большую самостоятельность, не смотря на огромный штат советчиков. Только тогда добьетесь успеха.

- В смысле? - Орландо напрягся.

- Вы умный человек и вполне способны отвечать за свои поступки. А если замешкаетесь, мы вам подскажем.

Лампа на столе мигнула и погасла. Электричество отключилось и в приемной. Яркая полоска, выбивавшаяся из-под двери, исчезла. Но Орландо и не подумал пошевелиться, чтобы отдернуть шторы.

- Снова забастовка на электростанции, - отчего-то решил пояснить гатур. - Мы ставим новую турбину. Рабочие против. Две третьих из них придется уволить. Но иначе прогресс не обеспечить.

- Марминар не отвечает за промышленность. Это дело Хардина, - вырвалось у Жисаса.

- Отныне все структуры управления будут действовать согласованно. Наместник поддерживает это начинание. Видите, - гатур почти по-человечески хитро прищурился, - я от вас ничего не скрываю. Вам предстоит выступить в числе защитников новой линии перемен. Все аргументы в их пользу здесь.

Из- под полы плаща появилась небольшая стопка прошитой белой бумаги с текстом, напечатанным довольно крупным шрифтом.

- Не густо, - не удержался от шпильки Жисас.

- Общественность и это не пережует полностью, - гатур встал. - Ждем ваших действий.

Дверь за незнакомцем давно закрылась, а Орландо никак не находил в себе решимости прикоснуться к бумагам. Только минут через десять он пошевелился, чтобы набрать номер Габриеля.

- Приезжай, - только и бросил в трубку Мидару, выслушавший сбивчивый рассказ подопечного.

Жисас вздохнул и крикнул секретаршу. Пусть разыщет шофера. Тест на профпригодность сегодня отменяется.

Орландо приехал чуть раньше оговоренного. Шефа дома еще не было, зато была его жена, оказавшаяся такой же симпатичной, как и в кино. После выхода на экраны "Вероломных любовников" Жисас обратил внимание на Флорину. Но она, отлично зная, из чьих рук тот кормится, не удостоила знаменитого политика вниманием. Вот и сейчас проводила его в кабинет мужа, а в ответ на вроде бы безобидные заигрывания ответила невпопад, натянув неискреннюю улыбку, и исчезла.

Обойдя широкий стол, Орландо уселся в повернутое боком кресло Габри. Подражая его манере, поставил ноги на небольшую деревянную тумбочку в углу, надел очки с простыми стеклами и представил, как легко Габри командовать людьми, порой не задумываясь о них самих. И им, Орландо Жисасом, Мидару распоряжался как вещью, обожая время от времени напоминать, что способен расправиться с ним так же легко, как и возвысить.

Жисас внутренне сжался от нахлынувшего одиночества и жгучей зависти к более умному, предпочитавшему держаться в тени шефу. Габриель оставался непостижимым, непонятным. Он давно мог приобрести шикарный особняк, обзавестись полчищами слуг, а предпочитал не высовываться. Даже домработница у него приходила дважды в неделю, тогда как все остальное время хозяйство оставалось в хрупких ухоженных ручках красавицы Флорины.

- Не паясничай. Не твое амплуа.

Бесшумно возникший на пороге Мидару сочувственно усмехнулся. Орландо поспешно вскочил, снял очки и плюхнулся в гостевое кресло.

- Так-то лучше, - ворчливо заметил Габриель. - Давай сюда послание новоиспеченного адмирала.

Минут пятнадцать он читал. В соседней комнате Флорина подпевала популярной песенке, и голос актрисы был куда интересней, чем тот, что лился с пластинки.

- А он умен, наш новый адмирал. Даже я сам не придумал бы лучшего, - уважительно отозвался Габри, откладывая в сторону листы. - Умен и опасен. Такому лучше не отказывать.

- А то, что он прислал ловца мыслей тебя не пугает? - осторожно поинтересовался Орландо.

- Разве нам есть, что скрывать от доблестных гатуров? - хитро подмигнул ему Габриель.

Жисас юмора не понял, только нахмурился. Отчаянно захотелось выпить. А что толку? После сеанса лечения у того проклятого блондина в жизни поубавилось интересных вещей. И настроения это не поднимало.

- Я пойду прогуляюсь, - на миг сказочной феей заглянула в комнату Флорина и тут же исчезла. У Орландо перехватило дыханье. Какая же красотка жена у этого сухаря!

- Политические устремления людей, если они не несут в себе агрессии, не попадают под управление чужаков, - напомнил шеф. - А разве мы призываем кого-нибудь уничтожать? У нас даже до членовредительства пока не доходило. А то, что мы друг друга в Парламенте в грязи купаем, не их собачье дело.