Никогда не было, но вот опять. Попал 4 - Константин Богачёв

пришло известие, что Самодержец Всероссийский Александр за номером Три, наше авиационное представление посмотреть изволит. Смотреть он, конечно, будет не один, а с многочисленной роднёй и немалой свитой, ну и простой люд подтянется. При таком наплыве зрителей нам нужно будет в грязь лицом не ударить. Поэтому Ярошенко, Гехт, Сухов и Петька Кожин занялись моторами. Мы же Екатериной и Архипкой занялись укладкой парашютов. как основных так и запасных. Тренировались также и в построении при представлении императору. Привели в полный порядок свою кожаную пилотскую форму начистили свои берцы и шлема.

И вот этот день настал.

Начало полётов было назначено на десять часов, ну в действительности будем ждать Его Величество Самодержца Всероссийского. И тот оказался по немецки точен. В девять пятьдесят большая вереница экипажей, сопровождаемая двумя десятками казаков подкатила к нашему импровизированному аэродрому. Вывалившаяся из карет толпа обвешанных драгоценными побрякушками мужчин и женщин чинно вслед за императором отправилась к трибуне. К слову проще всех были одеты сам император и его семья. Видимо выпендриваться им необходимости не было. Наконец ровно к десяти все расселись.

Простого люду собралось тоже немалое количество, видимо, молва о необычном зрелище распространилась по городу со скоростью звука. Дурново с Мещеряковым тоже не подкачали и подстраховались. Городовых нагнали чуть ли не сотню. Наверное со всего города собрали. И правильно! Нам не хватало ещё беспорядков во время демонстрации полетов.

Ну что же, пора начинать!

Для некоторого понимания ситуации, в которую влезает Алексей Щербаков хорошо бы вспомнить немного историю. Совсем недавно умер Александр II, на трон взошёл Александр III. У него полно конкурентов в виде братьев и сестёр, так ещё отец влюбился и женился во второй раз. Есть двоюродные братья и сёстры. Семейство Романовых в кои веков стало большим и обширным, занимая различные государственные посты. За короткий исторический период, буквально при жизни Александра III, произошли колоссальные изменения: было отменено крепостное право и проведены реформы государства, ударными темпами строились железные дороги, парусный флот постепенно вытеснялся паровым, а вооружение так часто менялось, что стало головной болью для генералов и финансистов во всех странах.

Российская Империя продолжала расширяться на восток, была присоединена Средняя Азия, земли Дальнего Востока, начата программа по переселению крестьян для освоения новых земель. В феврале 1891 года комитет министров признал возможным начать работы по сооружению Великого Сибирского пути одновременно с двух сторон — от Челябинска и Владивостока. По сути дела, ко времени описываемых событий была поделена ВСЯ планета Земля. Вместе с научно — технических развитием стран усилилась борьба за рынки сбыта. Именно рынки сбыта производимой продукции и их передел стали целью очередного витка борьбы государств.

Алексей Щербаков приехал с очень важной новостью, подлинность которой подтвердило покушение на наследника престола Николая Александровича в Японии и технические новинки. Следующая крупная война будет у России с Японией. Чем же важна эта новость?

1. Япония слаборазвитое государство и смогла напасть на Россию только при мощнейшей финансовой, военной и технической помощи европейских государств. А значит Россия в этом плане может рассчитывать только на себя и свою промышленность.

2. На Дальнем Востоке нет населения. Количество людей укладывается в статистическую погрешность по сравнению с остальной Россией. Это означает, что все войска надо везти из западной части страны. Боевые припасы, питание, обмундирование, строительные материалы — всё это надо везти по железной дороге, которой ещё нет. В реальной истории после войны рельсы пришлось менять — сточились.

3. Результат войны — это доступ к огромнейшему рынку Китая, который может поглотить всё, буквально все промышленные товары, которые на тот момент можно будет производить. Результат войны — это присоединение Маньчжурии — огромная территория с богатыми на природные ресурсы недрами и возможностью заселения миллионов человек населения. С возможностью отделения от Китая ещё и других провинций: Монголии, Синьцзяна, Тибета.

Новости и знания, с которыми приехал Алексей Щербаков, могут повлиять на планы развития страны, экономики, вооружений, политику… Могут повлиять, а могут пропасть бесследно среди дворцовых интриг и бюрократии, утонуть в жадности промышленников…

Возвращаемся к полётам перед Его Императорским Величеством и его августейшими родственниками, друзьями и чиновниками.

— От винта!!!

Глава 22

Я подал команду, и мои аэронавты выстроились в чёткую линию. На левом фланге в полном облачении с парашютами за спиной и запасными на груди, шлемах надетых на голову стояли два парашютиста Катька и Петька. Выглядели они довольно, по местным меркам, экзотично и интригующе. Рядом стояли три пилота в кожаном облачении и в шлемах. Остальные тоже были одеты в кожу, но на голове у них были самые настоящие чёрные пилотки с кокардой в виде серебряных крыльев, Мишаня Гуревич расстарался. Оглядев строй, я нашёл, что выглядим мы солидно и достойно, даже по меркам двадцать первого века, а для девятнадцатого тем более.

Парашюты я пока не надел, и шлем держал на согнутой левой руке, уподобляясь средневековым рыцарям. Уверенно и чётко прошагав к трибуне и, остановившись напротив императора, громко сказал:

— Ваше Императорское Величество, разрешите начать демонстрацию полётов!

Тот, оглядев меня и замерших в строю моих аэронавтов, одобрительно хмыкнул и произнёс:

— Начинайте!

Я обернулся к выстроившемся пилотам и скомандовал:

— По местам!

Архипка, Гурьев и Ярошенко заняли свои места. Заранее была распределена очерёдность взлётов. Поскольку первыми взлетали Архипка с Катькой, то два Ивана, Гехт и Сухов исполняющие обязанности механиков прошли к их аппарату проверили готовность и Сухов крутанув винт, запустил двигатель, а Гехт поднял руку обозначая, что всё в порядке и можно взлетать.

— Первая пара на взлёт! Вторая приготовиться! — снова скомандовал я.

Пока первая и вторая пара взлетали, я надел на себя парашютные сумки и сел к Гурьеву. Минут двадцать мы ходили друг за другом кругами, набирая необходимую для парашютистов высоту. Примитивный высотомер, по моей подсказке сконструированный Тесслером, точную высоту не показывал, но пятьдесят метров туда сюда было для нас не критично, тем более что я ещё и подстраховывался.

Наконец решив, что высоты достаточно, я дал знак прыгать, сбросив небольшой груз, привязанный не широким полотнищем, раскрашенным как георгиевская лента, к небольшому парашюту, который довольно быстро устремился к земле. Первой, с радостным воплем, прыгнула Катька. Через минуту вниз полетел и Петька. Увидев, что их парашюты благополучно раскрылись и, испытав от этого факта громадное облегчение, прыгнул и я.

Обогнав в свободном падении обоих, я дернул кольцо. Хлопок раскрытого парашюта и почти одновременный рывок